Всеслава - Тина Крав

С губ девушки сорвался вздох. На стороне князя была правда. У Божены больше свидетелей. Значит и решение примут в ее пользу.

— Я ручаюсь за Всеславу.

Искро и Слава обернулись. Из толпы к ним шагнул Богдан. Следом за ним вышла Тешка, став рядом с мужем. Слава встретила ее взгляд, в котором светились огоньки поддержки и участия.

— Я тоже ручаюсь, — на этот раз это был голос деда Горисвета. Как ни странно, но за ним с последовала бабка Зимава. Замужняя женщина принимала сторону мужа, даже если была не согласна с ним. А вот вдова имела право голоса. И Зимава им воспользовалась. Но что действительно удивило Славу, так это поручительство лавочника Ивара, у которого она когда-то покупала молоко и творог. Она растерянно посмотрела на мужа. Судя по его взгляду, он был удивлен не меньше ее, хотя это никак не отразилось на его лице. Ладомира и Роксана с мужьями тоже вышли, став рядом. Слава была благодарна им за поддержку. Ведь, по сути, они стали на сторону иноземца, выступив против князя. Как и те несколько дружинников, шагнувших из общего круга вперед. Верислав, Зареслав, Всеволод, Миролюб… Слава их знала. Они всегда были рядом, когда она работала в княжеском тереме. Те, кому доверял Искро. Слава посмотрела на мужа, но его взгляд был устремлен на князя. Она помнила, о чем ей говорил муж ночью. Он не рассчитывал на столь явную поддержку горожан. Однако все складывалось неожиданным образом. У них оказались сторонники. На ее душе потеплело и появилась надежда. Однако слова Божены, вернули все на свои круги. Понимая, что их шансы уравниваются, Божена сделала шаг вперед, вскинув голову и вызывающе глядя в глаза князя.

— Я требую ордалию! *(это судебное доказательство вины или невиновности обвиняемого в преступлении посредством физического испытания. К числу наиболее распространённых видов ордалии относятся испытания ядом, огнём, калёным железом, холодной и горячей водой, хлебом и сыром, а также судебный поединок.).

Слава подняла взгляд на мужа. То, о чем он говорил ночью. Только предложить это должна была она. Теперь надо не дать успеть Божене выбрать способ. Заметив кивок Искро, она шагнула вперед.

— Я согласна! — громко, так, чтобы все слышали, произнесла она, — и на правах того, кому бросили обвинение и вызов я выбираю испытание холодной водой.

Стояла вторая половина рюеня *(сентября). Ночи стали холодными, а ветра все сильнее и сильнее нагоняли осенние дожди. Да вода в реке была холодной. Как раз то, что подходит для испытания. Князь обвел всех тяжелым недовольным взглядом.

— Готовьтесь к испытаниям! — прозвучал его приказ над толпой.

— Князь! — Искро прямо встретил его взгляд. — Коли невиновность моей жены будет доказана, — прозвучал его сильный голос над притихшей толпой. — Я требую, чтобы ее обвинительница понесла наказание.

Он имел на это право. Никто не стал возражать. И даже Божена смолчала, вопросительно посмотрев на князя. Мужские взгляды скрестились.

— Ты так уверен в невиновности своей жены, степняк? — презрительно произнес князь. Искро промолчал, продолжая буравить того темным взглядом.

— Хорошо, степняк. Коли боги примут сторону твоей жены и будет доказано, что она невиновна, Божена покинет город. В противном случае…

— Город покинет Всеслава, — перебил его Искро, не дав князю договорить и озвучить наказание. Князь кивнул. Слава выдохнула. Пока все складывалось так, как и предполагал Искро. Однако князь решил оставить последнее слово за собой.

— Твоя жена покинет город, — произнес он, — а ты возьмешь в жену Божену. Таким образом, восстановив ее имя и сняв с нее обвинения, которые бросил в ее адрес.

А вот этого она не допустит. Слава видела, как муж сдержано кивнул. Она знала, что в противном случае Искро увезет ее. Не посмотрит на князя, и опасности, которые его будут поджидать даже на риск того, что его могут казнить, если поймают. Но она не хотела, чтобы они стали изгнанниками и беглецами. Не хотела рисковать жизнью Искро. Ну что ж, пусть все Светлые боги ей помогут. Теперь все зависело только от нее.

Слава смотрела, как их с Боженой окружают ратники. Не собиралась она бежать. Но таковы правила. Они с Боженой под подозрением. Ее взгляд метнулся к Искро, поверх копья одного из стражников. Его глаза спокойно смотрели на нее. Почувствовав толчок в плечо, Слава пошла вперед. Их провели чрез город и ввели на мост над стремительно несущей свои воды рекой. Волхв, подойдя краю начал читать заклинания, моля богов разрешить их конфликт и указать на невиновного. Искро стоял в стороне, наблюдая за происходящим. Но Слава видела, что нет да нет, но его взгляд обращается к ней. В такие моменты ее охватывало тепло. Страх отступал, и она верила, что у нее все получится.

К ней подошел Остромысл, держа в руках веревку.

— Прости, Всеслава. Я должен тебя связать, — остановившись рядом проговорил он. Не отрывая взгляда от мужа, Слава кивнула, заводя руки за спину. Вокруг ее запястий крепко обвилась веревка. Таким образом у нее оставались свободными только ноги.

' — Ты должна будешь позволить себе утонуть, Слава, — вспомнила она слова мужа, сказанные ей ночью, — в тот момент, когда тебя столкнут с моста, вдохни воздух, как я учил тебя на озере и задержи дыхание. Одежда намокнет и потянет тебя вниз. Позволь этому случится. Не паникуй и не пытайся выбраться. Как только начнешь паниковать, считай, что проиграла. Я нырну за тобой сразу же, как Божена всплывет и ее начнут вытягивать. Она не продержится долго.'

Слава понимала, о чем он, но сейчас, стоя на краю моста и глядя в стремительно несущиеся под ней воды, она начала сомневаться, что нее получится. Она растерянно оглянулась. Поймав ее взгляд, Искро кивнул. Девушка несмело ему улыбнулась, позволяя привязать еще одну веревку к ее талии, за которую ее потом вытащат на берег. Холодное лезвие ножа, спрятанное под нижней рубахой, немного бодрило ее, придавая уверенности. Искро сам привязал его, так чтобы она могла до него дотянуться, даже со связанными руками. Если у нее получится. Она сможет дотянуться до него и перерезать путы. Если получится…Искро был уверен, что она справится. Она — нет. Так, Слава. Без паники! Помни, что он говорил. Когда ты уверен в себе, в своих силах и ловкости, считай, что