Измена пахнет расставанием

- Можешь не возвращаться, - едва слышно прошептала я вслед. – Никогда не возвращайся в мою жизнь.

Горло перехватило, а я опустила голову. Листок с печатью из папки вылетел и скользнул по полу вслед за Дамиром. Но потом остановился.

По-хорошему бы нагнуться, поднять его. Он может оказаться очень полезным.

- Ваш документ? – спросила женщина, поднимая и вручая мне в руки какое-то заключение.

- Спасибо, - кивнула я, скорее машинально.

Девушка с гладенькой прической - хвостом на ресепшене, с явным женским интересом следила за нашей сценой. Вряд ли она что – то слышала. Но ей и так все было понятно. В ее глазах не было сочувствия. Скорее простое любопытство и искорка злорадности.

Тут же к стойке подошла женщина, а на лице девушки расцвела фальшиво – вежливая улыбка.

Казалось, я должна была встать и уйти, но горе словно обезножило меня. Казалось, мои руки ослабли настолько, то не удержат вес тела на костылях.

Казалось, горе было выше моих сил. И оно плескалось через край. Я сидела, положив руки на животе.

- Даже если ты болеешь, ты нужен маме, - произнесла я твердо. И мысленно приготовилась к капельницам, врачам, сборам денег. Я готова к этому. Я готова тащить моего малыша до победного! Я готова в случае чего обнимать его, зная, что он пусть и не понимает, что мама рядом, но все равно чувствует ее тепло. И может быть, он мало что поймет в этой жизни, но он будет знать, что есть кто-то, кому он нужен! Я готова целовать искалеченные ручки, а Дамир не готов!

Слезы выступили на глазах. Внутри меня что-то начинало вздрагивать.

- Все кончено, - прошептала я, опустив глаза. – Я так и знала…

Аля, это только в фильмах чудеса случаются. В жизни все бывает по-другому. И сейчас с нервным усилием отрывала от сердца образ Дамира. Мне казалось, что он врос в него, вплавился.

Опустив голову ниже, я чувствовала, что нужно как-то собраться из осколков, и продолжить жить дальше.

- Девушка, с вами все в порядке? – спросил встревоженный женский голос. Я ответила, что да, все в порядке. Но голову так и не подняла.

Да! Сейчас посижу немного, а потом с окровавленным сердцем поеду домой.

Я услышала, как что-то шелестит чуть повыше моей головы. Я сначала не обратила внимания, погруженная в собственные мысли.

- Аля, - послышался тихий голос. Он звал меня по имени. А я подняла глаза, видя огромный букет кремовых розочек. Опешив от цветов, я сделала глубокий вдох, сминая направление на аборт.

- Аля, - послышался голос Дамира, на которого я смотрела сквозь пелену слез. – Давай начнем все с начала.

Сердце ударилось, едва заслышав это. Ему вдруг стало очень тесно в груди. Эти слова я мечтала услышать в больнице, когда лежала со сломанной ногой. Когда мне нужна была поддержка.

- А стоит ли? – спросила я, покачнувшись. Дамир присел напротив меня, вложив мне в руки цветы. – Ты согласен на больного ребенка?

Дамир внезапно изменился в лице. Его взгляд упал на сминаемую бумажку - направление на аборт.

- Знаешь, Аля… - начал Дамир, пока я откладывала цветы. Он опустил глаза, вздыхая, а я ждала, что он скажет мне.