По воле богов. Выбор богини. Книга 4. Часть 1 - Ольга Камышинская

– А-а-а, все с тобой ясно… Еще как относится. Тебе нужно выпустить пар, малыш, – многозначительно произнес рыжий и похлопал дружески оборотня по плечу, – понимаешь, о чем я? Развеяться в компании веселых, безотказных и умелых девчонок. Эти две цацы, – он кивнул в сторону Вивьен и Теодоры, – из тебя все соки выпили своими закидонами, они даже святого доведут до припадка… Я знаю, о чем говорю, у меня есть сестра …

У Ориса дома их было около трех десятков, и со всеми он всегда ладил. И вообще, среди девчонок он чувствовал себя как рыба в воде.

Оборотень поднялся.

– Ты куда?

– Не знаю… Пойду, прогуляюсь.

– Так занятие еще не закончилось.

– Плевать.

Джойс посмотрел ему в спину и осуждающе покачал головой.

Орис спустился с трибун и пошел прямиком через поле. Где-то на середине его остановил магистр Торет.

– В чем дело, Орис? Далеко собрался?

– У меня живот болит, я в лазарет, – бросил он и пошагал дальше.

Почти у выхода его догнала Вивьен.

– Стой, Орис!.. Ты куда?

– У меня живот разболелся. – глядя мимо нее, пробубнил он.

– Давай я посмотрю, – потянулась к нему она.

Орис оттолкнул девичьи руки.

– Возвращайся к Лангранжу, он же для тебя старается!

– Что?..

– «Вы такой красивый, когда улыбаетесь!» – передразнил ее Орис, порывисто развернулся и почти бегом направился в сторону учебного корпуса.

Вивьен застыла в изумлении, таращась ему в спину.

– Что случилось? – подлетела к ней сзади Теодора.

– У Ориса живот заболел…

– Что-то серьезное?

– Не знаю, – продолжала смотреть ему вслед Вивьен. – он не захотел, чтобы я его осмотрела.

– Ему плохо?

– Похоже на то…

***

Три дня подряд в расписании стояли только лекции, и тогда Вивьен нарочно приезжала в Академию пораньше, чтобы не спеша пройтись по безлюдному парку, походить между сонными корпусами, посидеть в пустой аудитории, листая лекции или учебники.

И только она уютно устроилась с яблоком в руках, поставила на стол фляжечку с водой, разложила свои записи и книги, как в аудиторию влетела взмыленная и напуганная Теодора.

– Слава Богам, мне не показалось, что это ты была в парке!

На вопрос «что случилось?» она умоляющее посмотрела на Вивьен, прошептала:

– Пожалуйста, пойдем скорее.

И, ничего толком не объяснив, потащила Вивьен за собой к выходу.

Пока бежали, Вивьен попыталась расспросить Теодору, но та бросила:

– Ничего не спрашивай, ладно?

И Вивьен озадачилась и молчала всю дорогу, рисуя себе в воображении картины одну ужаснее другой.

Теа жила близко к парку в небольшом старинном здании из темно-бордового камня, больше похожем на особняк, с угловыми башенками и высокими острыми окнами. Ко входу вел короткий изогнутый мостик с замысловатой ажурной кладкой, под которым журчал прозрачный ручей.

Домик стоял уединенно, чуть поодаль от других корпусов Академии, со всех сторон его обступали высокие синеиглые ели с размашистыми пушистыми лапами и росло несколько огромных дубов.

Не чуя под собой ног, обе влетели по широкой винтовой лестнице на этаж, где жила Теодора. Теа стремительно вошла в комнату, пропустила Вивьен, захлопнула дверь и прижалась к ней спиной, пытаясь отдышаться.

Вивьен осмотрелась.

Комната была большая, с высоким потолком, светлыми стенами цвета мяты, красивой дорогой мебелью из темного дерева и камином. Жилище Сали в Академии Дарамуса было куда скромнее и по размерам, и по обстановке. Следов борьбы и кровавых луж Вивьен при первом беглом осмотре не обнаружила и уже почти выдохнула с облегчением, когда заметила на полу у стены рядом с камином …его.

– И что он тут делает?

Она смотрела на накрытого одеялом Ориса, безмятежно спящего на полу.

Ха! Вот тебе, Арно, и предсказуемая, послушная девочка. Скучная и правильная!

Теа нервно теребила в пальцах кончик косы, переброшенной через плечо.

– Он ночью пришел. Залез по дереву и запрыгнул в окно. Там дуб внизу растет большой, и ветки как раз напротив.

Вивьен сделала два шага назад и выглянула в окно.

– Третий этаж. И сюда дотягиваются только прутики… Как он сумел?

– Он котиком пришел. – виновато пояснила Теа.

Котиком?.. Видела Вивьен этих «котиков» Корвела Прайма, они размером с подросшего теленка. Как только его ветки выдержали?

Она подошла к спящему, присела на корточки и откинула край одеяла, которым заботливо был укрыт Орис. Оборотень спал голым.

Та-а-а-к… У него еще и рун «нетленных одежд» не было. Замечательно.

– Крепкий, здоровый сон… Могу сказать, как целитель, с ним всё в порядке.

– Я сначала не хотела пускать, испугалась, но он так жалобно орал под окном…

Орис? Орал под окном?

– Надеюсь, он прилично себя вел?

Теа помялась, но решительно заявила:

– Очень… Сначала мы разговаривали, а потом он сказал, что очень устал, прилег и уснул. Я его накрыла одеялом.

– Почему ты его не прогнала?

– Он обратно по дереву вылезти не смог, сказал, что высоты боится, а через дверь… без одежды… Вдруг его кто-нибудь увидел бы, да и холодно ночью…

– За оборот на территории Академии его могут запросто исключить без права восстановления.

– Я поэтому тебя и позвала… Ты же что-нибудь придумаешь, да? Не злись на него, Орис очень хороший…

Вивьен вздохнула. Никто с этим и не спорил.

– Надо его будить и отправлять к себе. Если мы втроем не появимся на лекции, Лангранж, учитывая, как он за нами бдит в последнее время, объявит всеобщую тревогу, начнет искать, однозначно найдет, и тогда нам точно несдобровать.

Она слегка потрясла оборотня за плечо и негромко произнесла:

– Орис, просыпайся. Пора вставать…

Он даже не пошевельнулся, только сладко улыбнулся и почмокал во сне губами. Вивьен снова позвала и попыталась посильнее растолкать оборотня, но результат остался прежним.

– Вот же хорт! – с досадой подытожила она.

– Подожди, давай я! – решительно предложила Теа. – Я умею.

– Уверена?

– Да. Я сто раз видела, как тетя Виола будила дядю, если он вечером возвращался домой во хмелю и спал до утра в гостиной на диване.

Вивьен посторонилась, освобождая ей место, поднялась на ноги и отошла, с интересом наблюдая за происходящим. Теодора опустилась на колени перед спящим оборотнем, нагнулась к его уху и суровым командным, хорошо поставленным голосом, который в ней сложно было даже предположить, гаркнула:

– Ригнова кочерыжка хорт фортейский сингула маршем налево! Подъё-ё-ём!

Орис вскочил как ужаленный, плохо соображая где он и что происходит. Одеяло свалилось, и оборотень предстал перед девушками во всей естественной красоте сильного молодого мужского тела и полной утренней боевой готовности. Вытаращился на Вивьен, которая заливалась смехом, потом на Теодору, которая еле