Отвергнутая. Хозяйка кофейного дома - Катрин Алисина
И мои друзья, и подписчики блога обожали эту сладость.
Но, пока не знаю, понравится ли он местным жителям. Или быть, может, они сами делают уже что-то поинтереснее.
И все же я не собиралась унывать. Не понравится конфитюр, найду что-то еще. Я знаю много отличных рецептов. Я всегда найду, чем удивить.
В свой скромный домик я вернулась в приподнятом настроении. И сразу же взялась за уборку.
Да, тело устало от непривычной нагрузки. Хотелось уютно устроиться в кресле. И немного вздремнуть. Хотя бы просто полежать. Отдохнуть.
Но работы предстояло много и времени на отдых у меня не было. К тому же без дела я сразу начинала скучать.
Кроме полов и, казалось, вековых слоев пыли повсюду, нужно было очистить камин, перестелить кровати, помыть посуду.
И это на первый взгляд!
Без всего этого, я не могла ни воды вскипятить, ни обед приготовить. Ни даже лечь отдохнуть вечером — жуткое насекомое с кучей мелких лапок, ползающее по матрасу в спальне — мне не давало покоя. Я хоть и изучала насекомых в рамках общего курса энтомологии, но что в кровати ползает такое — понятия не имела. Кусается ли оно? Ядовитое ли?
Не смогу спать, пока не перетряхну все.
Глава 13
Нещадно хотелось пить. Но воду из реки без кипячения я пить опасалось. Дитя цивилизации, что поделать. Я слишком хорошо знала, что там может водиться. Да, один глоток меня не убьет, но если активно пить такую воду, можно и заболеть.
Болеть мне ну никак не хотелось.
И тут я замерла. Урсула же как-то заварила мяту. Что она делала, я не видела, но камином не пользовалась точно. Он так и стоял холодный и полный золы.
Я позвала служанку. Но так как сквозь землю провалилась. Быть, может, пошла в сад. Или еще куда.
Я сделала мысленную пометку спросить у нее, а сама вернулась к уборке. Смахнула пыль, подмела полы в комнатах и на террасе. Заглянула с метлой и тряпкой на второй этаж, не оставила без внимания и кухню с кладовой.
Отметила про себя, что предстоит перемыть гору посуды. Сняла занавески, чтобы перетряхнуть и вывесить во дворе.
К этому моменту Урсула как раз вернулась. С собой служанка принесла стебельки и листики незнакомых растений.
— Это в воду добавить надобно, чтобы пахло в доме после уборки приятно, — пояснила она.
Я растерла один из листиков пальцами и почувствовала приятный аромат, напоминающий лимон.
— Отлично! — похвалила я. И пока служанка удивленно оглядывала меня, не привыкшая, похожа, к благодарности хозяев, я спросила, — а есть что-то насекомых отпугивать? Я там в постелях видела… бррр, — выразила свое негодование я. Как могла.
Урсула кивнула.
— Да, вот это подойдет, леди, — и указала мне на листочки посветлее.
— Отлично! — обрадовалась я. — Так, теперь самое главное. Как ты заваривала мяту? — я заинтересованно уставилась на Урсулу.
Та некоторое время оценивающе меня разглядывала.
— Что-то вы совсем на себя не похожи, леди, — пробормотала она.
Упс. Конечно не похожа, я же не Рейна. Стоит быть осторожнее. Кто знает, как тут относятся к перемещении между мирами.
— Идемте покажу, леди, — наконец кивнула Урсула.
Я выдохнула. Двинулась следом за служанкой. И та привела меня на кухню. Где полы я перемыла первым делом.
Здесь было совсем небольшое окно, зато стоял огромный камин. Он был чуть ли не в каждой комнате.
Присутствовали и длинные столы, над которыми подвешены были лопаточки, длинные двузубые вилки для мяса, огромные ложки для помешивания пищи. По углам — котлы, горшки. Все покрыто слоем пыли и сора. Все предстоит отмыть и отчистить.
Стены увешаны полками с деревянной и глиняной посудой и сковородками с кастрюлями. Под потолком крюки для мяса, колбас и вяленых окороков.
Дом раньше был зажиточным.
Из кухни можно были выйти в кладовую. Еще одна дверь вела на задний двор. Через нее, думаю, ходили слуги — на рынок или в магазинчики. А может, и приезжали поставщики продуктов, если требовалось много пищи. Во время приема гостей.
Сейчас кладовая пустовала. От уборки я сильно не отвлекалась, а теперь оглядела внимательно и заметила лишь полмешка с крупой. Заглянула внутрь, но пшеница покрылась плесенью.
Глава 14
— Смотрите, — позвала меня Урсула.
Я вернулась к служанке. Та как раз поставила на стол необычную конструкцию. Чем-то она напоминала туристическую горелку. Только под металлической поверхностью лежал кристалл. А на самой поверхности была выведена незнакомая руна. Скорее, даже, выдавлена в металле.
Я заинтересованно разглядывала как служанка включала устройство.
Урсула деловито провела пальцами по руне. Без какого-либо благоговения. И глянула на меня.
— Готово, — буркнула она.
Поставила глиняный чайничек. А я с удивлением наблюдала, как кристалл начал светиться. Сначала медленно, будто просыпаясь. А затем, ярче и ярче.
— У меня не самое лучшее, — уныло заметила Урсула, — но чашку-другую горячего взвара хватит, — отрезала она уже жестче. — Придется вам, леди, теперь нищенкой жить.
— Урсула, — я строго посмотрела на служанку. — У нас есть крыша над головой и еда. Никто не болеет, все здоровы. Да еще и куча возможностей для развития, — я улыбнулась. И добавила, — Это отличная жизнь!
— Это да, — хмыкнула Урсула. — Заодно и козла этого, бывшего вашего, нет здесь. Все мозги мне извел. То ему не так, это не этак. Стираю никудышно, готовлю ужасно, за детьми углядеть не могу, — она покачала головой. — И как вас замуж-то выйти угораздило?
— Кто бы знал, — буркнула я.
Если все так, как она рассказывает, то, похоже, Якоб скрывал от Рейны настоящего себя. А на слугах спускал пар. Всегда нужно приглядываться не только как человек себя с тобой ведет. Но и как к людям ниже статусом относится. Смотрит ли сверху вниз на обслуживающий персонал. Грубит ли тем, кто не может ответить. Унижает или оскорбляет.
— У вас, леди Рейна, одно оправдание — юность и неискушенность, — продолжала Урсула. — А вот отец ваш не углядел. Чем смотрел, спрашивается, когда дочь замуж, за такого мужчину выдал? Эх.
А ведь правда! Похоже, отец шел на поводу у любимой дочери. И, похоже, закрыл глаза на недостатки Якоба. Надеялся, что тот одумается и станет беречь Рейну. Поверил в то, во что так хотелось поверить. И это талантливый торговец! Что только ни делает с людьми любовь.
Я покачала головой.
Пока Урсула бухтела, да пила мятный взвар, я отправилась подметать и мыть полы дальше.
Грязищи
