Драконий призыв или злодейка поневоле - Мила Юстус
— Какой ещё Сориф? Меня зовут Степан, — он отчаянно глядел то на Дилу, то на меня, вызывая невольный страх.
В создавшейся непростой ситуации становилось ясно, что появилась ещё одна Чуждая Душа, и на этот раз мужского пола. Вне всякого сомнения женская половина рода Грандис будет вне себя от счастья — такого не случалось уже очень давно. Только вот как объяснить ему положение, в котором оказался, да ещё и при свидетелях.
— Эминир, прошу, прогуляйтесь, обговорите предстоящий ритуал, — она кивнула в сторону опешившей ведьмы. — Мне нужно немного времени, чтобы привести братика в себя, хорошо?
— Но, Дила, он же может быть… — начал я, тревожась о её безопасности, но Истинная уверенно прервала:
— Не может, — коротко бросила она и, взглянув Сорифу в глаза, продолжила: — Братик ни за что меня не обидит, так ведь?
Тот покорно кивнул, мне ничего не оставалось, как подойти к ведьме и увести её. Обсуждать ритуал смысла не было, и мы попросту молчаливо брели по роще. В какой-то момент решил поговорить с ней, чтобы держала язык за зубами. Не хватало ещё, чтобы все узнали о главном секрете Дилавии.
Стоило повернуться, но она подняла руку.
— Не переживай, меня никаким образом не касается увиденное, — тихонько вздохнула и сдавлено добавила: — Эх, получается, на моей совести ещё одна невинная жертва.
Успокаивать смысла не видел, да и стоило ли? Пускай Сориф и желал смерти сестры, чтобы заполучить её силу, но в какой-то мере вина лежала и на их родителях. Любой мнительный человек поступил бы также, если бы ему ежедневно говорили, насколько он ничтожен, в отличие от сестры или брата.
— Ну, в целом, герцогский наследник жив, — покачала головой. — Надеюсь, в глазах остальных так и будет.
— Да, этот мальчик займёт его место, — поникла ведьма. — Жаль только, что Сориф ушёл в тот момент, когда осознал ошибки и захотел исправить их. — Она судорожно сглотнула. — А я отняла у него этот шанс, не позволила прожить жизнь с чистой совестью.
— На самом деле, в этом нет твоей вины, — озвучил истину. — Король сделал всё, чтобы у тебя не возникло ни единой возможности выкарабкаться из омута внушения.
Она взглянула на меня.
— А я начинаю понимать, почему дочка обратилась к тебе, — неожиданно улыбнулась. — Ты действительно мудрый, твоей Истинной повезло.
Её слова вызвали улыбку.
— Нет, на самом деле повезло мне, — покачал головой. — В нашем мире нет более прекрасного человека.
— Возможно, потому что она не отсюда, — не спрашивала, констатировала ведьма. — И вправду, Дилавия удивительно добрая и чистая. Твоя награда тебя нашла.
Мне нечего было добавить и я промолчал, лишь слегка кивнул. Наградой бы Истинную не назвал, в моих глазах она выглядела намного выше, чем какой-то там дар. Дила олицетворяла собой настоящее счастье, незамутнённое хаосом реальности и привносящее в каждую минуту моего существования тёплый свет.
— Пойдём к ним, — отрешённо проронил, желая увидеть наконец возлюбленную. — Полагаю, они уже поговорили.
Ведьма ничего не ответила и повернула в обратную сторону. К поляне мы шли быстрей, чем отходили от неё. Меня гнало беспокойство. Мало ли как отреагировал парень на новости, что очутился в ином мире и теперь ему предстоит жить здесь. Это Дила сумела не удариться в панику, а попросту обвела всех вокруг пальца.
Истинная и Сориф сидели на поляне и о чём-то негромко беседовали, пробуждая во мне нездоровые чувства. В конце концов, стоит помнить, что незнакомец — в теле её брата, да и любит она только меня. Старательно сдерживая себя, неспешно подошёл к ним.
— Как у вас дела? — покосился на него.
Дилавия подняла на меня глаза и тускло улыбнулась.
— Как оказалось, мы были знакомы с прошлого мира, — сообщила она, а парень отчего-то вздрогнул и виновато опустил голову.
— Вот как? — судя по побледневшем лиц, радости это у неё не вызывало. — И кем же вы приходились друг другу?
— Он тот, кто поспособствовал моему появлению здесь, — вздохнула Дила и сдавлено добавила: — Мы решили оставить прошлое в прошлом и начать всё с чистого листа в этом мире. — Она порывисто поднялась и протянула руку Сорифу. — Ну что, братец, пойдём.
