Ферма в рассрочку и очень жадный дракон - Тая Вальд
Это придало мне сил. Я забыла про усталость в руках, про то, что платье промокло от пота. Весь мир сузился до полоски земли передо мной и до ворчащего существа в моих руках.
— Давай, красавица, поднажми! — вдруг донёсся до меня знакомый низкий голос.
Я на секунду отвела взгляд и увидела его. Ардан. Он стоял в стороне от толпы, скрестив руки на груди. На его лице играла та самая хищная, заинтересованная улыбка. Он смотрел прямо на меня.
И почему-то это взгляд не парализовал меня, а наоборот, подстегнул. Внутри что-то ёкнуло — не страх, а скорее вызов. Я не собиралась пасовать перед ним.
— Слышишь, твой банкир болеет! — прокричала Фенька. — Не ударьэ.эж в грязь лицом!
Я стиснула зубы и с новой силой налегла на рукоятки. Мой криворал, почувствовав этот импульс решимости, наконец перестал ворчать и с ровным, мощным гулом понёсся вперёд, оставляя за собой идеально ровную и глубокую борозду. Я обогнала второго гнома. Потом эльфа. Впереди оставался только могучий фермер. Он был всего в паре метров от финишной черты, но его криворал, видимо, устав, начал сбавлять ход.
Я мчалась что есть сил. Ноги подкашивались, в глазах стоял пот, но я видела только финишную ленту. Фермер бросил на меня удивлённый взгляд и тоже попытался ускориться. Наши криворалы почти синхронно пересекли финишную линию.
Я рухнула на колени, тяжело дыша, выпустив из рук рукоятки. Мой агрегат сразу же замолк и застыл. В ушах стоял оглушительный звон, смешанный с рёвом толпы.
— И победитель… — голос судьи прозвучал с небольшой заминкой, пока он совещался с другими членами жюри, осматривающими борозды. — Победитель — Алёна, хозяйка фермы «Серебряный Ручей»! По качеству вспашки её борозда признана лучшей!
Я не поверила своим ушам. Подняла голову. Фенька скакала на месте, издавая победные звуки, похожие на смех. Могучий фермер, проигравший мне всего на полкорпуса, смотрел на меня без злобы, а с долей уважения и кивнул.
Ко мне подошёл судья и вручил мне… мотыгу. Но какую! Она была сделана из тёмного, отполированного дерева, с серебристым наконечником, на котором были выгравированы тонкие, переплетающиеся узоры. Она лежала в руках удивительно легко.
— Самокопная мотыга, — торжественно объявил судья. — Признаёт только настоящих хозяев. Поздравляю!
Я взяла её, и рукоять тут же приятно согрелась в моей ладони, словно отвечая на прикосновение.
— Ну что, справилась, — раздался рядом бархатный голос. Ардан подошёл так бесшумно, что я вздрогнула. — И даже обошла Барнира Скалу, нашего местного чемпиона по пахоте. Впечатляет.
— Я… я просто очень хотела выиграть, — выдохнула я, всё ещё не в силах прийти в себя, покрепче сжимая свою новую мотыгу.
— Желание — отличный двигатель, — он снова улыбнулся, и на этот раз в его золотых глазах, помимо насмешки, промелькнуло нечто похожее на одобрение. — Поздравляю с первым трофеем. Уверен, это только начало.
Он развернулся и снова растворился в толпе, оставив меня с бешено колотящимся сердцем и тёплой мотыгой в руках.
— Видишь? — подскочила ко мне Фенька, тычась мордой в мою ногу. — А ты сомневалась! Говорила же, я лучший тактический советник! Теперь у нас есть пахотная палочка-выручалочка! Следующий конкурс — «Битва урожая»! Там нужно собирать огневики, они шевелятся и кусаются, но ничего, справимся! Отдышись пару минут и бегом на площадку!
6
6
Эйфория от победы в конкурсе с криворалом кружила голову, как крепкий напиток. Я стояла, всё ещё тяжело дыша, и сжимала в руке свою новую мотыгу, которая отзывалась тёплой, едва заметной вибрацией. Казалось, весь мир у моих ног, и следующие конкурсы фигня, раз плюнуть!
— Ну что, отдышалась? — Фенька ткнула меня мокрым носом в ладонь. — Не зазнавайся, мешок с костями. «Битва урожая» — это тебе не ровные линии пахать. Тут тебя и кусать будут, и обжигать.
— Да ладно, ерунда какая, — махнула я рукой, чувствуя прилив самоуверенности. — Что там может быть сложного в сборе урожая?
— А вот ты сейчас и узнаешь, — проблеяла коза и повела меня к другой площадке, огороженной невысоким плетёным заборчиком.
Внутри располагались делянки, засаженные самыми необычными растениями, которые я когда-либо видела. Они напоминали небольшие перцы, но были ярко-оранжевого цвета и будто светились изнутри, испуская лёгкое тепло. Это и были огневики. И они… шевелились. Созревшие плоды дёргались на стеблях, а когда к ним подходили участники, отползали в сторону, словно живые существа.
— Уважаемые участники! — объявила женщина-судья с огненно-рыжими волосами, одетая в защитный фартук с нашивками в виде языков пламени. — Ваша задача — собрать за отведённое время как можно больше зрелых огневиков в корзину! Помните: они горячие, капризные и не любят грубого обращения! Сорвёте незрелый — штрафное очко! Испугаетесь — останетесь без урожая! Начали!
Я схватила свою плетёную корзину и уверенно шагнула на делянку. И сразу же пожалела об этой самоуверенности. Огневик, к которому я протянула руку, дёрнулся и лёгким, но ощутимым язычком пламени лизнул меня по пальцам. По коже пробежало жжение, будто я дотронулась до раскалённой ручки сковороды.
— Ай! Зараза! — я дёрнула руку назад.
— Не груби им! — крикнула мне через плетень Фенька. — Они же всё чувствуют! Расслабься! Представь, что гладишь ёжика!
Я сделала глубокий вдох, пытаясь унять дрожь в пальцах. Вокруг меня другие участники уже вовсю орудовали. Гномы, не обращая внимания на лёгкие ожоги, ловко хватали огневики и швыряли их в корзины. Эльфы что-то напевали растениям, и те послушно сами падали им в подставленные лукошки. А я стояла как идиотка и боялась протянуть руку.
— Да соберись ты уже, тряпка! — завопила Фенька. — Они уже полкорзины набрали, а у тебя ветер свистит!
Стиснув зубы, я снова протянула руку, на этот раз медленно и плавно, без резких движений. Я смотрела на огневик, пытаясь мысленно передать ему, что я не враг. Пальцы коснулись гладкой, тёплой кожицы. Огневик дёрнулся и слегка обжёг кожу, словно предупреждая. Я аккуратно сжала его и сорвала. Положила в корзину. Получилось!
Воодушевлённая, я двинулась дальше. Но процесс всё равно шёл черепашьими темпами. Пока я уговаривала один плод, другие участники собирали по три. Я пыталась ускориться, но стоило мне сделать резкое движение, как огневик тут же отвечал болезненным языком пламени. Мои пальцы горели, потел не только лоб, но и
