Драгоценная опасность - Нева Алтай
Качаю головой. Что за новая мания Аджелло — всех вокруг женить? Это новое хобби или ему просто скучно? Человек вроде Сальваторе Аджелло без продуктивного занятия — серьёзная угроза обществу. Один Бог знает, какие безумные идеи могут прийти ему в голову. Но если у него внезапно проснулся интерес к сватовству, я могу попросить Адама связаться с его другом, владельцем местной радиостанции. Может, Аджелло заведёт собственное шоу? Хм. Ночные советы по свиданиям от дона коза ностра. В прямом эфире. Я усмехаюсь про себя при этой мысли.
— Ты свободен по четвергам вечером? — спрашиваю.
— Нет. А что?
— Просто так. — Пожимаю плечами. — Так зачем пришёл ко мне? Хочешь арендовать «Наос» для празднования? Хочешь скидку для друзей и родственников этих несчастных, блаженно вступающих в брак? Кто они, кстати?
— Артуро и твоя сестра.
Мой лоб покрывается морщинами. Должно быть, я неверно прочитал по губам.
— Повтори.
— Ты, конечно, заметил, что они встречаются.
— Чушь собачья. Это глупый фарс, который Девилль каким-то образом навязал Таре. Я ещё не понял его конечную цель, но ни на секунду не верю, что между ними что-то настоящее.
— Как жаль. — Аджелло разваливается на диване. — Потому что это серьёзно. Более того, завтра Артуро приедет к тебе, чтобы официально просить руки твоей сестры. Он очень ценит традиции.
— Пусть попросит. — Ухмыляюсь. — А я его покалечу.
— Тебе стоит спросить себя, Драго, почему твоя сестра вообще согласилась выйти за Артуро.
Ярость застилает зрение. Я вскакиваю и нависаю над столом, приближаясь к Аджелло.
— Что ты сделал, ублюдок? Угрожал ей, как угрожал Сиенне? Потому что если да, я...
— Я абсолютно ничего не делал, кроме как предложил имя невесты, — перебивает он. — Что бы ни заставило Тару согласиться на брак — это между ней и Артуро. Если бы твоя сестра хотела твоего вмешательства, она бы сама к тебе пришла.
Гнев в голове сменяется замешательством. А затем меня озаряет шокирующее прозрение. Тара не может любить Артуро. Значит, она притворяется с этим ублюдком, вероятно, ради меня. Вопрос почему? Во что она влипла на этот раз? И почему, чёрт возьми, не пришла ко мне за помощью?
— Где, черт побери, мой зять? Я немедленно прекращу это безумие, — рявкаю я. — Что бы она ни натворила, я всё исправлю.
— Как ты всегда делаешь?
— Да!
— Будешь продолжать спасать её снова и снова? Лишать возможности самой решать свои проблемы? Признавать ошибки и гордиться, когда наконец преодолеет их? — Он наклоняет голову, сверля меня взглядом. — Ты действительно настолько эгоистичен? Или, может... просто боишься?
Горло горит от подступившей желчи, и мне больше всего хочется ударить этого ублюдка. Потому что он прав. И я ненавижу его за это.
— Ты не можешь ожидать, что я просто буду сидеть сложа руки и смотреть, как Тара губит своё счастье. Как бы они ни притворялись, я знаю, что она ненавидит его. Попытка уберечь младшую сестру от пожизненных страданий, — хриплю я, — это, по-твоему, эгоизм?
— Вообще-то, всего на год.
— Что?
Что-то вроде лёгкой ухмылки мелькает на лице Аджелло. Наверное, игра света — этот человек никогда не улыбается.
— Пташка нашептала мне, что они договорились. Артуро и Тара. Он даст ей развод через год брака. — Уголок его рта поднимается. — И она получит по миллиону долларов за каждый месяц совместной жизни. Таково было её условие, которое Артуро пришлось принять. Очень умно со стороны твоей сестры.
— Боже. — Хватаю стакан с виски и осушаю его одним глотком.
— Я знаю, ты любишь Тару. Она единственный оставшийся у тебя близкий родственник. Но ей отчаянно нужно научиться самой разбираться с последствиями своих поступков. И этот урок лучше усваивается на практике. Вопреки твоей неприязни к Артуро, ты должен знать, что он никогда не причинит вреда твоей сестре. Так почему бы не позволить этому браку состояться и посмотреть, что будет? — Он пожимает плечами. — Кроме того, есть маленький факт, что ты обязан коза ностра за спасение жизни после стычки с румынами. Разве не разумно погасить этот долг, не вмешиваясь в их союз?
— Что ты с этого получишь? — резко спрашиваю я. — Этот... брачный эксперимент или как ты его там называешь? И что с этого Девиллю?
— Я хочу, чтобы Артуро был счастлив. А ты, несомненно, хочешь того же для сестры. Я уверен, они идеально подходят друг другу. Никто из них так не считает, но это испытание докажет им обратное. Однако для успеха мне нужно, чтобы ты сыграл свою роль.
— То есть сидеть сложа руки, наблюдать и притворяться, что верю в их спектакль?
— Именно. — Аджелло встаёт, поправляя пиджак. — Поверь мне. У меня хорошее предчувствие.
Заложив руки в карманы брюк, итальянский дон пересекает пустую танцплощадку. Несмотря на лёгкую хромоту, он выглядит так, будто совершает неспешную прогулку. Без тени беспокойства на лице.
— Чокнутый, — бормочу я. — Вот кто ты, безумный интриган.
Рядом с пустым стаканом на столе вибрирует телефон — пришло сообщение. Я игнорирую его, всё ещё поглощённый этим разговором. Этот человек явно не в себе. Но он также прав. Я слишком сильно опекал Тару, пытаясь уберечь её ото всего. Даже от её собственных решений.
Может... Может, пришло время позволить ей спасти себя самой.
Но если что-то пойдёт не так... Если этот самодовольный красавчик обидит мою сестру... Золотой крестик на его шее будет не единственным. И он не переживёт испытания моей верой.
Глава 9
Тара
— Абсолютно нет. — Я с такой силой толкаю стопку бумаг с детальным брачным контрактом по столу, что папка соскальзывает с полированной поверхности и приземляется на колени Девилля.
— Похоже, ты считаешь, что эти условия можно обсудить, — рычит он. — Но это не так.
— Наша договорённость заключалась в том, что я выйду за тебя замуж. Мы не обсуждали, что мне запретят работать в «Наосе». Или что я должна буду сопровождать тебя на всех твоих пафосных итальянских мероприятиях и играть роль хозяйки на ужинах с твоими приятелями из коза ностра. И уж точно не было речи о том, чтобы жить в твоём доме!
Глаза Сатаны прожигают меня насквозь, пока он медленно поднимается из кресла. Сжимая папку в руке, он обходит стол и останавливается прямо рядом со мной.
— Я не знаю, как заключаются браки там, откуда ты родом, и мне всё равно. — Он снова кладёт контракт передо мной. — Я буду платить тебе по миллиону долларов в месяц и позабочусь, чтобы ты отработала каждый цент,
