Влюблен (не) по собственному желанию - Татьяна Любимая

Татьяна Любимая

Влюблен (не) по собственному желанию

1. Приворотное зелье

Сейчас или никогда! Сейчас или никогда!

Рука с пузырьком замирает над чашечкой кофе.

А вдруг не сработает?

А вдруг сработает?

Ой, мамочки! Вот от этого «сработает» поджилки трясутся сильнее, чем от перспективы потерять Сеньку, он только — только начал обращать на меня внимание.

Эх, была не была!

Бульк!

И это все? Маленькая капелюха во флакончике из темного стекла, абсолютно непрозрачного даже при свете самой яркой лампочки?

И где розовое облачко в виде сердечка или пшик?

Нету!

— Так и знала, что бабка — шарлатанка, — шиплю себе под нос. — Зато как врала убедительно.

«Выпьет паренек, взглянет на тебя и влюбится так, что захочешь — не отвяжется», — вспоминаю ее слова.

Ха, не знает меня бабка, ой, не знает… Мне же только этого и надо от Сеньки — чтобы люблю — не — могу. Чтобы только я одна на всем белом свете. Чтобы дышать без меня не мог, пить, есть, спать… Предложение, по — рыцарски стоя на колене. Колечко, ладно, без брюлика, я согласна на простое золотое. И свадьба человек на сто… А потом детки — девочка и мальчик… Вместе до старости…

Нетерпеливо поглядываю на часы — тринадцать двадцать.

Тридцать минут назад у Арсения закончилась пара. Пока заберет одежду в институтском гардеробе, пока дойдет до кафе…

Как раз у меня перерыв.

Живо представляю, как он сядет за столик — дальний, в углу, отгороженный искусственным фикусом Бенджамина.

Этот столик обслуживаю я и только я с того дня, как увидела за ним Матвеева и пропала. Раньше столик был закреплен за Кирой, но я его, можно сказать, выкупила у нее. Сговорились за две курсовых для нее и ее парня, они учатся на одном потоке. А с администратором договориться вообще не составило труда.

Матвеев с конца сентября ежедневно приходит в наше кафе, я подаю ему свежесваренный кофе со сливками и двумя ложечками сахара, горячий круассан — все как он любит.

Улыбаюсь во весь рот, краснею, млею, строю глазки, задаю глупые вопросы, короче, дура дурой. Это я при нем такая. Всячески показываю, как он мне нравится, надеюсь на внимание, а он…

Он такой красивый!

Улыбается в ответ. Ямочки на щеках при этом такие очаровательные, глаз не отвести.

Я думала, я ему нравлюсь. Вот — вот предложит сходить на свидание, потом встречаться, потом все остальное и до самой старости.

А он…

А он в последнее время вообще приходит не один. Каждый раз с новой девицей. И честно говоря, положа руку на сердце, вкус у него не очень.

Девушки ему совсем не подходят. Какие — то поверхностные, с ненатуральным смехом и идиотскими ужимками. Липнут к нему как мухи на… варенье.

Ловлю за окном подсобки знакомый черно — оранжевый пуховик. Он такой яркий, что видно издалека и спутать с другим сложно. Через секунду колокольчик над дверью извещает о новом посетителе.

Арсений уже здесь! А у меня еще ничего не готово! Копуша я!

Хватаю чистый поднос, стелю на него салфетку. Аккуратно ставлю чашку кофе с зельем на блюдце, а блюдце — на поднос, на фирменную тарелочку — два круассана с вишневым джемом.

Последний момент — взгляд на себя в зеркало. Я в порядке: непослушная копна волос убрана под косынку, фартук чист и выглажен, попа в черных джинсиках упруга и подтянута. В такое сокровище вполне можно влюбиться и без приворота, надо только присмотреться.

Если зелье не поможет, значит, Арсений просто осел!

Но тогда я буду искать другой способ завоевать его сердце.

Уверенно кивнув своему отражению, решительно беру поднос.

— С богом!

Не сводя глаз с кофе, чтобы, не дай Бог, не расплескать шарлатанский волшебный напиток, мелким шагом семеню к выходу из подсобки. Путь мой лежит через весь зал до фикуса и тут главное, чтобы никто не толкнул случайно. Бывало такое пару раз. Неприятно.

Сердце в груди колотится как дурное. На один мой шаг — десяток ударов под ребрами. Таких громких, что уши закладывает.

Но улыбку держу.

Ловко огибая столики и посетителей, дохожу до столика за фикусом. Поднимаю глаза, готовая встретиться с мужчиной своей мечты, который сегодня наконец меня заметит и влюбится.

А его нет!

Столик есть, фикус есть, а Арсения нет! И пуховика его на крючке нет тоже!

— А где…

Расстроенно разворачиваюсь назад и вдруг упираюсь подносом в чью — то стальную грудь. В нос ударяет запах дорого парфюма и мгновенно заполняет легкие, вытесняя оттуда все прочие запахи.

— Обалдеть! То, что нужно! — раздался над моей головой бархатный голос с хрипотцой.

Медленно скольжу взглядом вверх.

По широкой груди, обтянутой белой рубашкой с расстегнутыми верхними пуговицами и чуть подвернутыми рукавами. До квадратного подбородка, четко очерченных, будто высеченных из камня, пухлых губ, прямого носа с едва заметной горбинкой. А когда сталкиваюсь с невозможно синими радужками в обрамлении густых черных ресниц, колени вдруг становятся мягкими, а голова кружится. Будто вместе с ароматом сандала в меня вкачали еще приличную дозу алкоголя.

— Вы моя спасительница.

Сквозь гул в ушах не слышу слов, угадываю их только по движению губ. Смысл сказанного тоже доходит не сразу.

— А?

Вместо ответа на мое глупое «А?» мужчина берет с подноса кружку с напитком и…

Опустошает ее в два глотка.

Кофе, приготовленный для моего суженного! С капелькой драгоценного приворотного зелья! Чтобы Сеня выпил и влюбился в меня, и чтобы наступило наше «долго и счастливо» до конца наших с ним дней.

Удовольствие от выпитого отражается на красивом лице наглого посетителя — похитителя чужих напитков.

— То, что нужно, — расплывается широчайшей обаятельной улыбкой. — Сколько я вам должен?

— А? — мысленно четвертую нахала. Разделываю на ровные квадратные кусочки с мастерством сушиста.

— За кофе сколько я должен?

— Вы… вы что наделали?! — на меня обрушивается весь ужас произошедшего.

2. Я бы его… до пепла!

— Вы… вы что наделали?! — мои губы дрожат.

И я не знаю, то ли рыдать, то ли обрушить гнев на этого нахала. Не пугает тот факт, что он такой огромный и при желании легко прихлопнет меня одной левой. Как букашку.

Так, стоп! Порыдать я всегда успею. А вот высказать этому наглецу все, что я о нем думаю, лучшего момента не найти. Все