Бури ярости - Изабелла Халиди

Несколько мгновений спустя они наткнулись на указанное здание, его каменные стены достигали высоты окружающих местных строений, и только четыре шпиля отличали его от остальных.

На бледном камне были вырезаны различные символы и произведения искусства, изображающие различные сексуальные позы, детализация которых была настолько изысканной, что на изображении можно было четко различить даже отдельные пальцы людей. Больше ничего не выделялось, как будто архитектор оставил его в наполовину законченном состоянии.

— Это сооружение, — начала Арела, входя в указанное здание, — является частью Храма Любви, цепочки святилищ, разбросанных по всему королевству, посвященных единству двух душ. Они уходят корнями на тысячи лет в прошлое, когда боги еще ходили среди нас, простых смертных.

Дуна внимательно слушала, наслаждаясь захватывающими дух видами вокруг. Скульптуры обнаженных тел, переплетающихся с другими формами, были вырезаны во внутренних каменных стенах храма. В этом не было ничего вульгарного, ничего постыдного или неуместного, это была ода соединению двух существ в чистом виде.

— Обычно я прихожу сюда, когда чувствую беспокойство, когда хочу помолиться богине, чтобы она даровала мне страстного любовника, такого, который будет проницательным и решительным, чтобы дать мне то, чего требуют мое тело и душа.

Выгнув бровь, Дуна недоверчиво оглядела ее.

— Ты красивая женщина, я уверена, что многие мужчины борются за шанс быть с тобой.

Принцесса усмехнулась, остановившись перед стеной, на которой были изображены девять прекрасных богинь, сидящих, скрестив ноги, вокруг Полной Луны.

— Не имеет значения, даже если все королевство выстроится в очередь перед моей дверью, Шебез, когда тот, кого жаждет мое сердце, не желает быть со мной.

Их окружала тишина, как будто всего в нескольких шагах от того места, где они стояли, не было целого шумного города. Дуна перевела взгляд на изображение перед ними, терпеливо ожидая, пока Арела продолжила бы. Мужчина и женщина с руками, связанными шнуром из чего-то похожего на звездную пыль, покрывали всю стену. Ноющее чувство овладело ею, когда она продолжала смотреть на камень.

Где я видела это раньше?

— Генерал, — Дуна вскинула голову, — всегда был жестким человеком; сложным человеком. Но тот, который никогда не будет моим…

Арела замолчала, словно погрузившись в какие-то далекие воспоминания. Казалось, она разговаривала сама с собой, не обращая внимания на то, что Дуна стояла прямо рядом с ней, выслушивая признание вины.

— Я любила его много лет, Шебез, надеясь, что однажды он заметит меня.

Горькая улыбка промелькнула на ее лице, когда она посмотрела на скульптора на стене, ее пальцы слегка поглаживали переплетенные каменные кисти.

— Я всегда представляла его своим вечным супругом.

Дуна вздрогнула, не зная, как реагировать. Внезапное беспокойство охватило ее, когда она заерзала на месте.

— Что ты имеешь в виду? — она никогда раньше не слышала этого термина.

— Сердца в Варанаси, — продолжала принцесса, словно не слыша ее, указывая на изображение на стене, — это миф, старый, как само время. Это история о двух душах и их пути повторного открытия.

Глубоко вздохнув, она объяснила:

— Среди нас, бакарцев, существует поверье, что у каждого человека есть много потенциальных родственных душ на протяжении всего существования. Они могут прийти в нашу жизнь неожиданно, когда мы нуждаемся в исцелении, руководстве или даже привязанности. Они всегда будут говорить нам комплименты, поскольку эта связь прочна, но обычно ее легко разорвать. Родственной душой может быть кто угодно — друг, родитель, брат или сестра; это не исключительно романтическая связь, и она всегда, без исключения, будет разной в жизни каждого из нас.

Ее палец снова провел по камню.

— Суженые, с другой стороны, в точности соответствуют названию — выбраны самой Судьбой, и они всегда романтические партнеры. Многие люди скептически относятся к подлинности предначертанной связи, видя, что внешняя сила, неподвластная нашему контролю, выбирает человека за нас и, следовательно, не оставляет нам особого выбора в этом вопросе и в том, хотим мы принять это или нет.

— Так что, это плохо?

Арела пожала плечами.

— Это не обязательно должно быть, однако всегда остается вопрос — любит ли этот человек меня, потому что какая-то сила судьбы подтолкнула его ко мне и вызвала чувство привязанности в его сердце, или это настоящая любовь, которая произошла бы даже без вмешательства Судьбы? Это сбивающая с толку концепция, если вдуматься. Избранники судьбы чаще всего меняются с каждой нашей последующей жизнью, в зависимости от того, кем мы перерождаемся и как судьба решает нас одарить. Когда они повторяются, они обычно представляют собой гораздо более слабую версию первоначальной связи, пока сама связь полностью не исчезнет, став чем-то сродни далекому воспоминанию.

— Вечные супруги, — ее голос дрогнул, глаза наполнились слезами, — это абсолютная вершина настоящей любви, Шебез. Они настолько редки, что ни одна из них никогда не была зафиксирована в истории человечества. Никто, даже наши предки, никогда не сталкивались с подобной связью. Некоторые говорят, что это пустая болтовня, бабушкины сказки для ублажения вечных романтиков. Но, о, как они ошибаются. Я потратила годы, посвятив свою жизнь изучению вечных партнеров, и у меня нет никаких сомнений в том, что они существуют.

— Почему ты так уверена?

— Все, что я когда-либо находила во время исследований, указывает на это. Но позволь мне попытаться объяснить это так, чтобы ты поняла.

Взглянув на Дуну, она начала:

— В самом начале времен, когда Вселенная еще только создавалась, вокруг текло огромное количество энергии, придавая форму нашим звездам и планетам. Часть этой избыточной энергии сформировала то, что мы сегодня называем душами, сущности, которые мы не можем увидеть или потрогать, а скорее только ощущаем внутри себя. Во всей этой суматохе и возросшей скорости творения произошел мощный взрыв, — она сделала паузу, проверяя, следила ли Дуна за происходящим. — Энергия, которая была высвобождена таким образом, была настолько велика, что вызвала огромную рябь между галактиками, разделив некоторые из этих сущностей на две равные меньшие части, которые всегда будут стремиться вернуться друг к другу и объединиться еще раз.

Наконец она повернулась к Дуне.

— Вот что такое Вечные супруги. Две половинки одного целого, две души, разделенные в самом начале творения, рассеянные во времени и пространстве, вынужденные вечно скитаться потерянными и одинокими, пока они снова не найдут друг друга. Они всегда в поиске, Шебез, всегда ускоряются по мере приближения друг к другу. Их притяжение настолько велико, что, как только они, наконец, попадают на орбиту друг друга, они втягивают друг друга в себя, по спирали приближаясь к финальному столкновению, и остановить это невозможно, пока они не врежутся друг в друга.

Дуна усмехнулась:

— В твоих устах