Вид тишины - Л. Х. Косуэй

Автобус отъехал — её не было. Тошнота подступила к горлу. Мне нужно было узнать, не напугало ли её во мне что-то настолько, что она поспешно убежала в пятницу. Помимо очевидного. Что решила пропустить работу или сесть на другой автобус.

Мысли ходили кругами, и к моменту, когда я добрался до отеля, настроение было паршивым. Я вошёл через служебный вход, нахмурившись, и направился в комнату охраны. Рис уже был там, смотрел на мониторы.

Мой кузен был большим мужчиной. В детстве пухлый, со временем весь «детский жир» превратился в мышцы и массу. Я тоже был не мелким, но Рис был ещё крупнее. Не удивительно, что он идеально подходил на должность начальника охраны — на него посмотришь и сразу думаешь: «Нет, испытывать судьбу не буду».

— Утро, Шей, — сказал он.

— Привет, Рис. — показал я. — Проблемы были?

Он покачал головой.

— Пока тихо. — Его взгляд упал на мою куртку, когда я снял её и встряхнул капли дождя. — Господи, всё ещё на автобусе? Думал, ты уже подкопил на машину.

— Ещё нет, — ответил я, хотя это было не совсем правдой. Денег на скромную подержанную машину мне хватало, но я не стал искать — потому что тогда у меня не было бы причин ездить на автобусе. А он нужен был мне по причинам, уже известным.

У отца тоже был старый Фольксваген, на котором я мог бы ездить, но мне хотелось, чтобы машина оставалась у него — на случай если что случится. Он любил по утрам ездить к морю, чтобы Дэниел мог побегать — а без машины этого не сделать.

— Можешь считать, что ты спаситель планеты, — хмыкнул Рис и, поднявшись с кресла, хлопнул меня по плечам. — Посмотри пока мониторы. Если что — пейджер. Карл придёт к двенадцати, сменит тебя. После обеда постоишь у ресепшена — приедет большая группа из Штатов, там будет суета.

— Хорошо. — У всей охраны были пейджеры так я мог быстро связаться. Рис устроил это, когда нанял меня, и, к счастью, никто не возражал. Рис делил время между этим отелем и вторым — у побережья. Оба принадлежали богатой семье Балфов, с которой он вырос. Ему было непросто быть единственным в компании друзей без денег, но Балфы любили его — он был им почти как свой.

Я сосредоточился на мониторах, но мысли снова возвращались к Мэгги. Где она была этим утром? Я пытался перестать зацикливаться, возможно, она просто опоздала. И вообще — я её даже не знал. Не моё дело, где она.

Через час я поднялся за кофе. В комнате сидела Джин — ещё один сотрудник охраны. Женщина лет сорока, тихая. Мы почти не общались, потому что она не знала язык жестов, но она мне нравилась — была вежлива и относилась ко мне с уважением. Не раздражалась оттого, что со мной нельзя говорить привычным способом.

Я быстро набрал сообщение и показал его ей.

Чашку кофе?

Джин глянула на экран и благодарно кивнула.

— Да, дорогой. Спасибо.

Я напечатал ещё.

Молоко, две ложки сахара?

Она улыбнулась.

— Три ложки, и ты это знаешь. Хватит пытаться сделать меня здоровее, чертов хитрец.

Я ухмыльнулся и пошёл за кофе. Комната отдыха для персонала была недалеко от охраны, и внутри сидело несколько сотрудников, когда я вошёл. Я особо не общался с теми, кто не из службы безопасности, и меня считали странным, но так было всегда. Где бы я ни работал, всегда находились люди, которым я казался странным.

Пока я нажимал кнопку кофемашины, комнату заполнил звук очень знакомых каблуков. Стефани Моран была PR-менеджером отеля. Она же невеста Риса. В первый раз, когда он нас познакомил, она спросила, нравится ли мне работать здесь. Рис объяснил, почему я не отвечаю, и она побледнела, выглядя ужасно смущённой.

Позже я слышал, как она отчитывала Риса за то, что он не предупредил её обо мне, и как неловко ей было. Я чувствовал себя виноватым, что стал причиной их ссоры, и пытался передать Стефани записку, что я не обиделся, но она избегала меня как чумы. Я так и не понял, то ли ей всё ещё было неловко из-за нашей первой встречи, то ли она просто не считала меня человеком, ради которого стоит стараться.

Были люди, списывающие меня со счетов лишь из-за того, какой я есть, но я пытался дать Стефани кредит доверия, ведь она собиралась выйти замуж за моего кузена.

Я повернулся, держа в руках два бумажных стакана с кофе для нас с Джин, когда взгляд Стефани упал на меня. Я кивнул ей, её глаза в панике расширились, будто она боялась, что я попытаюсь заговорить с ней жестами или что-то в этом роде. Я не стал останавливаться и прошёл к выходу.

Оглянувшись, когда дошёл до двери, я увидел, как её плечи обмякли от облегчения.

Может быть, я её просто нервировал. Такое случалось. Люди часто считали, что молчаливые — ненадёжны. Будто неспособность говорить означает, что я что-то скрываю, что у меня есть тёмная сторона. Глупость, да, но никогда не угадаешь, какие нелепые идеи придут людям в голову.

И если честно, меня немного задевало, что она меня избегает. Рис моя семья. Мы близки, и учитывая мою немоту, в моей жизни очень мало людей, чьё общество я ценю. Рис — один из таких. Мы много проводим времени вместе, и если его будущая жена намерена делать вид, что я не существую, я боялся, что это со временем отдалит от меня Риса, что он выберет её, а не меня.

Это было эгоистично, и я этим не гордился, но отрицать свои чувства не мог.

Когда моя смена закончилась, мне не терпелось узнать, ждёт ли Мэгги на автобусной остановке. Я практически вприпрыжку шёл туда, но её снова не было. Разочарование накрыло меня, и мысль о том, что я больше никогда её не увижу, была почти болезненной.

Почему я так привязан к женщине, которую даже не знаю?

Вся неделя прошла так же. Каждый раз, приходя к остановке, я надеялся увидеть её, но она словно исчезла, превратилась в призрак, как я иногда себе её воображал.

Мысль о том, что она избегает меня — так же, как Стефани, вызывала мерзкое ощущение. Я позволил себе что-то вообразить, возложил надежды, особенно когда она впервые заговорила со мной