Академия подонков (СИ) - Мэй Тори
— Какой?
— Я не ем сладкое, — кидаю из-за плеча.
— Выбирай, иначе я возьму весь прилавок и буду скармливать тебе по ложечке.
— Мне без разницы, давай это, — тыкаю издалека в самый невзрачный квадратик бисквита.
— Это медовое, Пчёлка, тебе нельзя. Или снова опухнуть хочешь? — оголяет белые зубы, посмеиваясь.
С ужасом вспоминаю, как лет в двенадцать я хапнула медового сиропа с травами от простуды, который готовила бабушка Дамиана.
Мы отдыхали в горах, много катались на лыжах, я и охрипла.
Увы, народное лечение не пошло мне на пользу: в начале у меня онемели губы, затем начали зудиться уши, а потом мое лицо начало стремительно отекать, напоминая барабан.
В итоге наш отдых закончился вызовом скорой помощи, и намертво приклеившимся прозвищем «Пчелка» от засранца Дами.
Он утверждал, что я сама слишком сладкая, отсюда и аллергия на мёд.
— Не смешно! — дую щеки, не пуская улыбку.
— Смешно будет до конца жизни. Ты была похожа на пчеловода, — ржёт Дамиан и вылавливает с прилавка пухлый меренговый десерт.
Хрустящий, с мягкой серединкой, украшенный взбитыми сливками и свежими ягодами.
Ну, капец. Меня ждет сахарная кома. Десерт и Бушар, в котором адекватность иногда все же подает признаки жизни.
— Стоп, а куда мы это все набираем? — оживляюсь. — В общаге негде готовить. Можно было просто поесть на фуд-корте…
— А кто сказал, что мы сегодня вернемся в общагу? — выдает лукаво, выкладывая покупки на ленту. — Так уж и быть, накормлю тебя нормальной едой, а не столовскими харчами.
— Я не поеду к тебе, — протестую.
— Не ссы, девственница, у меня много места.
Вцепился же, как клещ.
— Мне нужно готовиться к… — в голову не приходит ни один предмет.
— Неубедительно. Идём! Или можешь поймать ближайший автобус с пересадкой до Альдемара. Ой! — он издевательски смотрит на часы. — Автобусы уже не ходят. Поздно метаться.
Злюсь. И вместе с тем меня распирает неуместное любопытство посмотреть, как он живет.
Не будет же он меня против воли скручивать? Учитывая, что он ни разу не опустил глаза ниже моего лица во время моего "стриптиза", я его не слишком-то привлекаю.
Последняя мысль неадекватно приправлена досадой. Конечно, я ведь не тонконогая Илона…
По дороге в основном молчим. Бушар периодически тычет пальцем по сторонам, называя мне места и улицы.
Пока он не видит, незаметно глажу взглядом его кисти и запястья, вспоминая, какими ласковыми были его пальцы, когда мы впервые несмело держались за руки.
Надо же, как быстро может заржаветь общение. Под коркой коррозии уже и не вспомнить, о чем нам удавалось беседовать днями напролет, а потом и ночами по телефону.
Квартиры достигаем быстро, винный магнатик живет в самом центре, в одном из тех высоких стеклянных зданий, которыми я украдкой наслаждалась, пока мы колесили по городу.
Прозрачный лифт активируется карточкой Дамиана и поднимает нас из подземного гаража до последних этажей.
У входа в квартиру нас уже ждут разномастные пакеты и коробки с сегодняшними покупками.
— Милости прошу, — распахивает передо мной дверь.
Несмело шагаю в просторную прихожую, а царь следом заносит покупки.
Первое, что бросается в глаза — автоматически загоревшийся свет, мягкий и невесомый, будто стены сами его излучают. Тонкими стрелами вдоль них тянется лед-лента, добавляя современной магии.
Сами стены белые, на одной из них — ряд теннисных ракеток, аккуратно закрепленных на металлической держателях.
Немногочисленная мебель — тоже сдержанная, стильная, минималистичная. Ничего не перегружает пространство. Разительное отличие от альдемаровской готики и напыщенности.
Мы перемещаемся сразу на кухню, куда плавно перетекает прихожая.
Дамиан составляет продукты на кухонный остров, искоса поглядывая на меня.
— Чего застыла? Располагайся.
