Руководство по спасению: сама придумай - Anastasia Richter
В сравнении с двумя другими моими мужьями Майк гораздо стройнее. Поджарое тело, без гипертрофированно выпирающих мышц. Когда он в одежде, заподозрить наличие каменного рельефного пресса сложно, но я-то знаю, что он есть, как и весьма развитый остальной мышечный каркас. Обнажённым он выглядит очень хищным, словно в нём столько стремительности, что мурашки разбегаются от одного лишь воспоминания. Пухлые, соблазнительные губы, которые, вот точно знаю, очень чувственно целуют. Красивые, правильные черты лица и хищный нос с небольшой горбинкой. А ещё они. Моя погибель. Ямочки на щеках. Одно это обстоятельство заставляет меня внутренне пищать от восторга. Одним словом, он красавчик.
Мои взгляды незамеченными не остались. Сначала он заинтересовано хмыкнул и демонстративно выгнул бровь, но чем больше я рассматривала, тем взволнованнее он становился. Чувствительные к настроению хозяина уши чутко шевелились, периодически припадая к голове, а спустя несколько минут моего молчания хвост начал метаться из стороны в сторону. Прелесть какая тискальная. Как-то я упустила эту штучку из зоны своего внимания — непорядок, нужно обязательно исправить.
— Мила, что случилось? Ты расстроена нашим браком? Да, понимаю, что начало взаимоотношений у нас было испорчено, но я стараюсь улучшить твоё впечатление о себе. Я…
— Майки, ты чего это?
— Я чего? Мил, ты так пристально на меня смотрела, что у меня уже паника началась.
— Ты красивый. На тебя приятно смотреть просто так, без особой причины.
— И всё?
— Нууу, слушай, а у тебя хвост чувствительный?
— Причём здесь хвост? Я начал говорить о наших взаимоотношениях... — на меня глянула как на что-то не очень умное. Прям совсем неумное.
— Милый, всё у нас прекрасно в плане взаимоотношений, а если будут какие-то вопросы — мы их обязательно решим.
— Хорошо. Хвост у всех хессов чувствительный.
— А если трогать, то приятно или наоборот?
— Ммм, это скорее раздражает, чем приносит удовольствие. На самом деле прикосновение к хвосту мы стараемся не допускать без веской причины.
— Оу, поняла, лапки не тяну.
— Но если хочешь — то можешь потрогать. Я постараюсь не дёргаться.
— В этом плане я ни на кого ещё не покушалась, так что давай свой атавизм на растерзание.
— Почему это атавизм?
— У меня же нету.
— Так ты и не хесса. — довольно проговорил владелец этой интересной части тела и, став ко мне боком, сунул в руки его.
Нда, между ног болтается на «х» начинается.
Реально хвост как у кота, ну я так думаю. По крайней мере, чётко прощупываются позвонки. От моего взгляда не укрылось, что мужчине прикосновения не очень нравятся — тело напряглось. Ладно, не будем мучать несчастного подопытного, котиков обижать нельзя.
Некоторое время раздумывала: начинать разговор или же не стоит? С одной стороны, о таком комфортнее поговорить с нагом — он уже привык к моим выбрыкам. А вот с другой, хесс всё же лучше знает своего побратима.
— Майк, у меня к тебе вопрос личного характера, и он имеет прямое отношение к Френку.
— Задавай, помогу, если знаю ответ.
— Ммм, ты такое дело… В общем, я бы хотела, чтоб он проколол себе сосок. Да, звучит странно, но как ты думаешь, он бы согласился?
С усилиями выдавила этот вопрос из себя. Но всё же этот вариант безопасней, чем идти напрямую к Френку — мало ли как он отреагирует. А так хотя бы морально подготовлюсь. Хесс удивлённо меня рассматривает, словно у меня вторая голова выросла.
— А зачем тебе это?
Блин, ну зачем лишние вопросы, а? Просто короткий ответ меня бы устроил гораздо больше. Стыдненько. Но раз начала, давим потихоньку ответ.
— Эмм, дело в том, что у него эти части тела очень чувствительные. Очень. И такая деталь явно бы доставила ему удовольствие. Чёрт. Ладно, забудь, вопрос снимается с повестки дня. — как-то резко стало катастрофически неловко, и я уже встала, чтобы метнуться в гостиную, но Майк меня перехватил. Обнял за плечи и прижал к груди.
— Мила, он будет только за. Правда. Меня и наличие штанги в языке невероятно удивило, когда узнал. А тут такие вопросы. Уверен, что ему понравится это предложение. Куда ты с такой скоростью ломанулась?
— Ты долго молчал, и я уже решила, что несу полный бред.
— Я всего навсего не знал об этой его особенности и поэтому удивился. А тут ты, знакома с ним всего ничего, но уже знаешь гораздо больше меня.
— Эм, не знал?
— Всё верно.
— Но вы же… — делаю непонятные жесты руками пытаясь задать все интересующие меня вопросы с их помощью и телепатически. С последним не проканало.
— Да, мы побратимы, но мы никогда не оказывались одновременно в одной постели.
Молча смотрю в ожидании продолжения. То есть как? Это я тут как объединяющее звено работаю? И до этого в их, скажем, не юной жизни ничего эдакого не было? Какой кошмар, Милка, ты разлагаешь местное общество своими извращёнными фантазиями. Вот я в себе ни на минуту не сомневалась.
Тпррр, стоп, а как они с женой спали, собственно говоря? Исключительно по расписанию? Видимо, то ли телепатия всё же сработала, то ли на моей моське что-то написано крупными (прям очень крупными) буквами, но хесс меня понял.
— У нас был не тот уровень отношений. — по размеру мои глаза, наверное, стали как звёзды.
Кааак бы женатость — это какой уровень отношений? Она вообще бывает с уровнями?
— Минуточку, я видимо чего-то недопонимаю. Вы были женаты. Жили в одном доме. У вас совместный ребёнок. Общий. И при этом не тот уровень отношений?
— Мил, как бы тебе объяснить?
— Желательно простыми словами и коротко. — с губ Майка срывается смешок.
— Матери Риша нравилась ревность.
Иии? Сказал «а» — давай уже и «б» говори. Я конечно понимаю, что краткость — сестра таланта, но, блин, не настолько же. Можно, конечно, договориться самой с собой, что, мол, неэтично рассматривать прошлые отношения, но нет, уж лучше знать чем не знать. Иначе ещё чего выплывет интересного.
— Если в самом начале это нам даже нравилось, то чем дальше тем хуже становилось. Она выбирала одного из нас и напрочь игнорировала второго. Со временем роли неожиданно менялись. Какое-то время мы с Френком практически ненавидели друг друга, но затем устали от вечных скандалов и смирились с ситуацией. Вот в принципе и всё.
Ага, весело. Так, Милка, записываем по пунктикам. Первое:
