В логове Архана. Слепая любовь (СИ) - Толич Игорь

— Ты головой ударилась на своём дне рождении? — голос сорвался на шипение.

— Это ты головой ударился, братик, — выплюнула она. — Ты не в сказку попал. Прости за горькую правду, но ты теперь инвалид. И я не хочу, чтобы какая-то вертихвостка внушила тебе, что влюбилась в тебя, не замечая всего, что тебя окружает. А тебя, если ты забыл, окружают бабки. По этой Насте видно, что она дороже столовки в универе ничего не видела.

— Инвалид? — повторил я тихо.

Мадина сглотнула — она поняла, что сказала не просто лишнее. Она перешла черту.

— Считаешь меня инвалидом? — голос мой зазвенел сталью. — Ну, спасибо, сестричка.

— Я думала, ты должен знать правду… — пробормотала она уже без прежней наглости.

— Правду? — я усмехнулся так горько, что сам удивился, как этот звук вышел из моей груди. — Ты называешь правдой своё презрение? Или свою зависть? Твои-то хахали с тобой всегда из-за денег.

Она втянула воздух:

— Архан…

— Ты считаешь, — прервал я, — что, раз мои глаза не видят, я стал мусором? Обузой? Не мужчиной?

— Я такого не говорила, — пробормотала сестра, но голос её дрогнул.

— Ты вообще сегодня «не то» говоришь, Мадина.

Мне не нужны были глаза, чтобы знать, как она скрестила руки на груди и надулась как маленький ребёнок. У неё на всё была одна реакция. Но сейчас я не собирался спускать ей с рук всю ту грязь, что она вылила на Настю.

— Вот что самое херовое, Мадина, — наконец сказал я тихо. — От Насти я бы такого не услышал. Никогда. А от тебя — запросто.

Она резко всхлипнула:

— Я просто боюсь, что она тебя использует…

— Меня, как раз, используют все, кроме неё! — злость не отпускала, голова начала болеть от присутствия сестры. — Проваливай. Сейчас же.

— Ты… так из-за неё?

— Да. Из-за неё.

— Она тебе никто!

— Ошибаешься, Мадина.

В груди что-то дёрнулось, как будто я сказал больше, чем хотел.

Мадина замолчала впервые за весь разговор.

— Теперь вон, — процедил я. — Пока я действительно не забыл, что ты мне сестра.

— Хорошо, братик. Но вот увидишь, я докажу тебе, что она с тобой из-за денег!

Глава 43. Настя

Я очень старалась не плакать. Давила слёзы всеми силами. Ну, чего рыдать? Глупо же… Но… Мне было так стыдно, так… паршиво на душе!

Пусть я и не слышала, о чём Архан разговаривал с Мадиной, мне достаточно было вспомнить, каким взглядом она меня провожала — столько презрения, столько омерзения ещё поискать надо! Прямо концентрированный яд сочился из её глаз, когда я покидала кухню. Не сомневаюсь, что и затем сцена развернулась весьма эмоциональной. И Архан, и его сестра были отнюдь не паиньками. Ещё неизвестно, кто страшнее в данном случае…

Я бы не удивилась, если бы там случилась реальная драка, но разнимать брата и сестрицу не собиралась. Мне бы со своей болью сейчас справиться…

Вот чего это Мадина припёрлась? Как назло! И настроение всё обгадила, и снова напомнила мне, на каких я тут правах нахожусь…

Господи, она же наверняка сейчас там мозги Архану промывает… Он ещё, не дай бог, убьёт её в запале!..

Хоть и страшно было, а с места я не двинулась. Так и лежала в кровати ничком, хлюпая носом. Вдруг где-то внизу грохнула дверь — смачно так хлопнула, от души. Видимо, Мадина всё-таки ушла. И, ясное дело, не в духе. Лучше б она сколько шума подняла, когда только переступила порог дома…

— Настя?..

Я вздрогнула повторно, не ожидав, что что-то ещё потревожит. Архан появился у входа в мою комнату. Я оглядела его и быстро отметила, что он весь напряжён до предела — ещё чуть-чуть, и взорвётся. Вот только мне в тот момент было ещё хуже.

— Ты как?.. — проронил Архан подходя ближе.

— Нормально, — соврала я, слишком очевидно, чтобы в этом мог хоть кто-то поверить.

Архан сел рядом и нашёл мою ладонь, переплёл наши пальцы. Я хотела бы отстраниться, но не получилось, и уже через секунду он заключил меня в свои объятья.

