По воле богов. Выбор богини. Книга 4. Часть 2 - Ольга Камышинская

Вивьен смутилась еще больше. Но врать не стала, почему-то ей казалось важным сейчас сказать правду.

– С ним.

Доминик уперся в нее пронзительным взглядом.

– Верю.

А потом он вжал Вивьен всем телом в тот самый дуб и поцеловал.

Просто обхватил целиком ее рот, прикусил нижнюю губу и, когда она разжала от неожиданной атаки зубы, проник языком внутрь.

В попытках хоть чуть-чуть отстраниться Вивьен уперлась головой в шершавую твердую кору, царапавшую кожу и больно цеплявшуюся за волосы. И вдруг остро осознала, что ей совсем не нравится Доминик.

Ничуточки.

И что с Моро целоваться было приятнее. Намного.

Его Величество разорвал поцелуй, немного отстранился и близко посмотрел ей в лицо. И Вивьен тоже посмотрела на него.

Он был невообразимо хорош собой. И как они были похожи, отец и сын! Только у Его Величества глаза были черные, как ночь. Чужие. Несандэровские.

– Что не так? – он уперся ладонью в ствол дерева над ее головой.

Вивьен сморщила капризно носик.

– У вас… язык холодный.

Доминик оторопел, в недоумении провел кончиком языка по нёбу и внутренней стороне губ, задвигал челюстью в попытке понять, что пошло не так. Раньше всех всё устраивало!

Потом хмыкнул, пристально посмотрев на Вивьен.

– А ты умеешь остудить пыл… Дерзкая какая, а? Ну да ладно, я разбужу в тебе такие страсти, в которых ты сама себя не узнаешь.

Внезапно кроны деревьев зашелестели и верхушки возмущенно закачались. Поднялся сильный, неприятный холодом ветер.

– Ваше Величество! – крикнул один из магов, удерживая одной рукой на голове капюшон и не оборачиваясь. – Пора возвращаться!

– Охрана беспокоится… Я еще хотел тебе показать пещеру, здесь совсем рядом. – кивнул в сторону скал Доминик. – Но у нас не осталось времени, а здесь нельзя находиться долго, поэтому буду немногословен. Даю тебе седмицу и после жду во дворце.

– В каком смысле ждете? Я не делаю визитов без… – Вивьен задыхалась от мощных воздушных потоков, словно нарочно целившихся ей в лицо.

– Да-да, я помню… – раздраженно отрезал император. – Речь не о визите вежливости, ты переезжаешь во дворец. Могу прислать слуг, они помогут тебе собраться и переехать. Твои покои уже готовы.

В каком смысле её покои?

– Мой дом – резиденция Моро, я гостья лорда Моро. А сейчас, в его отсутствие, и хозяйка резиденции.

– Я уже это слышал. Теперь ты – моя невеста. Считай, что на этом священном месте, где погиб мой брат, и где корона империи перешла ко мне, прямо сейчас состоялась наша помолвка. Ты переезжаешь, и мы начинаем подготовку к свадьбе.

Что?!

– Я не поеду.

– Поедешь.

– Это невозможно. – уперлась Вивьен. – Великий Князь Лариус заключил помолвочный договор с лордом Моро.

– Не упрямься, пойдем. Пора ехать домой. – Доминик насмешливо скривил красивый рот, взял ее руку, поцеловал, а потом, как маленькую, повел за собой в ту сторону, где они оставили лошадей. Он как будто боялся, что сильный ветер унесет ее с собой. – Не думаю, что Великий Князь Лариус сильно расстроится, если узнает, что вместо брака с Моро ты станешь императрицей.

Обратно ее проводили до самых ворот резиденции Моро, а точнее, отконвоировали.

После возвращения домой она час провела в купальне. Потом велела приготовить себе сонный отвар и добавить в него пару капель настойки Райны. Она собиралась рано лечь спать, чтобы встать пораньше и подумать обо всем на свежую голову.

Но сначала она попросила позвать к себе в покои коменданта резиденции.

– Господин Рено, – начала она, когда он, поклонившись, предстал перед ней, – у меня будет к вам один странный, но очень серьезный вопрос.

– Слушаю, Ваше Сиятельство.

– Способна ли резиденция Моро… скажем… выдержать осаду?.. И какое количество дней?.. Что вы улыбаетесь? Я же предупредила, что вопрос будет странным.

– Он не странный, моя госпожа, а улыбаюсь я потому, что милорд сказал, что вы будете задавать подобные вопросы, и велел не удивляться.

– Лорд Кристиан?

– Он самый, миледи. – с довольным видом подтвердил Рено. – Но, не переживайте, резиденция только внешне кажется беззащитной. Она способна выдержать месячную осаду. А при хорошем запасе провизии и воды, все два. Людей для обороны у меня достаточно, перед отъездом милорд велел нанять дополнительную охрану. Мои ребята сейчас их натаскивают. Когда ожидается осада? – невозмутимо и по-деловому уточнил комендант.

– Пока не ожидается. Я просто спросила.

– Я могу идти?

– Да, ступайте.

– Спокойной ночи, госпожа. – господин Рено удалился.

Вивьен осталась одна. Взяла со столика бокал с отваром и отхлебнула.

Хорт!

Теперь ей никакие решения сгоряча принимать не следовало, только с осторожностью, чтобы обошлось без осады и прочих неприятностей.

А ночью ее разбудила встревоженная Мирэй.

– Миледи, миледи! У ворот лорд Нориш, он просит его срочно принять.

– Йорн?.. Что-то случилось с Сандэром?!

– Нет, с ним раненая девушка. Ей нужна помощь. Их впустить?

– Да, да, конечно! – вскочила с кровати Вивьен и бросилась одеваться. – Пусть их скорее проводят в лабораторию, я сейчас приду туда.

***

Три дня спустя

Люциус знал, что сегодня у Вивьен занятий в Академии не было, и пришел не как обычно, во второй половине дня, а пораньше.

В воротах резиденции Моро он столкнулся с двумя светлыми магами, молодым и постарше. Тот, что постарше был похож на целителя. Молодой слегка прихрамывал, и у него была перевязана левая кисть, а на лбу алел заживающий шрам.

– Не переживайте, милорд. Она молода, здорова. Шансы очень велики…

– Но уже четвертый день пошел!.. – сокрушался тот, что был помоложе.

– Бывало, что и на пятый в себя приходили… Надо верить, верить и ждать. А вам следует отдохнуть, выспаться. Нельзя так себя изнурять. Ваши раны плохо заживают…

Они были так увлечены обсуждением, что не обратили на Люциуса никакого внимания, прошли мимо, сели в экипаж, ожидавший чуть поодаль, и уехали.

Валориец проводил их взглядом, поздоровался с магом-охранником и вошел в калитку.

– С миледи всё в порядке? – на всякий случай поинтересовался он.

– С миледи – да. Можете сразу в лабораторию идти. Она почти всё время там. – посоветовал он.

– Благодарю.

До лаборатории его проводил Бридж.

На ее пороге он столкнулся с Мирэй, уступил ей дорогу и хотел, как обычно, сказать комплимент или отпустить милую шутку, но вовремя заметил, что у девушки непривычно убитый вид и покрасневшие, заплаканные глаза. В руках она держала длинные, белые как снег, обрезанные волосы, кажется, обгоревшие.

Она присела в коротком реверансе и быстро упорхнула