Ведьмы - Эдна Уолтерс

И да, зайдя на кухню, я увидела, как она разбивает яйца. На плите уже что-то пузырилось. Она была одета в пижаму и халат.

— Как вкусно пахнет, — проворчала я, выключая плиту. Не знаю, что она готовила, но оно уже вышло за края сковородки. И внешне было похоже на рвоту.

— Доброе утро, милая. — Она разбила ещё одно яйцо. — Ты принесла вещи для стирки?

— Нет. — Я оглянулась. — Феми с папой?

— Она скоро будет здесь. Сегодня о вас с папой забочусь я, потому что потом мне нужно будет уехать в Сиэтл. Я вернусь через несколько часов и ещё заеду к Хоуку. — Она взяла венчик и начала взбивать яйца. Чашка скользила всё ближе и ближе к краю столешницы. Я в ужасе наблюдала за этим. — О, и я пообещала твоему папе, что мы сегодня прокатимся. Сегодня такая хорошая погодка. Ты знала, что Торин вчера гулял с ним, пока Феми ходила за покупками? Как тебе с ним повезло. Можешь глянуть, что там? — Она указала на плиту.

У меня закружилась голова от того, как она перескакивала с темы на тему. Я понятия не имела, что Торин гуляет с папой. Но это объясняет, зачем ему моя машина.

Я осмотрела безобразие на плите.

— А что это такое, мам?

Она усмехнулась.

— Манная каша?

Кажется, тут комочков больше, чем каши. Я взяла ложку, чтобы помешать. Ложка застряла. Я перетащила всё это в раковину и взяла другую кастрюлю, чтобы приготовить заново. Папин аппетит улучшился, но он всё ещё на диете с низким содержанием клетчатки.

— О нет, неужели переварила? — расстроилась мама, увидев кастрюлю в раковине.

— Ну да, немного. Давай я закончу, а ты пока оденешься?

На её лице было написано облегчение.

— Точно? Тебя не затруднит?

— Папа говорит, что мои омлеты вкуснее, чем у Феми, — похвасталась я.

— Спасибо, милая. Бекон в микроволновке. — Она послала мне воздушный поцелуй и выбежала из кухни. Но у ступенек резко остановилась. — Торин не сказал тебе, куда они с Эндрисом собрались в такую рань?

— Нет, — протянула я, доставая телефон, и позвонила Торину. Он не ответил. Я попробовала набрать Эндриса. Тоже не взял трубку. Странно. Уж Эндрис всегда носит с собой мобильник.

Я приготовила манную кашу и омлет. Бекон, конечно, лежал в микроволновке, только её никто не запускал. Ненавижу разогретый бекон. Выложила кусочки на сковородку. Завтрак был уже почти готов, когда папа вышел из спальни. Я не видела его на ногах уже несколько недель.

— Ты уверен, что тебе стоило вставать? — спросила я, подбегая к нему. Обхватила рукой за пояс.

— А чем, по-твоему, мы с Феми занимаемся, пока ты в школе? — Он приобнял меня за плечи. — Мы бегаем, прыгаем и устраиваем вечеринки.

— Ха-ха, очень смешно.

Я помогла ему сесть, подала ему газету, а затем вернулась к бекону. Папа отложил газету, когда я вернулась с тарелками.

— Мам! Завтрак!

Папа покачал головой и бросил на меня недовольный взгляд.

— Зачем сразу кричать? Найди её или открой портал к ней.

Я ухмыльнулась.

— Чтобы создать портал, мне нужен артавус, пап. Или зеркало с рунами. К тому же она ушла переодеваться. Ну как тебе? — спросила я, указывая на стол.

— Выглядит изумительно, тыковка, — ответил он. — Попробуем же на вкус. — Он взял себе порцию. Его движения были медленными и неловкими. Попробовал манную кашу. — Неплохо. Чувствую вкус корицы, мускатного ореха и свежих яблок. — Ещё одна ложка. — Гренни Смит. Идеально приготовлено. Ты брала уроки у Торина?

Я ухмыльнулась. Даже если бы на вкус было бы отвратительно, он всё равно бы похвалил. Для него я всегда умничка. Папина дочка.

— Нет. Я училась у тебя. В следующий раз приготовлю черничные оладьи.

Он ткнул в меня ложкой.

— Нет. Их я приготовлю сам, пока у меня ещё есть время.

В горле образовался ком, к глазам подкатили слёзы. Он всегда готовил черничные оладьи на мой день рождения. Надеюсь, он доживёт до следующего. Осталось меньше четырёх месяцев до моего восемнадцатилетия.

— А вот и я, — объявила мама, вплывая в обеденную комнату. Как всегда, ей хорошо давался стиль бохо. Длинная юбка, вязаная накидка, множество браслетов и бусы на шее. Примерно так я себе представляла настоящую ведьму. Не то что я в футболке и джинсах.

— Ты замечательно выглядишь, — сказала я.

— Спасибо, милая. — Она чмокнула папу в лоб, села на соседний стул и осмотрела завтрак. — Нам нужно выбрать аксессуары к твоему платью для выпускного. И чтобы ты примерила его для нас. Думаю…

Она снова болтала за троих. Но меня это не напрягало. Не помню, когда последний раз мы вот так собирались вместе за одним столом. Наблюдая за ними, я думала о том, как же мне повезло с родителями. Я выросла, окружённая любовью и смехом. У нас принято открыто проявлять привязанность и заботу, даже если этой порой выглядит неловко. Ни за что бы не променяла их на семью Бо. Вспомнив о нём, невольно подумала о его сестре и смерти. И грядущей катастрофе…

Папа после завтра пошёл в свой кабинет. Мама уехала в Сиэтл. Убравшись на кухне, я закинула стирку и поднялась к себе. Феми так и не вернулась.

Я включила компьютер и открыла поисковик. После получаса поисков самолёта из видения я всё же пришла к выводу, что мне придётся вернуться к стадиону и вновь пересмотреть видение. Не знаю, зачем я это делаю. Я ведь не собираюсь предотвращать крушение. А переживать видение снова и снова — сущая пытка. Не знаю, зачем я хочу выяснить каждую деталь, даже то, откуда прилетит чёртов самолёт.

Я переоделась и открыла портал. У стадиона косили траву. Я разочарованно застонала, но от запаха свежескошенной травы магия внутри меня встрепенулась. Мне нужен контакт с матушкой-землёй. Она зовёт меня, словно мы с ней неразрывно связаны.

Могу ли я лечь на траву во дворе своего дома? Или соседи увидят меня и отправят в психушку? Они могут. Лучше тогда в лес. Заодно проверю, сделали ли с ним что-то Норны или нет.

Надела ботинки и потянулась к своей новой кожаной крутке.

Встала перед зеркалом и открыла портал. Увидела пышную зелень, услышала звуки животных. Меня всё больше тянуло к природе. Я хотела прикоснуться к каждому цветку, к каждому листочку. Снять обувь и пройтись босиком.

Я шагнула