Руководство по спасению: сама придумай - Anastasia Richter
Я заметила изменения далеко не сразу, а лишь тогда, когда хесс плавно усадил меня на кухонный стол и впился в губы, слизывая остатки крема.
Опешила от такого поворота событий и замерла памятником самой себе. Но он не стал настаивать, вновь с наслаждением прошёлся языком по моим губам и отстранился, спокойно глядя на меня.
— Извини. Не удержался.
А в голосе ни намёка на раскаяние. Это явно заранее продуманная акция по соблазнению моего тельца. Подозрительно прищурившись смотрю в его глаза. Синие-синие. И зрачок словно пульсирует.
— Да ладно, словно ты старался удержаться. — язвительно сообщаю я.
— Не старался. Я и сейчас едва сдерживаюсь от того, чтобы не повторить.
— Зачем тогда извинялся?
— Вдруг бы ты испугалась.
— Нда? Чего бы я могла испугаться?
— Моего напора.
— Ну, прям-таки. Напора я не заметила, так, лёгкий порыв.
Да, осознанно его дразню. Но у него так уши забавно дёргается. С кисточками. Чёрными. И весь он такой почти благородный, но нагло соблазняющий неприступную меня. Неприступную, я сказала.
Хесс зачерпывает пальцем крем и нагло размазывает его по моим губам, от чего я знатно офигела.
— Ой. Ты измазалась. Сейчас я помогу.
И впивается в мои губы настолько яростно, что я ахаю. Слизывает крем и мгновенно проникает сладким языком в мой рот, порхая словно мотылёк, сплетаясь с моим языком. Он настолько трепетно целует меня, что я начинаю таять. Проводит языком по нижней губе и отстраняется.
— Извини? Это всё крем. — хрипло заявляет эта наглость и лучезарно улыбается, на щеках появляются очаровательные ямочки. Сама невинность прям.
— Да что ты? Нельзя же быть настолько помешанным на чистоте. — во мне живёт очень развратная женщина, потому что я окунаю палец в крем и погружаю его в свою рот, намеренно целиком, слегка прикрыв глаза, и с видимым наслаждением. Хесс смотрит за этими манипуляциями очень голодно. С громким звуком вытягиваю палец изо рта. — Вкусно. Хочешь попробовать?
— Очень хочу. — если бы взглядом можно было бы воспламенять я бы уже сгорела дотла. Окунаю вновь палец в крем и провожу по своим губам.
— Ой. Извини, не удержалась. Так сладко. — провожу языком по верхней губе, собирая белые остатки. Майк подходит ко мне вплотную. — Очень хочется наверное?
— Хватит. — хрипло шепчет хесс.
— Ммм? — теперь я сама невинность и непонимание.
Он берёт мою руку и погружает в белую густую массу самые кончики пальцев. Подносит их ко рту и с явным наслаждением слизывает крем с каждого, прикусывая чувствительные подушечки, хищно наблюдая за моей реакцией. Неожиданно из меня вырывается стон и он становится спусковым крючком.
Майк вклинивается между бёдер, забрасывая мои ноги к себе на талию. Я чётко ощущаю уровень его желания, которым он вполне однозначно вдавливается в мою промежность. Набрасывается на мой рот, издавая что-то среднее между мурчанием и рычанием одновременно. Меня мгновенно охватывает возбуждение и от самой ситуации, и от его настойчивости.
Мужчина удерживает меня одной рукой за талию, вжимая в себя, а другой за затылок, видимо, чтобы не отклонилась. Но у меня и мысли такой не возникло, я страстно отвечала на поцелуй, покусывая в ответ. Не знаю, сколько бы это всё продолжалось, но у него завибрировал браслет, мимоходом глянув на который, хесс переменился в лице и прервал наш безумный поцелуй, проведя по моим губам языком.
— Чёрт! — новости его явно расстроили.
Любопытство шептало поинтересоваться причиной, но я ж кремень, я держусь.
Прислонился лбом к моему лбу и, громко дыша, всматривается в мои глаза. Спокойно смотрю в ответ, с любопытством ожидая объяснений.
— Через десять минут Росс с детьми будет дома.
— Ааа, понятненько. Хорошо, что он тебя предупредил.
— Нда. Он словно знал, что нужно сообщить.
— Возможно и знал, он очень внимательный. Иногда его продуманность меня даже пугает, но лишь иногда.
— Я безумно хочу продолжить начатое.
— Хм, ну, не судьба. Пока что. Как видишь — обстоятельства складываются против. — ехидство из меня так и плещет.
— Я подожду, пока они сложатся должным образом. Ты будешь со мной. — сообщает он спокойно, но прерывистое дыхание демонстрирует, что не так уж он и уравновешен, как хочет показать.
— Ммм, возможно. Теоретически. — какой самоуверенный! Вообще-то я сама ещё ничего не решила и вполне могу дать заднюю. — Давай соберём торт, как раз пропитается к ужину.
Как ни в чём не бывало слезла со стола, чувствуя, что все эти манипуляции меня равнодушной не оставили, но вида не подала. Торт собрали за считанные минуты и отправили в холодильник. Как только загрузили посуду, на улице приземлился аэролёт и я отправилась встречать прибывших.
Радостно обняла довольных малявок, которые наперебой пытались рассказать о своём насыщенном дне в трёх словах, в итоге я слышала лишь набор слов. Отправила их в дом, а сама подошла к наблюдавшему за нами нагу.
— Ммм, а моя девочка явно целовалась. И даже не со мной. Правильно я решил предупредить.
— Всё ты знаешь. — демонстративно надулась.
— Ох, сладкая, я в Майке не сомневался.
— Эй, а я?
— А ты меня сейчас поцелуешь, чтобы хесса понервировать. Пусть пока завидует.
Змей притянул меня к себе, я же с удовольствием приникла к нему, отдаваясь ощущениям. Очень хотелось подняться наверх и заняться чем-то очень приятным, но я не настолько жестокая. Майк, скорее всего, обидится столь явной демонстрацией. Хотя… Нет, всё же подождём.
— Моя жестокая девочка. Так бы и сожрал тебя прям здесь, чтобы неповадно было.
— Ммм, звучит очень многообещающе. Но ты же говорил, что не ревнуешь. — довольно пропела я.
— Милая, ты меня провоцируешь. Я сейчас закину тебя на плечо и понесу в комнату.
— Не выдумывай, у нас полный дом детей с Майком во главе.
— А ещё вчера наличие последнего в нашем доме тебя ничуть не волновало. Прогрессируем.
Злобно стукнула его в плечо и решила, что змей на безуглеводной диете, так как на торт кто-то точно не заслуживает. В ответ на эти мысли меня крепко притиснули к себе и прошептали:
— Не вредничай, я уже чувствую, что ты что-то задумала. — но я гордо направилась в дом под пристальные взгляды двух мужчин.
Глава 27
С бездной удовольствием слушаю Лесси, которая тарахтит без умолку, с восторгом делясь своими новыми навыками. Она сегодня лепила тарелку из самой настоящей глины, и после обжига они с учителем будут
