Давай поженимся - Юлия Резник

Давай поженимся

Глава 1

Элла

— Я к Милому! Можно не провожать.

— Ну-ка стойте! Вы с ума сошли, у Макара Ивановича селектор и…

Шарахаю дверью, отсекая навязчивый голос верной адьютантки (или как там ее?) полковника Милого. Господи, дал же бог имечко.

— Какого черта?! — поднимается из-за стола этот… Эм… Ох! Не Милый же ни черта. Даже обидно от такого несоответствия. Был бы в самом деле милым, я бы его в бараний рог скрутила. Вот бы он, миленький, где у меня был…

— Здрасте, — не теряю задора. — Я по поводу Яковлева. Кирилла…

Макар Романович хмурится, ну что тебе туча! Захлопывает ящик. И опирается двумя руками на стол. В воздухе отчетливо пахнет столовскими котлетами. Никак подъедает у курсантов товарищ полковник? Интересно получается. Это на солдатских харчах он наел столько мяса?

— Вы записаны на прием? — громыхает.

— У вас один приемный день в две недели! — перехожу в наступление я. — А учебный год в самом разгаре!

— Вот именно. Насколько я знаю, зав по учебной части до вас донес, что мы не берем курсантов посреди года, тем более…

— Вы не берете, а мне что делать?! — перебиваю. — Сын все уши мне прожужжал: «Хочу в училище, и все тут».

Вру, конечно. Но ситуация безвыходная. Кирюху надо прятать.

Макар Иванович смотрит на меня так, будто я только что попросила его подсобить устроить сына в балет при Генштабе. То есть, не скрывая своего изумления.

— Пусть пытается со следующего года. На общих основаниях. У нас тут конкурс вообще-то.

— Нам нужно в этом.

Милый молчит. Давит взглядом, видно, ожидая, что я не выдержу и сдуюсь. Ой, милый… Не на ту напал. Если бы я каждый раз отступала, уже бы сдохла где-нибудь под забором. А так — ничего. Держусь. Бизнес какой-никакой делаю.

— Так, объясняю, — сдается он и возвращается в кресло. — Раз уж вы вломились…

— Прямо таки вломилась, — возражаю я. — Зашла переговорить. Между прочим, не с пустыми руками…

Гремя пакетом с классным вискарем и текилой, ставлю свое подношение на стол.

Милый идет красными пятнами. Вылитый ягуар! Видать, проблемы у мужика с внутричерепным давлением.

— Это уберите. Сейчас же. И вот еще… Чтобы поступить в наше училище, мальчик должен пройти отбор. Сдать нормативы. Бег на короткую и дальнюю дистанции. Силовые… Получить заключение психолога.

— Ну, допустим, справка от психолога у нас имеется, — выпячиваю вперед грудь. Благо есть что выпятить. Я и кофточку специально надела… Не по сезону, скажем так. Какой мужик не растает при виде декольте? Импотент если только.

— С абитуриентами работает наш психолог!

— Это еще с чего? Что за произвол? — наседаю я.

— Не произвол! А предписанный регламентом порядок. Извините, как вас…

— Элла… — подаюсь вперед, уже понимая, что все идет не по плану! Милый все сильнее злится. И кажется, ему совершенно нет дела до моих прелестей. Может, не разглядел? Дети — ясно. Что с педагогическим составом? Насколько у них регулярный медицинский осмотр? Ведь они тоже должно регулярно проходить окулиста? Думала, да. Но теперь появились сомнения.

Накатывает отчаяние. Но я не могу ему поддаться, как хочется. Хлопаю, как дура, ресничками. Глаза у меня от отца, которого я ни разу в жизни не видела. Необычные. Будто сурьмой подведенные — даже подкрашивать не надо. Мужики обычно клюют, стоит только задержаться на них чуть подольше взгляду. А Макару-чтоб-ему-пусто-было-Иванычу будто бы все равно!

— Элла…

— Да! Элла. Леонидовна.

— Так вот, Элла Леонидовна. Мест у нас как не было, так и нет. И ничем я вам помочь не могу. Даже при желании.

— Еще как можете! Одно местечко, Макар Иваныч. Ну, что, вам сложно для хорошей женщины?!

Он встает, не скрывая своего раздражения. Я тоже вскакиваю. Для женщины я достаточно высокая — метр семьдесят семь. Он — не очень высок для мужчины. Поэтому сейчас, на высоченных каблуках, я смотрю на него даже чуточку свысока. Ауч. Этого я не учла. Вдруг у него какие-то комплексы в связи с этим? Почему я так думаю? Да потому что все беды в нашей жизни от мужчин-недомерков!

— Я же сказал! Мест нет. Будьте добры, покиньте мой кабинет. Ну не силой же мне вас выпихивать?!

Пускай бы попробовал. Так-то я занимаюсь боевыми искусствами. Впрочем, драться с начальником училища, в котором будет учиться мой сын — не лучшая идея. Остается временно отступить, чтобы сохранить остатки гордости. А там я обязательно что-то придумаю, ну?! Всегда придумывала!

Шмыгнув носом, трагично вздыхаю. Покопавшись в сумочке, протягиваю визитку.

— На случай, если вы передумаете. Позвоните… И если вам что-то понадобится…

— Например? — изумляется Милый.

— Ну, знаете… Отправить там, или что… Мне принадлежат несколько пунктов выдачи. В этом и соседнем районе. Вчера открылись.

— Поздравляю. Но это вряд ли.

Непробиваемый какой-то!

Гордо распрямив плечи, шлепаю к выходу. Ноги дрожат. Я так надеялась пристроить сына в кадетское, что теперь не знаю, что делать. Надо как-то подкорректировать свой план. Но почему-то в голову больше не лезет ничего путного. Может, потому, что гениальной была как раз его изначальная версия!

Выхожу в коридор, аккуратно прикрыв за собой дверь. Запрещая себе шандарахнуть этой самой дверью, как хочется. Я же взрослая женщина! Мать. Мне нужно держать лицо. Адьютантка Милого смотрит на меня цербером. Я, не сдерживаясь, вбиваю шпильки в паркетный пол. Зря она так. Знала бы мою историю, пожалела бы. Мелькает даже мысль: а может… рассказать? Глядишь, и поможет чем. Посоветует. Даже задерживаюсь на секунду. Но нет. Унижаться не хочется. Надо хорошенько подумать, вдруг обойдусь без этого?

Плетусь по лестнице, вслушиваясь в гулкое эхо учебных коридоров. А хорошо здесь. Видно, что руководство старается. Ремонт на уровне. Обстановка. На окнах жалюзи. Я даже не ожидала.

И тут замечаю девочку. Маленькую, лет пяти. В куртке дикой расцветки, с двумя сползшими с макушки хвостиками. Она медленно спускается по ступенькам, держась за перила и очень старательно проговаривая:

— Уан… ту…

Я невольно улыбаюсь.

— Сри, — подмигиваю. Думаю, посмеется. Детская игра, ничего серьезного. Но вместо этого девочка останавливается. Поднимает на меня глаза и начинает