В кухонном пространстве меня встречает окно во всю стену, открывающее вид на сияющий вечерний город, по венам которого текут красно-желтые фары автомобилей.
Завороженно приближаюсь, стоя на самом краю высотки, огороженная от бесконечного падения лишь стеклом.
Дамиан тихо подходит ко мне сзади, наблюдая за происходящим.
— Нравится?
— Нормально, — бурчу, отстраняясь.
— Можешь принять душ пока, если хочешь, — спокойно распоряжается Бушар, принимаясь за продукты. — Там в пакетах где-то есть пижама.
— Я не выбирала пижаму, — качаю головой.
— Я выбрал.
— Ах да… — закатываю глаза. — Насколько заранее ты все продумал?
— Это экспромт, — пожимает плечами, а у самого по лицу нескрываемое ликование гуляет.
Душевую комнату закрываю на три оборота, и только там позволяю себе выдохнуть и расслабиться.
Пол и стены здесь покрыты гладким серым камнем с едва заметными вкраплениями, которые искрятся при свете.
Теплая подсветка выделяет большое круглое зеркало, которое висит над большой раковиной.
Скидываю одежду, врубая струи на полную. В Академии так не забалуешь, мы экономим воду.
Стеклянная перегородка отделяет душ от остальной части комнаты, и за ней — мощный тропический душ. Ласковое водное полотно обнимает меня, смывая усталость дня.
Беру один из роскошных гелей, который тут же наполняет комнату чувственными нотами розы.
Не стесняясь, хватаю вехотку Дамиана и провожу по коже, оставляя плотный пенный след.
Тело откликается приятным расслаблением, и я забываю о времени, кое-как заставляя себя закончить водные процедуры.
Завернув волосы в пушистое полотенце, распаковываю выбранную Дамианом пижаму.
К счастью, никаких вырезов до пупа и шортиков под самую попу. Просто мягкая пижама с рисунком в мелкое красное сердечко, состоящая из уютных широких штанов и рубашки с коротким рукавом.
Все скромно — отражение меня радует.
Блин, неужели после всего произошедшего между нами за последнее время, я действительно собираюсь ночевать здесь?
Сознание противится, но мои согласные действия говорят об обратном.
Может, я тоже преследую некую цель? Скажем, переиграть ситуацию нужным мне образом, чтобы Бушар прекратил вставлять мне палки в колеса.
А это мысль!
Возможно, стоит ему подыграть?
Мое послушание потешит его самолюбие, и он наиграется, сделав выбор в пользу более высокоранговых особ.
Да, точно!
Нужно постараться не сражаться с ним, быть хитрее. Мое сопротивление только раззадоривает его.
Возможно, нам удасться более-менее наладить доверие и наконец поговорить о том, что произошло. Пока непонятно, как это сделать, не выливая на него тонны дерьма…
Ну все, погнали!
— Ммм, как вкусно пахнет! — выхожу из душа в совершенно другом расположении духа.
Меня радует мой план, да и в воздухе витают удивительные ароматы чесночных креветок и томящихся мидий.
— Надо же… — хмыкает он моему комплименту.
Дамиан орудует у плиты, он всегда любил готовить, поэтому картина меня не удивляет, а, наоборот, кажется чем-то родным и привычным.
Он тоже переоделся. На нем простая черная футболка, облегающая широкую спину и тонкие серые треники, подчеркивающие крепкий зад.
Босой и с растрепанными волосами он выглядит практически безобидно.
Лицо спокойное, без наглой маски, движения натренированных рук плавные и уверенные. Чистый гипноз, если не знать о дрянном характере.
Дамиан тянется к бутылке белого вина, зубами вытягивает приоткрытую пробку, заливает мидии вином и накрывает крышкой.
Мне даже не нужно смотреть на этикетку, чтобы догадаться, что за производитель на ней указан.
Внимательно слежу за его рукой, напрягаясь и ожидая, что сейчас он подхватит один из подвешенных вверх ногами бокалов и нальет выпивку, но Дамиан опережает меня:
— Я не собираюсь пить. Это только для рецепта.
Благодарно моргаю и берусь за овощи, чтобы сделать нам салат. Не стоять же истуканом в стороне? Нужно с чего-то начинать наше общение…
