Дерзкий Уайлдер - Ребекка Яррос
— Что ты предпочитаешь длинноногих блондинок с сильно непропорциональным соотношением объема груди и талии. Что меня очень даже устраивает. Я уверена, здесь тебе есть из чего выбирать, и я в безопасности, поскольку не подхожу ни под один из этих критериев.
— Эй, когда это я намекал…
Она вскинула руку ладонью вперед.
— Ты не намекал. Я просто действую на опережение. Слушай, ты чуть меня не убил, сбросил в бассейн на полной скорости, и теперь мне придется тебе помогать, чтобы остаться в круизе. Я понимаю, на что подписалась. Но я больше не буду участвовать в твоих рискованных затеях вроде сегодняшней. Наши с тобой отношения исключительно деловые и исключительно по учебе. Все ясно?
Я медленно кивнул:
— Все ясно.
Какого хрена сейчас произошло?
— Хорошо. Теперь можешь идти. Увидимся завтра на утреннем семинаре. — Она подошла к двери, открыла ее и придержала, пока я не вышел в общий коридор.
А потом Лия захлопнула створку у меня за спиной.
Уже на полпути к своей каюте я рассмеялся. Малышка Эленор Бакстер сделала то, чего не делала ни одна девушка за всю мою жизнь, — выставила меня за дверь.
Не зря она мне понравилась.
Глава 3. Лия
В открытом море
Учебники, тетрадь, ручка, информация о регистрации… вроде бы я все предусмотрела. Бросив последний сердитый взгляд на упрямую кофемашину, я отправилась на семинар. Плевать на мировую литературу, мне срочно нужен спецкурс, как включать эту адскую машину!
Хотя, может быть, и не помешало бы избавиться от кофеиновой зависимости. Но утренний кофе с Рейчел был единственной радостью, предвкушение которой помогало выбираться из постели весь первый год в универе, когда мне всерьез хотелось умереть, а теперь это стало привычкой, с которой трудно бороться. Дело даже не в самом напитке, а в ритуале: когда ты пьешь кофе и знаешь, что миру безразличны твои мрачные мысли и упаднические настроения, мир продолжает вращаться, и ты вращаешься вместе с ним… пусть даже не видишь в этом особого смысла.
Поэтому каждое утро я заставляла себя встать с постели, тщательно скрывала боль, безнадежность и страх, что захлестывали темной волной каждый раз, когда звонил будильник, и понимала, что я все еще жива… я все еще та, кому повезло. Я шла в душ, смывала холодный пот после очередного кошмара, наливала чашку кофе и садилась за стол вместе с Рейчел, потому что именно так поступают живые люди. Они… живут.
Конечно, время прошло, мои воспоминания о нем уже не такие пронзительные, как раньше. Теперь я снова могу дышать, могу двигаться дальше. Брайан. Вот видите? Я мысленно произношу его имя и даже не заливаюсь слезами. В этом есть даже некая сладость — вместо гнетущей скорби, что была моей неизменной спутницей последние два года, но я по-прежнему боюсь наступления утра.
Может быть, этот круиз все изменит.
Может быть, мое сердце и собрано по кусочкам, и стянуто хирургической нитью. Может быть, швы слегка разошлись в тех местах, которые не желали срастаться, — в тех местах, которые, как мне казалось, никогда не срастутся, — но оно вновь стало целым. Ведь я живу.
И если не потороплюсь, то опоздаю на семинар.
Я взглянула в сторону каюты Пакстона и подумала, не постучаться ли к нему. Нет. Он уже большой мальчик. Я ему точно не нянька и не собираюсь ею быть. Я размышляла об этом всю ночь и решила, что единственный способ сохранить здравый рассудок в этом учебном году — держаться подальше от Пакстона, насколько возможно.
Но если он пропустит семинар, мне придется самой объяснять ему материал.
Его дверь открылась, и я выдохнула с облегчением, но потом поняла, что в коридор вышел вовсе не Пакстон, а красивая брюнетка с распущенными волосами, в ярко-белых шортах и темных очках.
Она увидела меня, подняла очки на лоб и направилась прямо ко мне.
— Значит, это была ты, — промурлыкала она приторно-сладким голоском, но смотрела со злобой.
— Где? — спросила я.
Не слишком ли рано устраивать разборки?
— Вчера на зиплайне. Влезла на мое место. — Она смерила меня презрительным взглядом и подняла брови, ясно давая понять, что считает меня неполноценной.
— Слушай, я не знаю, кто ты…
— Я Зоя.
Вчерашняя девушка.
— Ну привет, Зоя. Я Лия, и что бы ты ни думала… если учесть, что ты вышла из каюты Пакстона… я всего лишь его помощница по учебе. У меня не было ни малейшего желания участвовать во вчерашнем безумии, и если тебе что-то не нравится, то разбирайся со своим парнем.
Больше всего меня злило, что я не испытывала никакой гордости за свою вчерашнюю решимость, — я не испытывала ничего, кроме тошнотворного страха, что мне придется повторить что-то подобное снова.
Зоя открыла рот, но не успела ничего сказать, как открылась дверь между моей каютой и каютой Пакстона и в коридор вышла высокая стройная блондинка с охапкой учебников в руках. Возможно, та самая девушка, которую я видела вчера на балконе с Пакстоном? Она посмотрела на Зою, потом на меня и покачала головой.
— Не включай стерву, Зо. Если бы Уайлдер хотел взять тебя, он бы взял.
Зоя прищурилась, но ничего не сказала, лишь отвернулась, презрительно скривив губы, словно решила, что со мной не о чем говорить. Она пошла прочь, покачивая безупречными бедрами, и мне сразу же стало легче дышать.
Глядя ей вслед, я ощутила укол глупой ревности. Конечно же, именно такие девушки нравятся Пакстону. Такие парни, как он, не соглашаются на что-то меньшее, чем совершенство. Куда уж нам, простым смертным!
— Спасибо, — сказала я, когда блондинка подошла ближе.
— Не обращай на нее внимания. — Она приветливо мне улыбнулась, и мы вместе направились к лифту. — Ты Лия, да? Помощница Уайлдера по учебе?
Я кивнула:
— Да, это я. Откуда ты знаешь?
Она рассмеялась красивым мелодичным смехом.
— Ты сейчас вроде как знаменитость в нашем маленьком городке. Я Брук, сестра Пенни. — Должно быть, она заметила мою растерянность, потому что сжалилась и пояснила: — Пенни — это Бунтарка.
— А, одна из Мятежников Пакстона.
— Одна из первых Мятежников. Они неразлучны и заражены одним вирусом жажды адреналина. Уайлдер — магнит для таких людей. — Ее голос смягчился, и это привлекло мое внимание.
— И ты с ним?..
Она нажала на кнопку вызова лифта.
— Нет, конечно. И Зоя тоже не с ним, как бы ей
