Призванная с Земли. Меняю судьбы. Воспитываю мужей - Tais Xarper
— Как жена моего старшего брата! — крякнул он. — Седьмой типаж! Повезло вам!
С этими словами и под масляные взгляды остальных стражников Лисниэль проводил их к выходу и запер дверь.
Из комнаты вышли растрепанный Зайлос и недовольный Дрисл.
— Минус один дом из нашего списка — зашипел он. — Вы хоть представляете каков был выброс магии, если стражи пришли с соседней улицы?
— Свой долг будешь выплачивать в доме за городом — разглядывая потолок произнес Шайд и мелькнув голыми прелестями с задней стороны, ушел в другую комнату одеваться.
В переводе со странного зарганского с примесью мужского наречия: нам будет так хорошо физически и магически, что стражу привлекать магическим фоном не надо, секс будет за городом. Я правильно перевела или мне так хочется перевести? А где бы мне достать словарь зарганских намеков и мата?
— Птичка — нахмурив брови обратился ко мне строгим голосом Зайлос, но я быстро сориентировалась.
— Прости. Когда я злюсь рядом лучше не стоять — покаянно чмокнула его в губы и пошла за своим платьем.
Фуф, от одной лекции избавилась. Пора и за воспитание нелюдимов взяться.
— А нас? — крикнул за спиной Ардон.
— Ночью — ответила я. — Мне вас еще убивать и наказывать.
Этот ответ всех устроил, я надела платье и вместе с Шайдом села за стол. Утро было насыщенным. Вот и верь, что зарганцы холодные. Комок нервов и традиций, перевитых эмоциями. А в моем случае перемножено на два мужских красивых образца. Я скользнула взглядом по Шайду и Зайлосу. Хлебну я еще с ними.
Сидевший рядом со мной Шайд вместо завтрака, приготовленного Ардоном, держал руку на моем бедре и проверял границы дозволенного. Святая простота! Верит, что я должна ему две ночи.
23. А это мои традиции
— Шайд, а тебе никогда мозг маленькой ложечкой не ели? — невинным голосом спросила я.
Рука на моем бедре напряглась. А вопрос задал совсем другой голодный зарганец.
— Страшно спросить. У вас в мире женщины ели мужчин? — оторвавшись от вкусной еды спросил Дрисл.
— Неет — протянула я. — Это такое выражение. Я потом Шайду покажу что это.
И столько обещания неприятностей было в моем голосе, что Зайлос злорадно ухмыльнулся, а остальные мои мужья если бы могли перекрестились.
— Но мужья с женами у вас дерутся? — больше утвердительно сказал Дрисл.
— Бывает — согласилась я. — Один народ вообще очень темпераментный. У них в ход и тарелки идут и ножи с вилками.
Вот я загнула! Мысленно потираю свои лапки. Если что, я про итальянцев. И не соврала ведь. У меня в мире тоже есть традиции. Не только вам с зарганским бредом ко мне приставать.
— Как они живут вместе? — удивился Ардон.
— Хорошо живут — припивая чай ответила я. — Поругаются, а потом просят друг у друга извинение. Качественно так просят — все взгляды обращены ко мне, силятся понять. — Поэтому у них в семьях много детей. Страсти, темперамент, любовь.
Намек вроде жирный сделала, поймут или нет?
— Ты из этого народа? — тут уже заинтересовался Зайлос.
— Почти. У нас больше для разговоров сковородку берут и скалку. А в остальное время тишина и равноправие.
Вооот, посыл я вам дала. Дальше соображайте, что лучше. Сковородка в моей руке или нормально с женой общаться. Дальше мы ели в молчании. Рука Шайда на бедре начала наглеть. Задирала платье, ползла в сторону замиравших от восторга нежных складочек под трусами.
— Потом прощение попросишь — шепнула ему на ухо. — Только не забудь.
В серых глазах молнии.
— Ардон, а у нас есть молоко, сливки и сахар? — вдруг вспомнила я.
Шайд нахмурился и руку убрал. Чует в какую сторону ветер дует. Мне сказали, что где лежит. И благодаря магии холода, через пять минут на тарелках лежали горки мороженного.
— Пробуйте — хитренько улыбнулась.
Лакомство быстро кончилось. Я же наблюдала за зарганцами. Зайлос попробовал и чуть отодвинул от себя тарелку словно на тарелке лежит наш голый терсий. Два оставшихся муженька посмеиваются и едят. Шайд даже не прикоснулся. Дрисл съел и косится на своего боса и полную тарелку.
— Это Дрисл тоже из моего мира. Десерт такой.
Правильно Шайд подними взгляд. Видишь какой жирный намек. Ты его еще любить будешь и просить. Судя по второму синему взгляду вместе с Зайлосом. Обменявшись пару раз фразами об новом доме. Дрисл ушел, закутавшись в свой плащ.
— Хочешь сказать сейчас тоже не издевалась? — нахмурив брови спросил Шайд, когда на кухне осталась наша семейка. — Зайлос — это гордый белый зверь. Зая! А я это? — пихнул он тарелку.
— Хммм — я села напротив Мороженки и подвинула эту тарелку к себе. — Я не все рассказала о мороженом дорогой. Его в моем мире не едят — томным голосом продолжила я, набирая в ложку побольше и продемонстрировала языком что нужно делать. — И не всегда из тарелки. Тебе понравится — подмигнула я, возвращая тарелку и вылизанную мной ложку.
Что муженьки? Не ожидали такого от жены? А я привыкаю к многомужеству. А что? Я хочу быть счастливой. И для счастья мне требуетесь вы. У меня для вас столько интересных идей есть. У Лисниэля дернулся кадык. Остальные лица выражали смесь зависти и желание освободить одну требовательную часть тела и продемонстрировать мне в качестве эксперимента.
— Почему только ему? — оттопырил губу Ардон.
— Ну, это же он Мороженка. А тебе я покажу что-то другое — захихикала я. — Фокус с розой, например. Все еще хочешь быть гордым зверем? — спросила я застывшего Шайда с сексуальным голодом в глазах. — Хочешь буду звать Белой Мантикорой? Белый медведь? Северный Олень?
— Нет — он поднес ко рту ложку с десертом. — Значит всякий раз называя меня так… ты имела в виду…
У всех был мечтательный взгляд будто на эту ложку сейчас я положила уже не зарганца, а их голенькое тельце и вооружилась бесстыдным опытным языком. Они бы удивились узнав, что я скорее теоретик. Который хочет перейти к практике.
— Вооот, теперь ты знаешь, что такое есть мозг маленькой ложечкой. Поздравляю.
— Сексуальные пытки? — ахнул Лисниэль. — Я слышал о таких.
— Хм, тебе это тоже понравится — пообещала я.
Судя по взгляду мой целитель уже готов пробовать. Но вместо целителя покраснели зарганцы. Что голуби мои белые, пробовали значит. Это уже интересно. Я у вас все выведаю.
— Я счастлив что ты не из Митраса — пробормотал Зайлос. — Жена у которой вечно болит голова или нет настроения на мороженое… это ужасно.
— Аллилуйя! — закатила я глаза.
С мужьями
