Истинная троих.Таверна для попаданки - Хелен Гуда
— Потому что ты – дыра, — так же тихо ответил Рауль, глядя на воду. — Камень это почувствовал. В мире, где у всего есть корни, шлейф, история, привязка к магическим линиям… у тебя этого нет. Ты пришла из ниоткуда. Это нарушает все ее законы, все ее представления о порядке. Пустота – это тоже аномалия. А аномалию нужно либо понять и поставить под контроль, либо ликвидировать. Пока она выбрала первое. Ты – живое доказательство того, что за пределами ее системы есть что-то еще. И она должна знать, что это, даже если сейчас это кажется безобидным. На всякий случай. По крайней мере я так вижу эту ситуацию.
Его слова повисли в воздухе, холодные и безжалостно логичные. Я была не человеком, а явлением. Как редкая болезнь или необъяснимое природное явление. Меня держали в карантине.
— А если я никогда не стану чем-то полезным? Не проявлю никакого «потенциала»? — спросила я, и в голосе прозвучала горечь. — Она что, будет содержать меня вечно, как диковинную птицу в клетке?
Рауль наклонился, делая вид, что поправляет пряжку на своем сапоге. Его следующий шепот был еще тише, и в нем впервые прозвучало что-то, кроме холодного расчета.
— Нет. Ее терпение не вечно. Оно ограничено ресурсами и чувством угрозы. Если ты останешься просто «интересным ничем», однажды баланс изменится. Риск содержать тебя перевесит риск устранить. И тогда статус изменится. С «гостя» на «объект исследования». А потом… — Он не договорил, но я поняла. Лаборатория. Пытки. Вскрытие, чтобы понять, как устроена эта загадочная пустота внутри.
От этой мысли по спине пробежал холодный пот. Я посмотрела на наших теней в серой форме. Они шли, неспешно переговариваясь о чем-то своем, совершенно не обращая на нас внимания, но их присутствие было плотным, незримым барьером.
— Значит, мне нужно стать… полезной? Но как? — Я сжала кулаки. — Вся моя полезность, это таверна, которую я восстановила и блюда, которые готовила для посетителей.
— Не полезной. Нужной, — поправил Рауль, выпрямляясь. Мы снова пошли вперед. — Пока ты – загадка, у тебя есть ценность. Ценность непонимания. Нам нужно увеличить эту ценность, но не так, чтобы она стала угрожающей. Нужно создать видимость процесса. Показать, что ты учишься, адаптируешься, пытаешься найти свое место… и что в этом процессе могут проявиться неожиданные, но мелкие идеи. Озарения. О которых ты, конечно, будешь сообщать на регулярных беседах с Советом.
Он говорил о тонкой игре. О том, чтобы кормить машину власти крошечными, контролируемыми порциями информации, поддерживая интерес, но не разжигая алчность или страх.
— А как же Ирэна? — спросила я, вспомнив о старой библиотекарше. — Разве поиск союзника не увеличит риск?
— Ирэна – не цель, — отозвался Рауль, кивая в сторону беседки, увитой синей, незнакомой мне лианой. — Она – возможный источник. Источник настоящей информации о том, что происходит в цитадели. О том, что делает мать. О том, куда исчезают старые свитки. Почему не рождаются девочки, а у попаданок вроде тебя находятся истинные мужья. Нам нужно не просто найти союзника. Нам нужно понять правила игры, в которую мы играем. А правила пишутся в архивах. Наша прогулка по садам, наши визиты в библиотеку… это легальная активность. Ничто не мешает легальной активности привести к… неожиданным находкам. Если быть осторожными.
Я взглянула на высокие, слепые окна дворца, возвышавшегося над садами. Где-то там, на седьмом ярусе башни, в Зеркальном кабинете, сидела женщина, в чьей власти было решить, жить мне или стать «объектом». Она смотрела на этот сад, на нас, через какие-то хрустальные сферы или магические зеркала. Холодный, аналитический взгляд паука.
«Я не хочу быть мухой в ее паутине», — подумала я с внезапной, острой яростью. Я хотела домой. Но дом был недостижим. Оставалось только одно: изучить паутину настолько хорошо, чтобы найти в ней слабое место. Или сплести в ее тенетах свою собственную, едва заметную нить.
— Хорошо, — тихо сказала я, обращаясь уже не к Раулю, а скорее к самой себе. — Значит, начнем с библиотеки. Узнаем, какие морские течения интересны пустынному королевству. И где, черт возьми, находятся нижние архивы.
Рауль лишь едва заметно кивнул. Наши тени-охранники, заметив, что мы задержались у беседки, сделали шаг вперед. Время неформальной прогулки истекло.
Спустя два дня после
