Кровавый трон - Элли Хелен Далтон

— Они нас бояться. — Грегори знал об этом, потому что сам недавно стал свидетелем одного разговора двух солдат их королевской стражи.

— А ты думаешь почему армия зачищает поселения? Власть уже давно пошатнулась, осталось лишь убрать пару кирпичиков, и она обрушится, при этом хорошо так задев сомнительного правителя и его прихвостней. Словно крыша прямо на головы, не щадя. — Уверенным тоном проговорил Темный.

* * *

Ардент, Цениса

На полу в самой темной комнате замка сидел король, вглядываясь в знакомое отражение в зеркале. Перед ним стояла бывшая возлюбленная, в своем бордовом платье, что так ей шло. Девушка улыбалась, и вместе с ней улыбался король.

— Моя Элиза, скоро будет бал в твою честь, — приговаривал Валериан, поглаживая зеркало.

Девушка молчала, она была лишь видением в его голове, которое слишком часто появлялось. Валериан не только говорил с ней, он спал, ел, гулял представляя с собой лишь ее. Обладая призрачной девушкой, король чувствовал победу в своем уговоре с отцом. Понимал, что Элиза принадлежит лишь ему.

— Ты моя, только моя, — причитал он.

В последние дни состояние Ардента и Майринера стали волновать его еще меньше, что было лишь на руку Левиатии.

Постучавшись в комнату вошел новый советник короля. Молодой парень, лет двадцати был единственным, кто хоть как-то старался направить сходившего с ума короля.

— Ваше Величество, — нарушая тишину проговорил советник, — принц Левиатии уже в Майринере, «Вольное царство» скоро будет у границ дворца, нам нужно действовать иначе королевства будут уничтожены. — Но его слова не имели никакого влияния на любующегося своей воображаемой Элизой, Валериана. Все это лишь сильнее раздражало и так нервного короля.

Найдя под рукой нечто напоминающее вазу, даже не взглянув в сторону двери, Валериан кинул предмет. Разбиваясь на маленькие кусочки, этот фарфор напоминал сердца жителей Ардента и Майринера, которые до последнего верили в благоразумие своего правителя.

Глава 49

Время текло, тело излечилось после жесткого ритуала, поэтому Эван сейчас осторожными движениями снимал бинты со спины. Татуировка, по его словам, вышла просто прекрасной, прямо, как у него, только в уменьшенной копии.

— Мне передали, что в Ночь Двух Лун будет бал в Ценисе. — Без предисловий сказал мужчина. — Думаю, стоит напасть именно в это время. Они меньше всего это будут ждать.

— Валериан такой лицемер, — горько вздохнула я. — Хорошо, как скажешь.

— Ты даже не станешь спорить или что-то спрашивать? — Эван выразительно на меня посмотрел и поднял одну бровь. — Ты редко сразу соглашаешься. Что-то случилось?

— Нет, все в порядке. Просто не вижу смысла, ты прав — вот и все. — Мое лицо осветила улыбка, которая была предназначена только для одного человека, самого дорого мне человека.

— Надеюсь, ты ничего в очередной раз не придумала.

«Ты слишком хорошо меня знаешь.» — Мысленно ответила ему я, но, чтобы король успокоился, отрицательно покачала головой.

* * *

Утро началось сегодня слишком рано, рассвет только намечался, но в моих покоях уже был сумасшедший дизайнер, который ввалился в комнату и, нагло подняв меня с постели, заявил:

— Душечка, да ты выглядишь просто отвратительно.

Я ответить сразу что-то ему не смогла, просто потому что пребывала в легком шоковом состоянии. Кожа мужчины отливала бронзой, глаза его были подведены чем-то темным, а веки заполнены золотым оттенком, темная щетина, слишком ровная и идеальная. Он определенно следил за собой и знал себе цену. Одежда была необычной для мужчины, но не вызывающей — фиолетовая рубашка, поверх которой накинута черная жилетка, ну и, конечно, кожаные брюки, удачно подчеркивающие его ноги. Черные, будто смоль, кудри цепляли мой взгляд.

— Душечка, чего ты молчишь? — Спросил он, вовсю расхаживая вокруг меня и внимательно рассматривая. — Ах, да! — Он легко хлопнул себя по голове и тут же отвесил мне поклон. — Позвольте представиться, Антуан Рейзенберг, человек, имеющий самый лучший дизайнерский вкус в этом королевстве.

— Приятно познакомиться. Меня зовут Эл… — Начала я, но мне не дали закончить.

— Элиза Ардентская, знаю. Королева, которая сейчас выглядит, как несостоявшийся труп.

— Вообще-то, это почти так и есть. — Тихо проговорила я и постаралась намекнуть, чтобы мне дали время привести себя в порядок. — Давайте, я вас приму через минут двадцать за чашечкой чаю?

— Душечка, меня не надо принимать, я уже пришел. — Антуан пожал плечами, будто я сказала что-то странное. — Сейчас тебя превратим в человека. А то мне стыдно даже, хотя это ты так гостей принимаешь.

— Вообще-то, я не принимала. — Пробормотала я.

— Отставить, в ванную марш. — Мужчина бесцеремонно меня развернул по озвученному направлению.

— Эван будет против. — Привела последний имеющийся аргумент.

— Душечка, поверь мне, — он выразительно осмотрел меня, — Эван против не будет. А только за. Считай, к тебе прилетел спаситель. — Антуан закрыл меня в ванной и, приказав своим двум помощницам меня вымыть и вычистить, пошел выбирать одежду, тихо причитая о том, что мне досталась такая база, а я так плохо ей распоряжаюсь.

Меня погрузили в огромных размеров ванную, усиленно растирали мое тело, поливали различными маслами и лосьонами, которые пахли просто замечательно. Как же я давно не получала такого…

Потом меня передали в руки импозантного Антуана, который уже подобрал платье. Я, как его увидела, восторженно и совершенно по-детски захлопала в ладоши. Белоснежное платье настоящей красавицы. Дизайнер знал свое дело. Длина юбки была необычна и не достигала пола, останавливаясь чуть ниже колен. Верх выгодно подчеркивал грудь, а, вместо рукавов, вниз опускались ленты, которые сопровождали каждый мой жест, каждое движение, придавая какое-то волшебство. Волосы Антуан закрутил и оставил лежать волнами на плечах, лишь пару передних пряжей закрепив лентой в тон ткани платья сзади. Просто, но невероятно лаконично. В зеркале отражалась нимфа, моя бледная кожа контрастировала с темными волосами, яркие губы, покрытые косметикой Антуана, притягивали взгляд и, казалось, могли пленить каждого. Длинные ресницы обрамляли глаза, цвета штормового неба.

Я обернулась к мужчине, который уже выгнал своих помощниц и собирал чемодан, и, искренне улыбнувшись, сказала:

— Спасибо вам.

— Да я только рад, тебе не хватало лишь обрамления. Ты была бриллиантом без огранки, особенно после своей болезни.

— Вы — настоящий гений.

— Я знаю, душечка. Я буду рад поработать с тобой еще, ищи меня, как нужна будет помощь с огранкой. — Подмигнув, он выбежал из моих покоев, напоследок крикнув. — В любое время, душечка!

* * *