Фаворитка Лунного дракона (СИ) - Кира Райт
А тем временем, дракон перестал щуриться и улыбаться. Вместо этого стал как-то странно подёргиваться и чесаться то тут, то там.
— Ты мыло где взяла? — спросил вдруг.
— Так вот, с полочки… Что-то не так, господин?
Он почесал левую руку. А сам уже начал покрываться красными пятнышками. Ну надо же. Впервые слышу про дракона с аллергией! Чудеса какие. Их же не прибить даже обычным оружием. А тут — какая-то слива, сок которой принесла во рту, и всё. Уже вон бедняга извёлся. Хотя, конечно, такую красивую кожу, портить было жаль. Но куда деваться? Надо, значит, надо.
И тут дракон посмотрел на меня пристально так… пытливо.
— А ну нагнись, — приказал.
Вот ещё. Я только посильнее выпрямилась. Но покрасневшая уже правая рука вдруг легла мне на затылок и притянула меня к его губам. Горячее дыхание снова коснулось моих, как в первый наш разговор. И снова вот эта странная пульсация… И губы мои сами приоткрылись. Предатели.
Он меня сейчас поцелует, да? Вот прямо сейчас, каааак поцелует? И от его близости (или может от тепла купальни) я что-то так разомлела, что, наверное, даже не стала бы сопротивляться уж очень сильно. Так, вдарила бы разочек, ради приличия…
Но вместо поцелуя дракон вдруг втянул носом воздух. И как завопит на всю комнату:
— СЛИВА!
Я даже от него в сторону отшатнулась от неожиданности. И вовремя ведь! Потому что он подскочил, как ужаленный, и в чём мать родила (интересно, их прям вот рожают или они из яиц вылупляются такие все высокие, статные? Надо будет у него потом уточнить), мелькая передо мной своей пятой точкой (нужно отметить, что точка была вполне неплоха, тоже есть на что посмотреть) выскочил прочь из комнаты на глазах у изумлённых наложниц. Которые зачем-то толпились под дверью. Надеялись, что меня прогонит, а их позовёт?
Да я бы и не против была. Только дракон, продолжая ругаться благим матом, унёсся прочь. Хотя издали я и услышала что-то вроде «Ну я тебе ещё устрою!».
Упс. А вот о последствиях я и не подумала. Говорила ведь мне моя сестра Дэя — думай, Тами, прежде чем сделать. Эх. Всё время путаю последовательность… Ну теперь-то уж поздно. Главное — добежать до своей комнаты. У меня там сковорода под кроватью… Другая сестра Рами как в воду глядела, когда мне её дарила. Точно теперь пригодится.
Глава 7
Вот так, обнявшись со сковородой, я и сидела, ожидая своей участи, когда ко мне вбежала Ясмина.
— О, тебя не казнили, — улыбнулась я ей, и её глаза стали совсем уж огромными. А уголок улыбки странно дёрнулся. Нервный тик у неё что ли?
— Ты что нашему господину сделала? — стала подбираться ко мне бочком подозрительно.
— Я? Ничего. Он просил помыть. Я помыла. И даже была молчаливой, как ты сказала.
— А что ж он тогда носился по гарему с воплями?
— А мне почём знать? Я тут без году неделя. Странный он у вас.
— То есть ты не при чём?
— Конечно! Что ты! Я ему угодить хотела и всё. Послушной была. Даже не спорила.
— Ты, и не спорила?
— А что, думаешь, я так не умею? Я умею!
Она постучала пальчиком по своей румяной щёчке задумчиво, а потом перевела взгляд на сковороду:
— А вот это что у тебя такое?
— Ты не знаешь разве?
— Никогда такого не видела. Я выросла в гареме отца. А оттуда сразу сюда вот. Это наверное, в ваших краях что-то такое необычное, да?
Уууу, как всё запущено.
— Ага, — закивала я, — это для… танцев! Точно.
— Для танцев? И как с этим танцевать?
— Как-нибудь я тебя научу. Не сегодня.
Она понимающе улыбнулась:
— Наверное, хочешь сначала господину показать свою диковинку, да? Чтобы удивить.
— Да-да. Ох, как он удивится. Ну какая ты догадливая, диву даюсь.
— Мне всегда господин говорит, что я сообразительная, — зарделась она, совершенно не улавливая иронии.
Славная такая. Даже раздражать меня перестаёт почти.
— Слушай, а вот тебе нормально, что меня привезли? Тебе же наверное нравится этот… господин наш.
Она заправила блестящий локон за ушко и кивнула.
— Ну вот. А чем меньше народа, тем больше чего?
— Чего?
— Ясно. В общем не обидно тебе, что он новеньких тащит? Внимания же всем тогда не уделить.
— Ну… Главное, чтобы господин был доволен…
— А ты?
— Что я?
Ну просто разговор слепого с глухим.
— Тебе не обидно, когда его кто-то другой развлекает?
— Да нет… Главное же…
— Да-да, чтобы господину было хорошо. Ладно. Как думаешь, если он вдруг… почему-то решит, что это из-за меня с ним неприятность, то… казнит тебя?
Тут губы Ясмины задёргались сильнее, хотя изо всех сил она старалась сохранить улыбку.
— Прежде господин нас наказывал только тем, что украшения не дарил и к себе не звал.
— О! — заинтересовалась я. — А что ж вы такого делали, что так жестоко? Надолго не звал-то?
— Бывало, что и месяц.
— Уууу… — подыграла я её печали. — Так что? Расскажи. А то вдруг случайно обижу нашего… ммм… господина.
— В последний раз ему танец не понравился. Не мой. Другой девушки. Я-то не умею танцевать. Пою только.
— Не умеешь?
Она печально вздохнула.
— А хочешь?
— Очень!
— Так чего же не попросила научить кого-то?
— Так и стали бы меня учить. Каждая сама хочет понравиться господину.
— А… точно. Всё время забываю. Но я могу научить, мне не жалко.
— Правда?! — у неё прямо глаза засветились.
— Да легко. Вставай. Где тут у вас музыка?
Она быстро достала какой-то артефакт из тумбочки и провела над ним рукой. Из него тут же полилась нежная, неторопливая мелодия.
— А что-то позажигательнее можно?
Ещё один пасс над артефактом — и мелодия сменилась, стала чуть более живой. То, что нужно.
— А теперь вставай вот тааак… Ага… Руки сюда… Отлично. И вот такое движение бедром…
Я плавно повела бёдрами, одновременно имитируя волны руками. Ясмина повторила не так чтобы очень близко к оригиналу. Видимо, поёт она все же лучше, чем танцует. Ну да это дело практики. Возьмусь я за неё! Так танцевать будет, что дракон обо мне вовсе забудет. Может домой как раз отправит… Если аллергию переживёт.
И только спустя примерно час, я разрешила ей выключить музыку. Ученица из неё так себе. Зато я сама натанцевалась вдоволь. Правильно отец говорил, тут никто не ругает за такое.
Вот только развернувшись, наткнулась на горящий взгляд драконьих глаз, неотрывно следящих
