Vic. Если ты вернёшься. - Вирсавия Вайс
Он сидел, закрыв глаза, обдумывая ситуацию, созданную самим дьяволом, где по воле судьбы они с Татарским оказались по одну сторону, защищая женщину, которую любили оба.
Кто бы ему сказал шестнадцать лет назад, что десятилетняя девочка, которой он приносил шоколадки, так изменит его жизнь, станет его женой, его наваждением. Он как сейчас вспомнил, как отдавал ей её любимые плитки Kit Kat, а она отламывала полоску, долго держала её в ладони, а потом слизывала растаявший шоколад с пальцев, сначала языком, а потом брала палец в рот, губами собирая остатки сладкой шоколадной массы. Когда пальцы становились чистые, она облизывала губы и отламывала следующую шоколадную полоску от плитки, повторяя всё действие с врожденной женской чувственностью. Он так и называл её тогда Кит Кат, а она весело смеялась, протягивая ему руку в ожидании сладкого подарка.
Её отца, Заму, он знал очень хорошо, правая рука Татарского. А Ольга, она хвостиком бегала за ним, куда бы он ни пошёл. Его она всегда звала дядя Шама и улыбалась из-за спины отца, когда он приходил к Владу. Господи, он ведь даже её учил стрелять, пока Влад, застав их за этим занятием, не пригрозил прострелить ему яйца. Но потом их пути с Татарским разошлись, и он забыл о ней, ровно до того момента, пока ему на стол четыре года назад не легло фото Татарского-младшего с невестой, в которой он сразу узнал дочь Замы, ту самую желтоглазую девчушку. Желание тут же накрыло его с головой.
От маленькой девочки не осталось и следа. Перед ним была красивая девушка, чем-то напоминавшая ему Анну. Он хотел её, хотел до боли, до зубовного скрежета. Это стало его навязчивой идеей, полностью отравившей мозги. Его целью стало сделать её своей, несмотря ни на что. Похоть изводила его, лишая разума. Он сделал всё, полностью разрушил весь мир, в котором она жила, и в конце концов добился своего. Ольга стала его. Она так и не узнала его, что неудивительно. В то время он носил бороду в память по утраченной любви, в память о своём возвращении с того света. А Ольга, сама того не зная, помогла ему пережить тот тяжелейший период жизни и дала силы жить дальше.
Глава 33 Виктор
В Моховое Вик въехал ближе к полудню. Проехав сгоревшие дома, он остановился у первой заброшенной пятиэтажки, которая смотрела на мир глазницами разбитых окон и снятыми с петель подъездными дверьми. Выйдя из «Асти», он потянулся и закурил. Тишина бомбила по ушам, оглушая, что заставляло нервы натягиваться звенящей струной, обостряя все инстинкты. В этой локации сейчас он напоминал солдата в мире постапокалипсиса. Оглядывая заброшки, он криво улыбнулся, заметив движение в одном из квадратов разбитых окон на первом этаже. Вытянув руку вперёд, он сделал стреляющий жест и крикнул:
- Двухсотый!
- Мор, бля, какого хера? Предупреждать надо о том, что прёшься! Чуть башку тебе вентиляцией не обеспечил.
Из подъезда вышел мужчина в камуфляже и, оглянувшись, направился к Виктору.
- Ярс, все в сборе, кроме Святого?- Вик протянул руку, и тот её крепко пожал.
- Почти все в сборе, ждём троих: Апостола, Барса и Святого. Все остальные тут. Ганс через час, - он глянул на часы, - подвезет МСЗхи, новенькие байгыши, шестнадцать «Векторов», десять «Витязей» и лично для меня СР-ку трешечку.
- На хера тебе «Вихрь», пижон с гранатой?- Криво улыбнулся Виктор.
- Хочу.- Хмыкнул Ярс, подняв бровь. - Святой со своей девочкой приедет?
- Чего умнее ещё придумаешь?- Вик поднял бровь,- Как он её на борт поднимет? Давай жопой шевели, пока Ганс не отчалил. Пусть прихватит «Драгуна» и «Сумрак», на выбор нашему ангелу смерти.
- Ёёё! Мор, да ты чего разошёлся-то так?- Ярс ухмыльнулся и, подняв вверх обе руки, сделал шаг назад.- Ты решил замутить войну