— Что хотела Мадина? — задала я вопрос, хотя не собиралась ни о чём спрашивать. Ну, зачем, Настя, зачем?..

— Так… Проведать решила, — процедил Архан, тоже не особо заботясь, чтобы я клюнула на это ложь.

— Гадости про меня говорила? — я попыталась произнести это иронично, словно мне совершенно всё равно.

Архан вздохнул и отвернулся. Судя по всему, он не думал отвечать. А я меня только больше распалило:

— Нет, ты скажи. Скажи, что про меня наболтала твоя сестра?

— У неё одна песня, — проскрежетал зубами Архан. — Мадина с чего-то уверена, что всё обо всех знает, и может кого угодно раскусить. Особенно если это касается моей личной жизни. Вот только она что-то не на тех бочки катит.

— Так что она про меня сказала?

Архан поморщился:

— Да обычная песня… Обозвала тебя… Ну… Доступной девушкой…

— Проще говоря, шлюхой, — издевательски подсказала я. — Кажется, у вас прямо семейная традиция так меня обзывать.

Я не хотела делать что-либо такое, чтобы Архан подумал, что я обижаюсь. Наоборот — хотелось выдать это за шутку, самоиронию… Но на самом деле я правда обижалась и не смогла это скрыть. Потому инстинктивно высвободила руку резким движением и хотела поскорее отойти от Архана.

Он среагировал немедленно и не дал мне сбежать:

— Настя, ну, ты чего?

— Ничего…

— Да брось…

— Чего бросать? — я усмехнулась, едва не всхлипнув. — Скажешь, не было такого? Ты сам меня не раз так обзывал.

— Это было давно… — пробормотал Архан с как будто бы виноватым видом.

— Не так уж и давно. И, между прочим, это было совершенно незаслуженно! — как-то так вышло, что я повысила голос.

И тут же испугалась, что сейчас грянет настоящая ссора, но Архан едва заметно поджал губы и быстро ухватил меня за запястье. Он буквально заставил меня сесть к нему на колени.

— Несть, послушай, — не давай он мне опять свинтить и мягко придерживал за плечи, — я был неправ тогда. И Мадина тоже сегодня была неправа. Но она не со зла…

— Ой, да ладно! — возмущённо выпалила я. — Она же сегодня не просто так пришла. Наверняка затем и припёрлась, чтобы узнать, чем мы занимаемся наедине! Мадина ещё с первого взгляда меня возненавидела, а теперь так вообще небось проклинает!

— Не проклинает она тебя, остынь!

— Пусти! — я кряхтела и сопротивлялась, но Архану без особо труда удавалось удерживать меня на месте. А мне снова захотелось плакать — не только от обиды, но ещё и беспомощности.

— Насть, угомонись!

Архан вдруг сделал какой-то резкий выпад, и я с его колен мгновенно очутилась спиной на кровати, придавленная сверху массивным горячим телом моего кавказца, а руки мои оказались над головой, отчего сопротивляться я попросту не могла.

— Архан, мне сейчас не до этого… — всхлипнула я жалостливо, хотя на самом деле моё тело сотрясали уже не только рыданья, но и возбуждение, которое умудрилось пробудиться моментально, как только мои губы обожгло горчим дыханием этого мужчины.

— Просто хочу, чтобы ты послушала, — прорычал Архан. — Я никому не позволю тебя оскорблять. Это ясно?

— А себе? Себе позволишь?

— И себе не позволю, — заявил он решительно, после чего склонился к моему лицу. — Давай-ка ты лучше сейчас расслабишься и перестанешь думать об этой фигне. Мадина тебе ничего не сделает. Даю слово.

— А ты?.. — спросила с вызовом.

— А я… — проговорил Архан медленно и утробно. — Я подумаю, как с тобой лучше всего поступить…

Глава 44. Настя

Я хотела ещё что-то сказать — поддеть или возмутиться, в общем, не собиралась так легко уступать Архану, всё-таки его семейство, да и он сам, уже достаточно попили моей кровушки. Но тут его губы накрыли мои, и я потеряла не только возможность говорить, но и дышать, и сопротивляться. Последнего мне вообще уже не хотелось даже. Потому что сопротивляться пришлось бы в конечном счёте собственным желаниям — я хотела моего кавказского мужчину так, как ничего и никого во всём мире. Он был моим проклятьем и спасеньем, самым сладостным грехом и бездонной пропастью наслаждения.