Рецепт счастья - Лана Добродар
И вскоре я услышала первый крик своего новорождённого сына, который стал той самой точкой отсчета нового этапа в моей жизни.
Медсестра бережно положила ребенка мне на грудь, и я впервые взглянула в его крошечные, доверчивые глаза, почувствовала тепло его тела, прикасающегося к моему, услышала стук сердца, столь близкого моему собственному. Сердце мое наполнилось радостью, бесконечной любовью, нежностью и чувством ответственности за маленькое создание, появившееся на свет благодаря нашему союзу.
После всех процедур, нас с Кианом перевели в палату и тогда я разрешила пустить мужей. Мой малыш с аппетитом причмокивал грудь, когда в приоткрытую дверь сначала осторожно просунулась голова бесконечно счастливого дракона, а потом нетерпеливая толпа, втолкнула его внутрь палаты и ввалилась следом. Даже Левайн уже тут как тут. Ямиса только не хватает, но наши с ним отношения ещё не на столько близкие.
Как только взволнованный взгляд Саргата сфокусировался на сыне, что мирно лежал у меня под боком, с протяжным выдохом с него словно мигом слетело всё напряжение, которое не отпускало его всё это время. Лицо моментально посветлело, глаза загорелись внутренним светом, а губы расплылись в широкой улыбке, полной радости и счастья.
— Спасибо родная. — прошептал муж дрожащим голосом и прижался губами к моему виску. — Он такой крошечный. — протянув дрожащую руку, легко и трепетно погладил сына по его пушистой головке. — Ну привет маленький капитан. Ждал твоих победоносных криков целых девять месяцев.
— Поверь ты ещё устанешь их слушать, пока он вырастет. — как всегда в своей излюбленной манере, змей одной фразой разрушил столь трогательный момент. — Я как вспомню младших братьев…
— Левайн, я тебе сейчас в лоб дам!
Уже на следующий день, нас выписали и со спокойной душой отпустили домой. Всё-таки местная медицина в купе с магией творят чудеса. А там нас уже ждали все близкие родственники мужей и что стало самым неожиданным, среди них присутствовали и родители Эвана.
Вся эльфийская чета, хоть и сдержанно, но вполне искренно поздравили нас с рождением первенца, одарили нас дорогими подарками, после чего удалились вместе с сыном на разговор.
Неужели Хала всё-таки выполнила мою просьбу? Надеюсь, этот день станет переломным в их отношениях и теперь у них всё наладится.
Среди гостей так же присутствовали Йен и Ямис. Как сказал друг, с ними рвалось всё их семейство, жаждущее поскорее познакомиться с будущей женой старшего сына.
Прям так? Уже будущая жена? Я вроде только дала зелёный свет, на то, чтобы наши отношения могли развиваться, не более того. На мой укоризненный взгляд, Ямис без зазрения совести сдал младшенького, что это он, даже не выходя из того ресторана, уже растрепал всем, что его старший брат женится.
Эта же «болтливая старушка», сквасил виновато-умильную рожицу, а на лбу у него бежала красная строка — «понять и простить». Стоит передо мной как блохастый, пакостный котёнок, накосячил знатно, но такой он забавный, что выкинуть жалко.
— Язык у тебя как помело. Подзатыльник бы тебе отвесить, да вот руки заняты. — буркнула я, глядя на свою самую драгоценную ношу.
Но карма в виде подзатыльника, всё же к нему прилетела, со стороны Ямиса.
После того как, каждый из гостей, одарил нас подарками, поздравил и полюбовался нашим крохой, нас с Кианом отпустили отдохнуть и готовиться к обряду благословения.
Как только Ареман взошёл над Тагларом, а на вечереющем небе стали появляться первые звёзды, весьма символично, старейшины рода Табрис торжественно внесли новую звезду с именем нашего сына в книгу их рода и одарили его своим благословением. Где-то там, в этот момент, в темнеющем небе зажглась новая звезда, новая судьба.
После этого, Киану был вручён особый подарок — небольшой кристалл, содержащий частичку энергии каждого члена семьи. Этот кристалл станет частью амулета, который будет всю жизнь защищать его от опасностей и привлекать удачу.
За окном продолжал пылать закат, окаймленный серебристым свечением Аремана, предвещающего наступление следующей главы в нашей жизни. Маленький Киан сладко сопел, уютно устроившись на руках у отца, чьи пальцы нежно касались гладких волос ребёнка.
И хотя я понимала, что наша дорога впереди будет долгой и наверняка на пути нас будут ожидать какие-нибудь трудности, но именно сейчас, в кругу любимых мужчин и моего драгоценного сына, я чувствовала себя невероятно счастливой и уверенной в завтрашнем дне. Ведь любовь, поддержка и дружба способны преодолеть любые трудности, какими бы они ни казались непреодолимыми.
Так начинался новый цикл жизни в нашем доме, полный тепла, заботы и надежд на будущее, полное чудес и открытий.
Глава 32 (18+)
— Левайн, что ты творишь?! — зашипела я не хуже змеи, чувствуя, как щёки заливает румянец. — Нашёл время развлекаться. В доме полно гостей!
— В этом вся перчинка, — промурлыкал он, и в его глазах заплясали озорные искры. — Так гораздо интереснее.
— Я тебя прибью. Интереснее ему...
Этот аспид лишь рассмеялся, легко уворачиваясь от моих попыток стукнуть его хоть куда-нибудь… куда дотянусь… Моя гневная бравада его нисколько не впечатлила.
Сегодня день рождения Эвана, и по новой семейной традиции мы собрали всех родных и близких. Даже его родители вновь нас посетили. Их отношения действительно постепенно стали налаживаться, чему я безмерно рада.
Праздник удался на славу и шёл своим чередом. Уже под конец вечера, когда половина гостей разошлись, мы мирно сидели за столом и тихо общались на различные темы. А эта редиска заскучал и решил поразвлечься, совершенно не давая мне покоя ни на минуту. Пока никто не видел, под столом его чешуйчатый хвост, словно живя своей жизнью, скользил по моим ногам, забираясь туда, куда не просят, и вытворяя то, чего совершенно не следовало.
Прошёл месяц после родов, но благодаря местной медицине, магии и энергии моих мужей мой организм уже полностью восстановился. Врачи дали отмашку — можно. Мои мужья, истосковавшиеся по нашим жарким ночам, с энтузиазмом навёрстывали упущенное. Особенно рьяно за это взялся Левайн, который хоть ещё и не был мне мужем официально, но уже полностью переехал к нам. Он ждал этого момента больше полугода.
Этот «трахарь-террорист» не упускал ни одной малейшей возможности. А его внушительный опыт давал о