Руководство по спасению: сама придумай - Anastasia Richter
— Моя девочка хочет быстро?
— Хочет. — я часто дышу, но мне всё равно не хватает воздуха.
— Значит будем быстро. — и входит на всю длину, с громким шлепком о мои бёдра.
Меня выгибает от удовольствия. Он быстро наращивает амплитуду движений, входя в меня на всю внушительную длину. Чувствую вибрацию от его члена и на клиторе. Стоны вырываются безостановочно.
Наг впивается в мою грудь, я же начинаю скулить. От желания кончить прямо здесь сейчас мне физически больно, тело напряжено. Беспорядочно хватаю его за плечи то ли притягивая ближе, то ли оттолкивая. На особо ощутимых толчках впиваюсь ногтями в его спину, царапая кожу. Мне настолько хорошо, что кажется, будто всё это нереальное.
— Росс, пожалуйста, милый мой, пожалуйста… — я способна лишь на бессвязное бормотание.
— Что, родная моя?
— Я хочу кончить, пожалуйста, я больше не выдержу, Росс.
Он ускорился и, опустив руку, сделал всего несколько нажатий на невероятно чувствительный бугорок. После этого я выпала из реальности, понимая лишь, что безостановочно кричу на одной ноте, а он вбивается в меня, заливая спермой. Лежу, потерянная для мира.
— Такая послушная, такая страстная девочка. Так красиво кончила для меня. — шёпотом проговаривает змей, поглаживая меня по волосам. Тело ватное, пошевелиться совсем не могу. — Где же ты раньше была, моё сокровище?
Ещё несколько минут расслабленного лежания, и у змея звенит будильник.
— Родная, ты будешь вставать или ещё полежишь?
— Малышня спит?
— У них еще полчаса сна по графику.
— Мне нужно в душ. Я вся в…
— В моей сперме, да. Я бы с ног до головы тебя ею залил.
— Ууу, Росс, прекрати… — меня заливает краской смущения. Как можно говорить такие откровенные вещи?..
— Почему же? Ты такая страстная девочка, что хочется тебя трахать вместо завтрака обеда и ужина. Круглосуточного.
Закончив эту тираду он взял меня на руки, подхватил пижаму и прошагал голышом в ванную. Мы оба стали под душ и быстро ополоснулись. Наг внимательно осмотрел меня с ног до головы, видимо проверяя на наличие синяков.
— Милая, ты дискомфорта не чувствуешь? Может смажем эту красоту, чтоб она отлично себя чувствовала?
— Росс, не нужно ничего делать, всё прекрасно. — румянец отказывается со мной расставаться.
— Смотри мне. Тогда не цепляюсь. Пока что. Но потом я проверю! Мало ли, вдруг ты маленькая врушка.
— Наглый, совершенно бессовестный змей.
— Я очень даже совестный, я забочусь о своих самых любимых местах!
Привела себя в порядок и переоделась в удобный домашний костюм. Прийдя на кухню обнаружила там всех трёх мужчин. Блин, про третьего-то я и забыла. Ещё и голышом в душ ходили. Кошмар.
— Доброе утро. — нейтрально поздоровалась со всеми, а сама подошла к рыжику и нежно, но быстро поцеловала в губы. Хесс хотел было увлечься, но я дама хитрая, сразу продумываю план отступления. — Как спалось?
— Одиноко. — и взгляд грустной побитой собаки.
— Ну, будем это как-то исправлять. Позже. — сказала многообещающе.
Повернулась уточнить, как обстоят дела с завтраком, и наткнулась на полный безграничного удивления и искренней зависти взгляд, который сразу попытались скрыть. Странный всё же мужчина этот Майк. Абсолютно для меня непонятный. Но бесячий до дрожи.
На сковороде что-то соблазнительно шкварчало, да и в духовке что-то явно готовилось. Решила внести посильную помощь и сварить целую кастрюлю бронкса. Вот что-что, а его готовить я научилась мастерски. После своего весомого вклада в завтрак решила ради разнообразия разбудить малышей. А то они всегда с будильником встают.
В первую очередь зашла к Илессе. Ну какая прелесть. Заспанное, совсем сонное чудо с растрепавшимися волосами. На сердце от этой картины аж защемило, ну какое тискальное создание, так бы и зажмакала.
— Доброе утро, мамочка. Уже вставать? — сонно пробормотала она.
— Привет милая. Да, скоро завтрак. Что-то снилось?
— Не знаю. — и невероятный зевок с демонстрацией клычков. Кошмар, хочется схватить эту красоту и шептать «моя прееелесссть». Брр.
— Сама соберёшься?
— Мааам, я взрослая уже! — и меня решительно выпроводили.
В комнате Мришеля было целое гнездо из подушек. Куда это он зарылся? Жарко на улице.
— Риш, солнышко, пора вставать.
— Миями? — проговорили где-то из середины этого уютного хаоса.
— Да, милый, ты чего так зарылся?
— Сам не знаю, откапываюсь уже. — на свет божий появляется не менее милашная мордочка. Грива во все стороны торчит, уши шевелятся, глазки сонные. Всё, в руках я уже себя не держу и нападаю на эту красоту с жестокими тисканьями. — Ну миями, ааа, ну ты чего меня такого сонного тормошишь?!
— А нефиг быть таким милым. — и нагло целую в пока ещё по-детски пухлую щёчку.
— Ну фууу, прям с утра меня чмокать. Беее… — это он на словах такой вредный, но я-то вижу, что таким приступом внимания он доволен.
— Давай, собирайся и пойдём завтракать. Там наверняка что-то вкусное ждёт.
— Например?
— Ну, я успешно сварила бронкс. — на меня посмотрели довольно скептически. Видимо, даже ребёнок понимает, что не всегда мои шедевры являются именно шедеврами. — И не смотри на меня так, его невозможно испортить.
— Ты про желе тоже так говорила…
— Ой всё, ну и подумаешь, будешь воду пить. — гордо показав язык, направилась на выход.
Вернувшись на кухню, сразу застолбила себе место с самой удобной обозревательской позицией. Хочу быть на лучших зрительских местах при очередном воссоединении семьи.
Первой появилась одетая, умытая и даже местами расчёсанная змейка, которая явно пыталась заплести себе что-то удобоварительное. Споро заплела ей косу почти не глядя. За это время я так поднаторела в этих делах, что могу уже давать мастер-классы.
Сама же не отрываю взгляда от предполагаемого места появления Риша.
Детёныш не заставил себя долго ждать. Уверенной походкой появляется в кухне и целенаправленно топает к столу отчаянно зевая. Затем поднимает голову и буквально через секунду замечает отца. Делает ещё пару медленных шагов и замирает на месте.
Калейдоскоп эмоций с невероятной скоростью сменяют одна другую. Радость. Неверие. Злость. Отчаяние. Обида. И наконец он — гордый разворот.
Это чудо отворачивается от папаши, говорит всем «доброе утро» и, демонстративно отвернувшись, топает к столу. Хоть бы под ноги смотрел, паразит, сейчас навернётся — а синяки потом замазывай Милания.
— Риш. Мальчик мой. — игнор.
Всё, просто однозначно не будет. Майк встал и присел на корточки возле ледяного котёнка.
— Риш, посмотри на меня.
Вот это запросы у тебя, мужик, явно завышенные. Хесс посмотрел на нас в поиске подмоги, но нет, дорогуша, сам наворотил — сам и разгребай теперь.
— Родной мой, прости меня. Я не знал, что ты мне пишешь. И многого другого
