Личный лекарь вражеского генерала - Настя Ильина
— Я не смею отвечать за него, Ваше Величество. Генерал Линь осознаёт свой долг. Он точно исполнит ваш приказ и позаботится о принцессе, но сможет ли впустить её в своё сердце — я не могу знать.
Император посмеялся и кивнул.
— Хорошо, что ты не стала отрицать мои выводы. Ты тоже любишь его? Твои чувства глубоки, но ты так хвалишь его, побуждая меня согласиться и поторопиться с указом на его брак. Почему, Сяомин? Почему ты готова отказаться от своей любви?
— Я... — запнувшись, я опустила голову, не в силах сказать что-то ещё. — Это будет непросто, но я хочу, чтобы мирные жители перестали бояться столкновений, чтобы наши государства процветали. Если ради этого я должна отказаться от своих чувств, я готова.
— Хорошо. Я услышал достаточно. Иди. Я подумаю, кого из дочерей нашей семьи смогу отдать в жёны вражескому генералу. Когда будет готово лекарство для наложницы Сюй?
— Сегодня я закончу, Ваше Величество.
— Если что-то потребуется...
— У меня есть всё необходимое, но я обращусь за помощью, если буду нуждаться в ней.
Я склонилась в уважительном поклоне. Не хотелось оставаться во дворце дольше. Я планировала создать пилюлю сегодня же, а потом вернуться к родителям. Если император издаст указ о браке Линь Яня, то не смогу смотреть на него и оставаться рядом.
— Иди же. Не смею больше тебя задерживать.
Поблагодарив императора, я поспешила покинуть зал, успокаивая рвущееся наружу сердце. Я вышла на улицу, рассчитывая, что свежий воздух поможет унять тревогу в груди, но меня поджидали генерал Севера и брат.
— Ты как? Бледная вся! Линь Янь не согласится на брак. Он будет просить императора отменить указ. Король Даяо не мог выдвинуть такое предложение для заключения мира. Это всё инициатива третьего принца.
Разницы уже не было — предложение прозвучало, а Его Величество готовился согласиться. Иначе он не стал бы расспрашивать меня сейчас. Отказаться от брака, о котором сами же попросили, — проявить неуважение к империи.
— Как бы то ни было... это не моё дело, брат, — ответила я мягко, покосившись на Юй Чжао.
— Генерал уже рассказал тебе, что тоже знает историю, которую ты рассказала? Когда он поведал мне всё, в голове не укладывалось, но на землях Даяо я видел столько всего, что сомнения окончательно развеялись.
— Не будем вспоминать об этом. Сяомин верно сделала, сбежав от брака со мной. Из меня получился плохой муж, и я не смею претендовать на её сердце, — с грустью в интонации произнёс Юй Чжао.
— Генерал Юй, мы с вами могли бы поговорить о третьем принце? — я огляделась, чтобы убедиться, что посторонних поблизости нет.
— Мы поговорим об этом, но в поместье ваших родителей. Здесь небезопасно. Я расскажу всё, что помню.
Вернуться в поместье я пока не могла. Ещё не закончила с созданием пилюли... Да что там? Я ещё пока даже не начала.
— Пока я не могу вернуться. Я выполняю поручение Его Величества. В лучшем случае я смогу покинуть дворец завтра на закате, а в худшем — пробуду здесь ещё несколько дней.
— Не страшно. Мы с капитаном Вэй тоже останемся здесь на несколько дней. Нам поручили контроль дворцовой стражи. Мы должны проследить за послами. Подходящее время для разговора обязательно наступит.
Я кивнула. Брат продолжал смотреть на меня, как на побитую, брошенную на улице зверушку, но я не нуждалась в жалости.
— Спасибо. В таком случае я пойду в свои покои. Мне нужно немного отдохнуть.
— Я провожу! — вызвался брат.
— Не нужно. Я уже знаю дорогу и доберусь сама. Здесь мне никто не навредит, так как я...
Не навредит ли? Императрица уже наверняка нацелилась на меня. Она знала, кто занимается лечением любимой наложницы её супруга. Избавившись от меня, она могла отрезать все пути к выздоровлению женщины. И всё-таки сейчас я не нуждалась в компании. Где-то глубоко в груди теплилась надежда на то, что Линь Янь будет искать встречи со мной, и мы увидимся. Хотя бы ненадолго украдём у судьбы шанс побыть вместе.
Попрощавшись с Юй Чжао и братом, я направилась в сторону крыла, где меня поселили. Найдёт ли меня Линь Янь? Захочет ли искать после объявления о его возможном браке с принцессой?
***Линь Янь***
— Ты хорошо постарался, Янь-эр. Не думал, что тебе удастся вернуть соль и доставить в столь короткие сроки. Ты истинный генерал Даяо, — произнёс дядя, едва мы остались в его покоях наедине.
Он вальяжно развалился на кушетке, а я сжал руки в кулаки. Дядя не стремился похвалить меня — его интонация сквозила издёвкой. Он негодовал, но не мог наказать меня, поэтому лишь больно колол насмешкой в голосе, едкими словами.
— Я тоже не думал, что вы пойдёте против воли короля и сговоритесь с разбойниками. Какой вам прок делать это? Неужели вы не хотите, чтобы война прекратилась?
— Линь Янь... ты ещё слишком юн, чтобы понимать все трудности управления государством. Ты, правда, думаешь, что я проявил своеволие? Действовал безрассудно против воли короля? Твой брат пытается установить мир, но глубоко в душе он понимает, что мы проиграем Цзинь, если они нарушат договорённость. Если бы нам удалось обвинить империю в краже соли и ранении третьего принца, мы получили бы рычаг давления на них. В империи сложные времена — народ готов взбунтоваться. Те запасы соли, что мы им привезли, закончатся достаточно быстро. И что будет тогда? Император захочет напасть на нас, чтобы получить больше? Ты лишил нас рычага давления. Теперь остаётся лишь один вариант — твой брак с принцессой. Лучше, чтобы твоей женой стала дочь императора, но он сразу дал отказ. Если ею станет дочь знатного чиновника — тоже неплохо. Мы должны обрести союзников в Цзинь, чтобы точно уберечь наше королевство от возможного предательства, удара в спину, который мы не будем ждать, если договоримся с врагом. В Даяо есть кто-то, кто желает развернуть самую настоящую кровопролитную войну, навредив обоим государствам. Пока мне не удалось выяснить, кто именно этот предатель, но я обязательно узнаю.
Слова дяди имели смысл, но я не верил ни единому слову. Он удачно прикрывал свои грязные дела, пытался сделать вид, что действовал во благо, но на самом деле всё было совсем не так. Это никакое не благо. Это путь в преисподнюю. Хотел получить союзников и рычаги давления? Искал предателя? Я едва сдержался,
