Грязное белье - Хайди Каллинан

Он мог бы отрастить крылья и летать.

Я смогу это сделать, сказал он, пытаясь остановить нарастающее отвращение к себе, пока оно не вышло из-под контроля. Все, что мне нужно сделать, это зайти в бар. Переступить порог, поздороваться с Денвером и посмотреть, что произойдет. Это не сложно. Люди постоянно так поступают, и с ними все в порядке. Со мной тоже все будет в порядке.

С ним все будет в порядке. Все будет в порядке.

Если только никто ничего не подсыплет ему в газировку.

Если только он не потеряет деньги на такси и ему не придется возвращаться домой пешком.

До тех пор, пока на него не нападут хулиганы в переулке.

Лицо Адама в зеркале побледнело. Он закрыл глаза, глубоко вздохнул и прошептал своему отражению:

- Я могу это сделать. Я могу это сделать. Я могу это сделать.

На нем была его обычная клубная рубашка, ткань которой была знакома Адаму как доспехи, но это тоже заставляло нервничать. Он был тщеславен и обходился без очков, но теперь был одержим своими контактными линзами: достаточно ли он их промыл, не прилипли ли они обратно к векам, прошли ли они заводские испытания и не приклеились ли к роговице надолго.

Теперь он знал, что контактные линзы были ужасной ошибкой. Он не рассчитывал, что будет так нервничать, когда надевал их.

Ему следовало подождать, и идти с ребятами-жуками. Безопасность в рое - вот в чем заключалась шутка, или была таковой. После Брэда эта группа для него раскололась. Лаборатория, дружба, все остальное. Он никогда не был уверен, было ли это на самом деле или это его воображение, действительно ли другие теперь не разговаривали с ним так много, или это просто казалось. Возможно, они все были частью фантазии о его причастности. Или, может, он превращал свою жизнь в мелодраму без всякой причины.

Чувства - это еще не факты. Теперь, когда жил один, он повесил это на зеркало в ванной, над кухонной раковиной и в нескольких других местах.

Правда, не было никого, с кем он мог бы проводить время в «Отбое». Парни-жуки всегда ходили в бары поближе к кампусу. Если бы Адам пригласил их в «Отбой», они бы спросили, почему. Что теоретически не должно было быть плохо, потому что им было все равно, что он гей. На самом деле это было бы плохо, потому что они бы не поняли про Денвера.

Адам не был уверен, что понял про Денвера.

Глубоко вздохнув, он одернул рубашку, моргнул, чтобы убедиться, что контактные линзы правильно надеты и смазаны, и вышел из уборной, на ходу поворачивая дверную ручку влажной салфеткой. Даже для него это было довольно серьезное ОКР, но он был полон решимости не дать своему расстройству распространиться на весь вечер. Хотя с тех пор, как он покинул Криспин-Хаус, ему было одиноко, после его встречи с Ковбоем все стало совершенно несчастным. Все, о чем он мог думать, это о том, как было приятно. Не только о сексе, но и о том, как Денвер, казалось, умел отключать его обезьяний разум, как никто другой. Он хотел этого снова. Он хотел этого так сильно, что ему стало больно.

Ты используешь его, шептала ему совесть, и не в первый раз.

Адам все еще не был уверен, права ли его совесть. Использовал ли он Денвера или пытался? Имело ли значение, что он это делал, если Денвер согласится? На самом деле, у них не было какой-то глубокой и прочной связи. Они трахались в чертовой прачечной самообслуживания. Они не обменивались клятвами.

Он отказывался чувствовать себя виноватым из-за того, что его, в значительной степени, привлекла сексуальность Денвера. После того, как Брэд трахнул его голову, Адам был более чем готов к перепихону. Денвер, безусловно, был похож на парня, который испытал бы облегчение, узнав, что у них не завязываются отношения.

У Адама все еще кружилась голова, когда он встал в очередь на вход в бар, но благодаря лекарствам пришел в норму. Он мог это сделать. Он определенно мог это сделать. Теперь он был независим, Брэда больше не было. Он жил сам по себе, и никогда не думал, что сможет это сделать. Он сам стирал свою одежду, которая сначала была немного не в порядке, но затем решительно изменилась в лучшую сторону.

Все дело было в сексе, в чистом виде. Он не пытался найти нового Брэда. Он искал более горячего секса. Новый, независимый Адам.

Или что-то в этом роде.

ДЖЕЙСОН Дэвис был владельцем «Отбоя», и хотя он не был Элом Розалом, он все равно был в коротком списке людей, которым Денвер позвонит, если что-то случится. Ему нравилось думать, что все происходит наоборот, и именно поэтому, когда Джейсу не хватало рабочих рук, он просил Денвера подменить его в свободные смены. Но до сих пор Денвер не возражал.

Дело в том, что Эл был прав. Денвера начало съедать, что никогда не было выходных. Было бы неплохо время от времени устраивать свободные вечера, чтобы заняться... всякой всячиной. Итак, перед началом этой смены в девять вечера, когда Адам должен был заехать, Денвер заглянул в кабинет Джейса, чтобы поговорить с ним.

- Денвер. Привет. - Джейс откинулся на спинку стула. - Чем могу быть полезен?

- Хотел узнать, нанял ли ты уже на работу мне напарника.

- К сожалению, нет. - Уголок рта Джейса приподнялся. - Твоя власть над геями может продолжаться и дальше, по крайней мере, пока.

Денвер оперся рукой о дверной проем.

- Вообще-то, я хотел взять выходной. Ничего особенного, просто… ты знаешь. Нужно кое-что сделать.

Джейс скрестил руки на груди.

- Или кем-то заняться. Продолжайте, мистер Роджерс.

Денвер сверкнул глазами.

- Господи. У вас с Элом одна и та же чертова болезнь.

- Раньше ты всегда говорил мне, что не можешь, как следует открывать дверь. Чем еще ты занимаешься по вечерам, кроме серфинга по порно? С таким же успехом можно было бы получать за это деньги. Значит, что-то изменилось. - Джейс удивленно приподнял брови. - У Денвера появился парень.

- Забудь об этом, - пробормотал Денвер, отходя от двери.

Джейс не последовал за ним, но прокричал