Пять мужей для попаданки - Тина Кэт

Земля под нашими ногами вздрогнула. Тяжёлая поступь. Яростный, воющий ветер снаружи.

Они здесь.

Глава 44

Настя

Я тяжело вздохнула, чувствуя, как стены пещеры начинают вибрировать от приближающейся тяжёлой поступи. В голове лихорадочно крутились шестерёнки. Нужно было срочно что-то придумать, иначе через минуту здесь начнётся кровавое шоу под названием «Битва Истинного против разъярённых мужей», и шансов уцелеть у Кроки в этом замесе было немного.

Я обернулась к Эйтору. Он стоял, сжимая кулаки, и его взгляд, прикованный к Даргу, не обещал ничего хорошего. И это несмотря на то, что я вроде как его уже успокоила, насколько это, конечно, возможно.

— Эйтор, пожалуйста… — я вцепилась в его рукав, заглядывая в холодные глаза. — Прикрой Кроки собой. Сделай так, чтобы они его хотя бы сразу не заметили. Чтобы не вцепились в глотку с порога.

Я смотрела на своего вампира умоляюще, чувствуя, как его внутренний зверь буквально дыбится от такого предложения. Эйтор раздражённо закатил глаза, и в его взгляде читалось явное «ты издеваешься?».

— Ты просишь меня сделать то, что инстинкты велят мне ни в коем случае не делать, — прошипел он, обнажая клыки. — Ты серьёзно сейчас?.. Ты просишь защитить ЭТО?

Я не дала ему договорить. Мой мозг в стрессовой ситуации не сгенерировал ни одного логического аргумента, поэтому я пошла проверенным путём. Я просто рванула его на себя и начала зацеловывать — яростно, отчаянно, отдавая в этот контакт всю свою тревогу и любовь. Я целовала его скулы, губы, шею, не давая вставить ни слова протеста.

Эйтор замер. Его тело на секунду окаменело, а потом он тяжело выдохнул мне в макушку, сдаваясь под этим напором.

— Ладно… — его голос прозвучал глухо и надломленно. — Но только ради тебя. Только ради тебя, Настя.

Он нехотя шагнул к Даргу, становясь так, чтобы его высокая фигура и плащ перекрывали обзор входящим. Кроки за его спиной издал тихий вибрирующий звук, но не шелохнулся, доверяя мне свою жизнь.

А через секунду вход в пещеру взорвался яростным ревом Джея.

— Любимые! — закричала я прямо на бегу.

Не знаю, откуда во мне взялось столько сил и энергии после трёх недель беспамятства, но я буквально взлетела, запрыгивая на Джея. Его глаза, горевшие золотом берсерка, расширились от шока, и я не дала ему и шанса опомниться — впилась в него глубоким, отчаянным поцелуем. Это был мой единственный шанс. Его замешательство стало моим лучшим союзником: я углубила поцелуй, чувствуя, как его пальцы, готовые рвать врага, судорожно вжимаются в мою спину, сминая мех.

— Живая… — прохрипел он, едва сумев оторваться от моих губ. Его голос вибрировал от невыносимого облегчения.

Я не дала ему договорить. Обернулась к Тэрсону, который уже занёс свой стокилограммовый кулак над входом в пещеру. Титану было глубоко плевать, что там стоит Эйтор — он был готов обрушить свод на голову любому «похитителю». И тут два варианта: либо он чётко знает, куда бить, чтоб обрушилось только там, где надо, либо долгий стресс берёт своё, и тут уже чисто на эмоциях всё делается, и в итоге мы все здесь под камнями поляжем. Ни тот, ни другой вариант мне не нравится.

— Тэрри, ко мне! — я перетекла в его объятия, обхватывая его лицо ладонями и зацеловывая всё, до чего могла дотянуться: жёсткую, заросшую щетиной челюсть, лоб, губы.

Огромный титан замер. Ветер вокруг нас начал стихать, сменяясь тяжёлым, рваным дыханием. Тэрсон уткнулся носом мне в макушку, содрогаясь всем своим массивным телом, словно скала, по которой прошла трещина.

Я отстранилась на пару сантиметров, тяжело дыша и удерживая Джея и Тэрсона за руки, словно двух цепных псов на коротком поводке.

— Так. А теперь выдохнули. Оба! — я обвела их строгим взглядом. — И послушали меня внимательно, пока я не начала кусаться. Тот, кто в пещере — мой спаситель. Он выхаживал меня три недели, пока вы по лесам бегали. Так что его — не трогать!

Я повернула голову к нашему «хитрому ушастику», который застыл чуть поодаль.

— И тебя это тоже касается, Эвол!

На кончиках его длинных пальцев уже опасно мерцала магическая искра, готовая сорваться в смертельное заклинание. Эльф лишь тяжело вздохнул и опустил руки с таким видом, будто я только что свалила на его плечи все проблемы мироздания разом.

— Настасья, ты хоть понимаешь, что ты защищаешь Дивья? — голос Джея всё ещё вибрировал от сдерживаемой ярости, но он уже не рвался в бой.

— Я защищаю того, кому обязана жизнью, — отрезала я. — А теперь — знакомиться. По-хорошему.

От моих слов все только ещё больше напряглись и замолчали. Атмосфера в пещере напоминала минное поле. Один неверный жест, одно резкое слово — и рванёт так, что не соберём. Чтобы отвлечь парней от затаившегося за спиной Эйтора «сюрприза», я решила перевести огонь на ту, кто стала причиной всего этого кошмара.

— Что с Пиалой? — спросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал от волнения.

Джей замер. Его лицо мгновенно превратилось в каменную маску, лишённую эмоций.

— Мертва, — коротко, как выстрел, бросил он. Безразличие в его тоне пугало больше, чем ярость.

Я почувствовала, как у меня сжалось горло. Эта особа вызывала у меня крайнее отторжение. Она пыталась меня убить, и, честно говоря, у неё почти получилось. Я должна была чувствовать триумф или хотя бы злое удовлетворение, но вместо этого внутри разлилась тягучая, липкая жалость. Мне не хотелось её смерти. Видимо, всё это отразилось на моём лице, потому что Джей тут же притянул меня к себе, заставляя уткнуться носом в его плечо.

— Малышка, ну ты чего? — его голос смягчился, в нём проскользнула бесконечная нежность. — Она не заслуживает твоей жалости. Вместо того чтобы искать своего истинного, она зациклилась на мне и жажде власти. А когда поняла, что проиграла, решила уничтожить ту, что дорога мне больше всего на свете. Ценой собственного разума и жизни. Это был её выбор, Настя. И только её.

— Знаю… — прошептала я в его куртку. — Но всё равно не легче. Будто, если бы не было меня, она бы не слетела с катушек так окончательно.

— Даже не смей! Выбрось эту чушь из головы, ты ни в чём не виновата, — отрезал Джей, вложив в голос всю свою уверенность.

Я подняла голову, стараясь сменить тему, пока не расплакалась.

— А что с её братом? С Роем?

Тэрсон, стоявший чуть поодаль, ревниво хмыкнул, а Джей приподнял бровь:

— Малышка,