Навечно моя - Лора Павлов

Она резко шлепнула по воде ладонью, и мне в лицо брызнула струя воды.

Я отошел назад, потом развернулся, убирая мокрые волосы с лица.

Когда я оглянулся через плечо, подмигнул ей.

Я знал, что она смотрит на меня.

Черт, мы никогда не могли отвести взгляда друг от друга.

Некоторые вещи не меняются.

7 Эверли

Я быстро приняла душ и решила дать волосам высохнуть естественным образом после того, как расчесала их. После того, как сегодня я впервые за долгие годы встала на коньки, потом пробежалась и еще поплавала, мои ноги стали полным желе. Надо будет поговорить с Хоуком — я не его тренер. Я спортивный психолог. И это не предполагает тренировки вместе с подопечным.

Я закрыла глаза, вспомнив, как он выглядел в воде. Его зеленые глаза встретились с моими, и в них сверкнули золотистые и янтарные искры под лучами солнца. Хоук всегда был самым красивым парнем, которого я когда-либо видела, но сказать, что он повзрослел и стал еще привлекательнее, — значит не сказать ничего. И он будто бы не прилагал к этому ни малейших усилий. Темные волосы падали на лицо, пока капли воды стекали по его широким плечам. Я с трудом сдержала порыв подойти ближе. Слизать эти капли прямо с его кожи.

Я закрыла лицо руками и выдохнула.

Соберись же, ради всего святого.

Телефон завибрировал, и я увидела на экране имя Брэда Вебера. Мы встречались время от времени в последние месяцы моей жизни в Нью-Йорке. Это никогда не было чем-то серьезным, а когда я решила вернуться домой и искать работу, мы разошлись. Но с тех пор он несколько раз писал мне, что стало для меня сюрпризом — у нас даже дружбы толком не было. Просто иногда ходили вместе в кино или на ужин, у нас было несколько общих друзей.

— Привет, Брэд, — сказала я, включив громкую связь и втирая лосьон в лицо. У меня всегда был смуглый оттенок кожи, но сегодня щеки и нос слегка розовели после долгого времени на солнце. Никогда бы не подумала, что окажусь в озере в одних трусиках и лифчике и все это из-за Хоука. Но с ним всегда так — никогда не знаешь, чего ожидать.

— Привет, Эверли. Хотел сказать, что скоро приеду на мальчишник — мой друг со времен колледжа решил его устроить у вас.

— Правда? Хани-Маунтин не самый популярный выбор для мальчишника, — рассмеялась я.

— Вот и я так подумал. Но оказывается, Даг проводил здесь каждое лето, когда был ребенком, и он просто обожает озеро и горы. Так что вот.

Я нанесла немного блеска для губ, перевернула голову вниз, пропустила пальцы по еще влажным волнам волос и снова подняла голову.

— Звучит здорово. Какие у вас планы?

— Мы сняли большой дом на берегу озера, там есть лодка и гидроциклы. Будем тусоваться на воде. Я подумал, может, встретимся и выпьем?

— Конечно, будет здорово. Когда вы приезжаете?

— Через две недели. Я напишу тебе все детали, а ты скажи, когда сможем увидеться. Я скучаю по тебе, Эверли.

Эм… что? Это было неожиданно.

Я нервно рассмеялась:

— Правда?

Он тоже засмеялся:

— А ты не делай такой удивленный вид. Ты та, по кому легко скучать. Ты, наверное, не знаешь, как это — ты всегда держишь одну ногу за порогом и не позволяешь людям подобраться достаточно близко, чтобы потом их тянуло к тебе.

Эти слова задели меня. Он попал в точку, и, наверное, именно поэтому мне стало так неприятно.

— Я знала, что уеду из Нью-Йорка после стажировки, так что смысла в чем-то серьезном не было. Но уверена, у тебя все прекрасно, Ромео, — я покачала головой, разглядывая свое отражение. Брэд всегда был тот еще ловелас, и я поняла это с самого начала. Меня это не задевало, потому что я сама не искала ничего серьезного. — Пришли мне подробности, и мы встретимся.

— Буду ждать. До скорого.

В дверь постучали. Я завершила звонок, надела сандалии и поспешила открыть современную стеклянную дверь, где ждал Хоук.

— Ты отлично выглядишь, — сказал он, прочистив горло. — Я подумал, возьмем пиццу и поедем к ним. Я не сказал родителям, что ты будешь. Пусть будет сюрприз.

Мой желудок скрутило от волнения. Я безумно любила семью Мэдден, и мысль о том, что они могут быть на меня злы, вызывала у меня физическую тошноту. Я была уверена, что они так и не поняли, почему я все тогда оборвала, да еще и в такой важный момент в жизни Хоука. Даже моя собственная семья этого не поняла.

Но я знала — я поступила правильно. И для него. И для себя.

— Отлично, — сказала я, схватив сумочку и следуя за ним к машине.

Мы заехали за пиццей в наше любимое местное место и направились к дому его родителей. Он находился всего в паре домов от моего отца. Ностальгия нахлынула, как только мы въехали в длинную подъездную аллею.

Я вспомнила все те разы, когда в детстве бегала сюда. Долгие разговоры с его мамой Мэрилли на кухне. Как его отец мог часами рассказывать мне про фигурное катание и хоккей. Он был настоящим фанатом спорта, и это всегда нас объединяло.

— Эвер, — Хоук заглушил мотор и повернулся ко мне. — Не о чем волноваться.

Я кивнула:

— Я знаю. Просто… я правда по ним скучала.

— Почему тебе так трудно это признать?

— Не знаю, — покачала я головой, несколько раз моргнув, чтобы сдержать слезы. Я никогда не была плаксой. Давным-давно научилась контролировать свои эмоции. Но вернуться домой, быть рядом с Хоуком — это все делало задачу гораздо сложнее.

— Как едят слона? — спросил он, и я рассмеялась.

Я всегда говорила это ему, когда он жаловался на нашу домашку по алгебре. И по английскому. И вообще по всем предметам. Хоук в детстве всегда хотел быть на улице — плавать, кататься на лыжах или на коньках. Его бесило, когда нам приходилось корпеть над кучей заданий, и я всегда упоминала того самого «слона».

— По кусочку за раз, мистер Мэдден, — ответила я, отстегивая ремень безопасности. Мы вышли из машины.

Он положил руку мне на поясницу, ведя по дорожке к дому, затем открыл дверь и провел меня внутрь.

Аромат ананаса и кокоса мгновенно окутал меня, вернув в детство.

В дом, полный смеха, радости и солнечного света.