Тот не проронил ни слова и покорно принял её ладонь. Пока они о чём-то продолжали говорить, я оцепенело взирал на того, кто помог мне заполучить Истинную. Но важным нюансом оставалось то, что он являлся убийцей моей суженой, и рассудок никак не мог определиться с тем, как к нему относиться.
Ситуацию спасло появление Хафара с Висарией. Они опустились и я поспешил к ним, принимая магические камни и необходимые травы. Племянник принял человеческий облик и в тот же момент раздался ошарашенный вопль Чуждой Души, непривыкшей к местным реалиям.
— Что с ним? — озадаченно поинтересовалась Висария и пришлось соврать:
— Сориф полностью утратил память, для него всё выглядит странно и неправдоподобно, — старательно лгал, пытаясь сохранить тайну Дилавии. — Позже, отвезите его к герцогам, пускай позаботятся о сыне.
— Хорошо, — кивнул Хафар и задумчиво продолжил: — Надо же, ситуация выглядит так, будто к нему пришла расплата за попытку убийства сестры.
Невольно удивился проницательности племянника.
— Возможно, так и есть, — пробормотал тихонько.
И вправду создавалось впечатление, словно за действия ответил не только Сориф, но и Степан, отнявший жизнь Истинной. Наверное, мне стоило бы порицать его и ненавидеть за ту боль, что он причинил ей, да только осознавал, если бы этого не произошло, мы бы никогда не встретились. Лицемерить откровенно не хотелось.
Погрузившись в тяжёлые размышления, принялся чертить символы и раскладывать на них травы и камни. На всё ушло не так много времени, хотя, вовсе не это волновало меня. Душевное спокойствие Дилавии заметно нарушилось и я боялся продолжать ритуал.
— Может всё-таки лучше отложим? — подошёл к ней.
Истинная внезапно прильнула ко мне и прижалась щекой к груди.
— Со мной всё в порядке, Эминир, — вдруг улыбнулась она. — Признание Стёпы сначала шокировало, а потом осознала, что смерть стала залогом нашей встречи. — Её глаза заглянули в мои. — Разве есть смысл в жизнь, если в ней нет тебя? — Дожидаться ответа не стала. — Давай поговорим об этом, после всего. Так что мне нужно делать?
Ничего не оставалось, как повести её за собой. Мы с ведьмой встали в центры алхимических символов: она — добровольного отзыва проклятья, а я — прощения. Дилавия же находилась между нами и протянула к нам по веточке священной Весании — редкого очищающего дерева, о котором и просил отца Хафара.
Силы Истинной мгновенно наполнили энергией символы и связали все составляющие в одну нерасторжимую цепь. Она принялась озвучивать слова заклятья, а мы по очереди добавляли необходимые части, один — прощая, а вторая — разрушая тёмную магию.
Внезапно алхимические символы ярко засияли и по нам прошёл чистейший свет, знаменуя благополучное завершение ритуала. Не выдержав, бросился к Дилавии и она устало прижалась ко мне, лишь сейчас открывая насколько тяжелым для неё стал обряд.
— Ну что, наверное, пора навестить короля, — усмехнулась мне Истинная.
— Тебе там делать нечего, отправляйся вместе с братом к родителям, Хафар и Висария отвезут, — постарался произнести как можно строже. — Ты слишком измучена, я тревожусь, как бы твоё состояние не стало хуже.
— Нет, я тебя одного не отпущу, — она покачала головой. — Обещаю, вмешиваться не стану, разбирайтесь с ним сами, а я понаблюдаю со стороны.
И снова внутренний дракон предательски подчинился.
— Ладно, только помни данное слово, — произнёс нарочито строго. — Если обманешь — мы поженимся, как только вернёмся, ясно?
Дилавия вдруг лукаво усмехнулась.
— Конечно, Эминир.
Глава 62
Дилавия(Диана)
Сидя на надёжной спине дракона, мы направились ко дворцу, а я продолжала размышлять о разговоре с новоявленным братом. Убивать Стёпа не собирался, как, впрочем, и грабить цветочный, только вот отказаться не мог. Вернее ему не позволила компания мажоров, постоянно булливших его в университете.
В тот день он наконец набрался смелости и дал отпор. Знакомый заснял избиение на видео, которое после передали в деканат и выложили в интернет. Степан надеялся, что это вынудит их прекратить издевательства, да только ужасно прогадал. Детишек богатеньких родителей не то, что не задержали, им даже ничего не предъявили, будто произошло лёгкое недопонимание.
