Сумеречная госпожа. Заклятое наследство - Наталия Зябкова
— Да понял я, понял! — Вран махнул на него рукой. — У меня к тебе просьба — принеси какого-нибудь тёплого питья моей новой соседке. По твоей милости, кроме прочего, она успела полежать на холодном полу — как бы не простыла! Всё-таки смертные не столь крепки, как истинные фейри. Пока будешь ходить, я вернусь в свою камеру, чтобы не выдавать тебя, а потом снова пустишь меня к Ариадне?
Мне показалось, что я начала различать в движениях рук Стрижа некоторую закономерность. Возможно, он повторил какое-то слово несколько раз. Вран усмехнулся, но ничего не ответил, поднимаясь с колен.
— Веди меня, тюремщик! — залихватски провозгласил он, выходя в коридор за Стрижом. — Не бойся, Ариадна! Я всё равно буду рядом, хотя и на небольшом расстоянии!
Оставшись одна, тут же стала ощупывать своё горло. Эх, зеркало бы! Через некоторое время тусклый свет, проникающий через решетчатое дверное окошко заслонила высокая фигура. Стриж! Наконец-то он принёс попить!
Но это оказался вовсе не он.
— Как это понимать? — Лириан холодно смотрел на меня из-за закрытой двери. — Я приказал приковать тебя! Стриж!
— Не надо, пожалуйста! — совладать с голосом было ещё сложновато.
— Раньше надо было думать!
Дверь отворилась, и Стриж грубовато потянул меня за руку, понуждая встать. Он обмотал мне руки цепочкой, одним движением скрепил звенья, протянул конец через кольцо, вставленное в стену и затянул так, что пришлось вытянуть руки вверх и встать на цыпочки. Цепь больно врезалась в запястья при всякой попытке встать на пятки. Похоже, Стриж был настоящим мастером пытки. Не знаю, что будет через несколько часов такого стояния. Похоже, предстоит ещё та ночка!
— Пусть так постоит и подумает над своим поведением! — Лириан подошел ко мне и крепко ухватил за подбородок. — Смотри в глаза, когда с тобой разговаривает король!
Но я уставилась ему за плечо, на Стрижа, жадно смотрящего на нас. Король медленно оглянулся на него и отрывисто произнёс:
— Подожди в коридоре!
Долговязый альв шарахнулся, будто в лицо ему сунули горящую головешку. Удостоверившись, что мы одни, Лириан вновь окинул меня тяжёлым взглядом.
— У меня лишь один вопрос: зачем?
Я попыталась освободить подбородок из его цепкой хватки, но ничего не вышло. Добилась лишь того, что он сжал его до боли.
— Я ведь хорошо обращался с тобой! Поселил во дворце, одевал, кормил… Чего тебе не хватало? Мы могли быть счастливы — намного счастливее матери с отцом!
Я не сразу поняла, что он говорит о своих родителях — Альберихе и Латоне.
— Купить любовь не получится. Я не могла спокойно спать на мягкой перине, зная, что моя сестра томится в башне! Но тебе действительно не понять.
Он выпустил подбородок и легонько сжал многострадальную шею. Не сдержавшись, я застонала. Лириан отнял руку, пригляделся, провёл пальцем по коже — даже такое лёгкое касание причиняло боль. Его лицо окаменело.
— Стриж! — Альв немедленно показался в дверях. — Пленница оказывала сопротивление? Отвечай! — последнее слово он выделил особо.
— Она… Она отказывалась идти, — странный механический голос несомненно принадлежал тюремщику.
— Неправда! — мой голос сейчас звучал не лучше. — Я оступилась на лестнице, а он стал душить цепью!
— Это уловка! Ведьма хотела сбежать!
— Молчать! — Стриж продолжал оправдываться, но больше с его губ не срывалось ни звука.
Лириан провёл рукой по цепи, и я неожиданно почувствовала свободу. Сломанные, искорёженные серебряные звенья звоном колокольчиков рассыпались по полу. Потеряв равновесие, я качнулась, но король подхватил.
— Обойдёмся без цепей, — проговорил он, не сводя глаз с моей шеи. — Не желаю жениться на искалеченной девице. На свадьбе ты должна излучать радость.
— Я не хочу выходить за тебя.
— А за кого? — уголок идеального рта пополз вверх. Кривая улыбка короля выглядела угрожающе. — За ледышку-Сильвара? Или за моего рыжего братца Люциана? Если он конечно выжил. На самом деле сомневаюсь — его кровью был залит весь салон.
Лириан провёл пальцем по щеке:
— Не плачь. Ни один из твоих сводных братьев этого не стоит. Да, чуть не забыл!
Он быстро схватил меня за руку и защелкнул на запястье браслет — самый обыкновенный, такие носили мальчишки из нашего класса. Кожу под ним немедленно защипало, будто от крапивы.
Король выпустил меня и отступил к двери.
— Это обезопасит тебя от необдуманных поступков. Отдыхай пока. Я навещу тебя завтра… Если будет время.
За ним захлопнулась дверь. В коридоре стремительно темнело. Железо теперь действовало на меня, как и на других фейри. Тени, покрывавшие всё вокруг больше не слушались — Лириан знал, что делает. Я попыталась снять противную безделушку, но замок заклинило намертво, а кисть никак не желала пролазить сквозь него. Глупо было надеяться, что король Благого Двора понадеется на обычный браслет. В быстро сгущающейся темноте я попыталась получше разглядеть его. Не могу ручаться, но на одном из плоских звеньев проступало знакомое клеймо. К этому артефакту наверняка приложил руку кто-то из цвергов.
Пить хотелось ужасно, однако обещанного теплого напитка я так и не дождалась. После визита Лириана Стриж больше не являлся до следующего утра.
День, другой, третий — все они с этого момента были окрашены одинаково. Иногда Стриж приходил рано утром, ставил прямо на пол медный поднос, на котором лежал нарезанный хлеб, кувшин с водой и тарелка с кашей, либо тушёными овощами. Забирал пустую посуду он уже ближе к вечеру.
— Тут не особо разгуляешься, — сказал как-то Вран. — Ну, хотя бы не дают протянуть ноги с голоду.
Я не ответила, продолжая наблюдать за пауком, плетущим паутину в углу рядом с моей импровизированной кроватью. Если бы я могла снять железный браслет, подавляющий силу, то в память о шалости Люка зачаровала бы его, наделив синим брюшком и кокетливыми оборками. Чего я тогда так разнервничалась? Тот паук пел самую настоящую серенаду. Если верить Тианиель, рыжий брат был когда-то ко мне неравнодушен… Как же давно все это произошло!
Выбрался ли Люк из машины? Вернулся ли Сильвар в Страну Вечного Лета? Добралась ли Тианиель до Неблагого Двора? А может, в её отсутствие, там наметился узурпатор трона? Одни вопросы, отвечать на которые никто не собирался.
— Не молчи! — Вран, похоже, даже не думал оставлять меня в покое. На самом деле, когда он приезжал к нам с визитами в свите Латоны, а позже Эониель, ни за что не поверила бы, что он такой болтун! Самый мрачный рыцарь Благого Двора, всегда в черных доспехах, рисунок на которых напоминал птичьи перья… Длинные черные волосы дополняли загадочный образ. Как оказалось, всё это было лишь ширмой. Вран,
