Дольше чем вечность - Дж. Дж. Пантелли
– Хорошо. Только я трусиха. Привыкла, что лечу других, а сама ненавижу все эти процедуры.
Эштон улыбается и убирает волосы на правую сторону.
У меня перехватывает дыхание от этого простого жеста. Я наливаю на ватный диск антисептик и, как можно нежнее, чтобы не причинить Эштон боли, вытираю кровь с небольшого пореза на ее плече.
– Я помню, как ты лечила меня после встречи с парнями из Геррерос.
Беру пластырь и заклеиваю рану. Поднимаю глаза, и наши с Эштон взгляды пересекаются.
Она сглатывает ком в горле и говорит:
– Эйден… Я хочу признаться тебе кое в чем. Все в прошлом. – Эштон делает паузу, собираясь с мыслями. – Я часто вспоминала о тебе. Представляла, как ты берешь Алана на руки прямо в родзале, как мы гуляем с ним по пляжу. Как обустраиваем его детскую и весь дом. Мне так хотелось, чтобы ты был со мной и разделял все счастливые мгновения. Но я неосознанно возвращалась в Портленд и ненавидела тебя! Так ненавидела, что запретила себе думать о тебе.
В уголках ее глаз виднеются слезы.
Мое сердце, кажется, только что разорвалось на части от ее признания.
Я, черт возьми, настолько многого лишил себя, лишил нас, лишил Алана.
– Эштон, я… Я прошу тебя: прости за то, что меня не было рядом с тобой, рядом с моим мальчиком.
Глаза начинает предательски щипать.
– Детка, ты так нужна мне… – кончиками пальцев вытираю слезы с ее лица. – Я пропустил самые важные моменты в жизни своего сына, но больше не хочу упускать ни одного.
Расстояние между нами сокращается. Я не могу противиться своему желанию, поэтому, несмотря на предостерегающий взгляд Эштон, целую ее.
– Я давно тебя простила. Только это ничего не меняет, – тихо шепчет девушка, позволяя мне завладеть ее ртом.
Наши языки сливаются и устраивают войну. Обеими руками она обхватывает мое лицо и притягивает к себе. Наше шумное дыхание заполняет все пространство комнаты. Я подхватываю Эштон за бедра и усаживаюсь на диван, опустив ее на свои колени. Девушка издает стон, который для меня означает зеленый свет. Ладони скользят по ее голой попке. Черт, на ней же совершенно ничего нет под этой гребаной рубашкой! Мой член моментально реагирует, и я прижимаю Эштон еще ближе к себе.
– Я мечтала вновь почувствовать твои губы и руки, Эйден… Так сильно мечтала.
Она снова обрушивается на меня с сумасшедшим поцелуем, касаясь моей груди торчащими сквозь тонкую ткань сосками.
– Детка… – Я в мгновение ока справляюсь с пуговицами на рубашке, и в моих ладонях оказывается ее грудь.
Разрываю наш поцелуй и втягиваю в рот левый сосок. Эштон выгибается навстречу. Моя ладонь скользит по ее животу, пальцы находят ее влажный, горячий центр.
– О боже… – произносит она на выдохе и утыкается носом в мои волосы. А руками не дает мне отстраниться от своей груди. Эштон двигает бедрами все быстрее и быстрее, в такт движениям моих пальцев между ее ног.
Свободной рукой я расстегиваю ширинку на своих джинсах. Черт, как же я хочу снова оказаться в ней! Хочу снова наблюдать, как эта девочка извивается на мне во время оргазма.
Эштон поднимает свою попку и запускает руку в мои трусы. Она умело ласкает член пальчиками, покрывая мою шею влажными, сводящими с ума поцелуями.
– Эштон! – рычу я и, приподнимаясь, стягиваю свои джинсы с бедер. – Я хочу тебя.
– Я знаю. Но так нельзя, Эйден. У меня есть мужчина, который скоро приедет домой. Пожалуйста, пойми меня…
Она пересаживается на диван и трясущимися руками берется за пуговицы. Я не верю своим ушам. Быстро натягиваю джинсы и подрываюсь с дивана.
– Ты вспомнила о своем парне, когда мой член уже почти был в тебе! Это шутка?
Не дождавшись ответа Эштон, отпиваю виски прямо из бутылки. Картины того, как она сейчас вернется домой и ляжет в постель с Нанду, всплывают перед моими глазами. Я сжимаю стекло в руке и делаю еще пару глотков.
– Хочешь, чтобы это случилось вот так? Давай! Я займусь с тобой сексом, при этом размышляя о том, что такого сделать, чтобы моя голова не лопнула от жуткой вины перед Нанду. Согласен?
Эштон расправляет рубашку и, нахмурив брови, направляется к двери.
– Я хочу, чтобы ты снова стала моей! Только моей! – кричу ей вслед.
Девушка тормозит в паре футов от выхода, оборачивается и возвращается ко мне, сходу запрыгнув на руки. Ее губы вновь касаются моих.
– Перестань так делать, иначе я не уйду. Отпусти меня, Эйден, дай со всем разобраться.
Эштон впивается в мою нижнюю губу. Я захватываю ее язык и углубляю поцелуй.
– Тебе нужно еще время? – шепчу я, с трудом отрываясь от ее губ.
– Совсем немного. Совсем… Донесешь до порога? – Чертовка покусывает меня от губ до мочки уха, играет с моими волосами. – Я не смогу уснуть сегодня. Буду представлять тебя внутри себя.
– Эшто-о-он! Что ты со мной делаешь?!
Дохожу до двери с самой дорогой ношей на руках. Девушка скользит по мне, вставая на ноги. Ее губы дразнят мои невесомым поцелуем, и через секунду она скрывается за дверью.
Я опираюсь обеими руками о дверной косяк и усмехаюсь. Эштон снова разожгла во мне чертово пламя и сбежала. Узнаю свою строптивую девочку.
Глава 9
Эштон
Я довольно быстро пересекаю расстояние в двести метров и, подходя к собственному дому, сталкиваюсь с миссис Патаки. Сказать, что она удивлена, – значит, ничего не сказать.
– Эштон? Что?.. Где?.. – она обводит меня взглядом, задерживаясь на раскрасневшемся лице. – Нанду и Алан снова засели за приставку. Ужин на плите, если ты голодна. Увидимся завтра.
– Да, спасибо, Эльза, – ныряю за ее спину, мечтая наконец скрыться от пронзительного взгляда.
Женщина что-то бормочет себе под нос и мелкими шагами удаляется к своему автомобилю. А мне требуется несколько минут, чтобы перевести дух и на всякий случай придумать правдоподобное объяснение своему внешнему виду. Вхожу в гостиную, боясь быть застигнутой врасплох, но мои парни даже не оборачиваются. Отлично! Их слишком увлекла игра. Быстро преодолеваю коридор, лестничный пролет и вбегаю в свою спальню. Пытаюсь выровнять дыхание. Прикусив нижнюю губу, все еще ощущаю на разгоряченной коже лица дыхание Эйдена. Может, не стоило давать слабину? Не стоило так скоро выдавать себя? Черт! Мне нужно в душ.
Снимаю рубашку и прячу ее в нижний ящик комода. Теплая вода не смывает ощущение страстных прикосновений и не уносит в сток
