Мой клыкастый лорд - Ольга Викторовна Романовская
Чтобы не подслушали, еще и стеклянные двери закрыл.
— Что случилось?
Вряд ли Элеф рисковал успехом дипломатической миссии ради моих прекрасных глаз.
— Она действительно вампирша, — без лишних предисловий выпалил жених. — Держитесь от нее подальше!
— А к вам поближе, — съязвила я.
— Не смешно! Вы прекрасно понимаете, о чем я.
Элеф поправил и без того безукоризненный пышный воротник и покосился на короля.
— Что-то еще?
Облизнула пересохшие губы.
— Возможно, — уклончиво ответил Элеф. — Королева напомнила мне одну особу. Облик другой, но голос… Вы видели ее руки без перчаток? У нее есть шрам между большим и указательным пальцем?
— Увы, нет! Но обязательно проверю. Я ведь ее фрейлина.
Бу-э! Одно это слово отныне вызывало рвотный рефлекс.
— Я заметил, как она с вами обращается, — скривился Элеф. — Совсем не как с особой королевской крови.
Пошутила:
— Да там крови всего одна капля!
— Неважно, вы принцесса. Это вам должны прислуживать, а не вы.
Прежде я не задумывалась, может ли особа моего происхождения быть фрейлиной. Оказалось, может, хотя подобные случаи редки. Их уж точно не определяли в рядовые фрейлины, чья участь — «принеси‑подай».
— Она хотела вас унизить, Абигаль, потому что боится. И меня испугалась, сильно, очень сильно. Если у нее есть шрам, переговоры придется отложить.
— Почему?
Элеф колебался: говорить или нет? Терпеливо ждала. Надавить все равно не сумею, зато запросто испорчу отношения.
— Тогда подпись Лорда можно будет оспорить, — наконец туманно ответил Элеф.
Кто бы сомневался, при всех страстных «люблю» доверия мне не дождаться. Видимо, мысль отразилась на моем лице, раз Элеф виновато потупился.
— Это слишком серьезно, Абигаль. Я боюсь ошибиться, дать пищу нашим врагам. Проверьте, есть ли шрам, и сообщите мне. Если нет, мне просто показалось.
Однако Елена Потапова уродилась упрямой:
— Что именно показалось? Взамен, — начала торговаться, —тоже расскажу кое-что ценное.
Элеф почесывал ногтем подбородок и молчал.
— Ладно, и так скажу.
И вывалила на жениха все, что узнала во время жизни во дворце. И про советника, и про приют.
— Напрасно я позволил вас забрать!
Клыки Элефа отросли, глаза потемнели. Голова чуть подергивалась, словно от тика.
— А еще, кажется, я видела Охотника. Прямо здесь.
Указала на кадку с экзотическим деревцем. Элеф рванулся было проверить, но потом вспомнил: его ждут.
— Приходите сюда ночью, часа в два. Я устрою так, чтобы переговоры затянулись и нас оставили в гостевых покоях. Здешняя стража уступает той, которая караулит нашу клетку, я смогу выбраться. Обещаю, — вампир неожиданно послал мне воздушный поцелуй, — мы поговорим не только о делах.
— Напоминаю: наша помолвка фиктивная! — крикнула уже в спину Элефу.
Тот притворился глухим и открыл двери, лишив меня возможности развить тему. Пришлось снова стать Абигаль. Для полноты картины потерла глаза руками, чтобы покраснели. Я целых пять минут провела наедине с жутким вампиром, тут любая расплачется. Особенно, если ее собираются выдать за кровососа замуж. Как там говорил король? Я жертва, еда, а бифштекс мясоеду не улыбается, в дискуссии с ним не вступает.
— Бедная! Как вы, ваше высочество?
Одна из фрейлин вложила в мою руку стакан воды. Другая фрейлина увлекла меня к фонтану, усадила на бортик. Заботливая Лизелота протянула платок. Вскоре вокруг меня суетилась половина придворного штата Доротеи. Ну да, если очень хочется, можно послать на небо за звездочкой любой протокол. И все ждали подробностей. Сплетня, новая сплетня!
— Ужасно! — не стоит разочаровывать зрителя. — Думала, в обморок упаду. Когда он обнажил клыки…
Притворилась, будто не могу говорить от нахлынувших на меня чувств.
Двери в сад стеклянные. Слышать нас не слышали, а вот видеть видели, следили за каждым движением. Приступ гнева Элефа тоже не пропустили
— Он… он хотел вашей крови? — в ужасе спросила самая молодая из фрейлин; губы ее дрожали.
— Нет, требовал скорейшего совершения нашего союза. Ох, — вот и удачный случай выдался кое-что проверить, — я не отказалась бы от лечебного бальзама ее величества! Кажется, мой желудок и легкие сейчас поменяются местами. Вампир говорил такие страшные вещи!
Ну же, ну! Я очень хочу узнать, что в бутылочках из приюта. Если кровь… Черт, теперь я практически уверена, что кровь.
— Полагаю, — Лизелота переглянулась с остальными, — ее величество не рассердится, если я заменю вас на посту дежурной фрейлины. Вам нужно успокоиться, отдохнуть. Сходите к мэтру Храну. Пусть он осмотрит вас, даст каких-нибудь капель.
— А как же леди Торн? — Которая меня ненавидит, поэтому просто так отлучиться нельзя, нужно получить разрешение. — Вряд ли она отнесется с одобрением к тому, что младшая фрейлина пренебрегает своими обязанностями.
Титул титулом, а в местном коллективе я пятый помощник дворника.
— Как старшая фрейлина, я вас отпускаю. И сама объясню все статс-даме, не тревожьтесь!
Надо бы крепко с ней подружиться, чтобы подобраться к ручке королевы. Если на ней действительно шрам, вряд ли она демонстрирует его всем и каждому, только проверенным лицам. Любовнику там, врачу или безобидной старшей фрейлине, которую считает мебелью. Можно аккуратно спросить и… Но все потом, сейчас по программе тесное знакомство с мэтром Храном, личным врачом Доротеи. Послал же бог фамилию! От нее веяло чем-то нехорошим, криминальным.
Глава 26
Полагала, мэтр Хран обитает в собственном домике-коттедже в парке, но он обосновался во дворце и не где-нибудь в заднем флигеле, а по ту сторону зимнего сада. Окна его покоев выходили на задний двор, но в остальном королевский врач устроился лучше своих собратьев. Вряд ли на полу у них лежали пушистые ковры, а с каминных полок подмигивали фарфоровые пастушки. Полагаю, обстановка досталась мэтру от предыдущего владельца, какого-нибудь королевского родственника. Недостаточно близкого, чтобы поселить его в непосредственной близости от венценосных особ, и недостаточно дальнего, чтобы выселить из дворца.
В приемной было пусто, и я отважилась пройти дальше.
Голубые обои в цветочек, полосатый гостиный гарнитур… А где же заспиртованные головы младенцев, пробирки с кровью? Неужели я ошиблась, и врач не имел отношения к деяниям Доротеи? Но он сопровождал ее к воспитанницам приюта — якобы для осмотра. Только вот человек его ранга вряд ли стал иметь дело с отбросами общества. Нехорошо так говорить, но это правда, несчастных девушек за людей не считали. Опять-таки подобным заведениям
