Vic. Если ты вернёшься. - Вирсавия Вайс
Вик резко вскинул голову и осмотрелся, оглядываясь по сторонам. Его напряжение я почувствовала сразу. Его рука на моих плечах сразу стала тяжёлой, он сильнее притянул меня к себе, вжимая в тело, словно от чего-то защищал, закрывая собой. Я увидела, как под кожей забугрились мышцы, очертились сосуды. Под моим ухом, прижатым к груди, сильными толчками забилось сердце.
- Когда? Я всё понял. - Голос ледяной, чужой, режущий. - Постараюсь к вечеру организовать, это самое раннее. Никто не знает, что она и дочь со мной, потому что никто не знает, что я с ними вообще связан. Да, Даша под охраной. Какая, сука, «Альфа»? Каждый из моих ребят, как три «Альфы» с «Вымпелом» вместе взятые. Да ты что? Прям так и пропадают? - хмыкнул он. - И дальше пропадать будут! Каждого, кого увижу, угомоню. Всё, мы тогда сейчас домой… Буду договариваться о коридоре.
Он отключился и замер.
- Вить, что происходит? - тихо спросила я.
- Всё нор-маль-но! - по слогам процедил он, шумно выдыхая, кладя подбородок на мою макушку. - Оль, голову не забивай хуйней всякой, договорились? Мы сейчас едем на Пятницкую. До вечера будем там, вечером улетишь, понятно?
- Почему? - Я подняла голову и попыталась поймать его взгляд.
- Потому что я так сказал. Этого достаточно? - Он взял меня за руку и вывел из здания аэропорта.
Уже через час Витька открывал дверь квартиры.
- Давай, малая. - Хлопнув меня по попе, он закрыл дверь. - Вот теперь и душ, и выспаться. До вечера время есть. Я на кухню, кофе сделаю и сварганю перекусить по-быстрому, а то, смотрю, ты опять ни хера не ешь. Одни глаза остались. И да, - ухмыльнувшись, Вик кивнул головой на толстовку, - ёбарь-террорист, можешь, наконец, переодеться.
Он улыбался своей кривой, сводящей с ума улыбкой, скидывая тяжёлые ботинки, и облизнувшись, оглядел меня потемневшими глазами.
* * *
Когда я вышла из душа, по квартире плыли запахи свежесваренного кофе и чего-то невероятно вкусного, отчего желудок заурчал, скрутившись в узел. Стянув с головы полотенце, растирая махрой густые мокрые прияди, я двинулась в спальню.
- О-оль? - Его голос проник под кожу и понёсся по артериям, заставляя сердце заколотиться, как ненормальное, разгоняя под кожей безумных мурашей. - Переодевайся, завтракать и спать.
Я повернулась, стискивая рукой ворот пушистого банного халатика.
Я реагировала на него мгновенно. как солома на огонь, воспламеняясь от одной искры, от взгляда, жеста, голоса, запаха, от одной только мысли о нем. Вот и сейчас я стояла, не смея пошевелиться, не смея даже отвести взгляд от него. Он стоял в дверях, облокотившись о косяк, скрестив руки на груди, оглядывая меня ленивым, раздевающим взглядом, который я чувствовала каждой клеточкой своего тела.
- Вить, я больше не могу.
Щеки стали пунцовыми, жар полыхнул вниз, до груди и живота, пальцы затряслись. Вик улыбнулся, окидывая меня маслянистым, тяжелым от возбуждения взглядом, прекрасно понимая в каком я состоянии.
- Солнышко, я предлагаю исключительно только сон. - Тянет он, включая на полную весь арсенал своего оружия соблазнителя, отчего внизу всё сразу стало млеть, сочиться влагой и пульсировать, жёстко опровергая все мои «не могу» на корню. - Разве я сегодня ночью не сдержал слово?
Я сглотнула и сделала шаг назад, упираясь спиной в дверь.
- Вить, пожалуйста, - прошептала я, чувствуя, что тело начинает опять предавать меня.
- Оль, повторяю ещё раз: только если ты попросишь, если ты позволишь.
Он оттолкнулся от косяка и медленно подошел, встав напротив меня, уперевшись руками с двух сторон от моей головы.
- Только если ты скажешь сама, родная.
Он наклоняется, его губы касаются моих губ, прочерчивая горячую дорожку к виску, обжигая кожу.
- Только если ты позволишь. - Шепчет он, проводя пальцами по моим скулам.
Моё дыхание становится рваным, я нервно облизываю внезапно пересохшие губы, глаза скользят вниз, останавливаясь на его пахе. Твою мать! Даже через джинсы я вижу, как он дёрнулся. Резко поднимаю взгляд и натыкаюсь на его понимающую ухмылку.
- Иди одевайся, Оль. - Тихо говорит он, кивая в сторону двери. - Иначе ещё пять минут, и ты позволишь мне всё и даже больше.
Вик делает шаг назад, шумно выдыхает и, развернувшись, уходит на кухню, бросив напоследок:
- Я жду тебя, малая!
Проводив его взглядом, стискиваю на груди халатик, чувствуя, как от движения плюша, по разгорячённой коже, заныли соски, посылая импульсы желания по всему телу, отдавая томлением
