Змеиного царевича невеста - Марианна Красовская
— О stella di mare (*морская звезда, итал.)! — провозгласил он. — Я счастлив лицезреть вас так близко!
Русалка закатила глаза и отчеканила:
— Я здесь не для того, чтобы заводить интрижки, а по делу, господин Серебряный. Умерьте свое обаяние.
— Вы находите меня обаятельным?
— Ядик, стоп. У нас проблема, — Зубослав, как истинный лидер, внимательно обвел нас глазами и заключил: — Мы вообще понятия не имеем, где корона. Человек, которому дед ее передал, продал ее Алениной бабушке. А потом корона пропала.
— В смысле, пропала? — удивился Ядик. — Такие вещи не пропадают. Надо искать по музеям и частным коллекциям.
— Хорошая мысль, но нет, это нереально, — сказала Маргарита. — Я, конечно, попрошу моего знакомого поднять сводки по музеям, но где конкретно искать? В России? В Европе? Может быть, пани Барбара закопала свои сокровища под дубом в парке Радзивиллов, откуда нам знать?
— Я… у меня есть кое-какая мысль, — подала я голос. — Придется прибегнуть к тяжелой артиллерии. Я не хотела, вот правда. Но другого выхода я не вижу.
Покачала в руках телефон, пытаясь преодолеть приступ внезапной паники. В животе похолодело, ладони вспотели. Я боялась. Странно, но факт. Ну не сожрут же они меня, правда? Набрала по памяти номер, прикусила губу, вслушиваясь в гудки. Хоть бы она трубку не взяла, что ли! Гудки — уже плохо. Значит, она в зоне связи, что бывает не так уж часто.
— Алло?
— Мама, здравствуй, это я.
Глава 38
Родителей не выбирают
Алена
— Алена Дмитриевна! — громко и недовольно ответила мне мать. — Нашлась, голубушка! Ты хоть понимаешь, что натворила? Где ты? Куда пропала? Почему мы с отцом должны тебя разыскивать по всей России? Да мы заявление в полицию подали!
— Мам, я замуж вышла, — как еще прекратить поток ее возмущений, кроме как шоковой терапией, я не знала.
Сработало. В трубке воцарилось тяжелое молчание.
— За кого? — прохрипела мама.
— Ты его точно не знаешь.
— Ты сейчас где?
— Дома. В смысле, в Новгороде.
— Когда я могу тебя увидеть?
Я растерянно оглянулась на мужа. Встречаться с родителями мне хотелось примерно никогда.
— Завтра, — шепотом подсказал Зубослав.
— Завтра, — повторила я в трубку.
— Завтра к двенадцати приедешь по адресу Горьковская 20, квартира 18. С мужем, я надеюсь, — жестко сказала мать. — Там и поговорим.
И отключилась.
Зубослав молча сел рядом со мной и перетянул меня на коленки. Обнял, уткнувшись носом в волосы.
— Ты не ладишь с родителями.
— Никогда не ладила. Мы совсем чужие.
— Ты не одна, у тебя есть я. И всегда буду рядом. Хочешь мороженку?
Его предложение было таким неожиданным, что я только хмыкнула… и согласилась. Дружной компанией мы поднялись на шестой этаж, где был ресторан… да там и остались до ночи. Мороженое плавно перетекло в ужин. Ядик и Зубослав нас всех развлекали забавными историями из своей жизни, Гера молчал и поглядывал на Маргариту, а та, в свою очередь, вспоминала какие-то случаи из жизни их группы. Надо же, никогда не подумала бы, что буду сидеть за одним столом с кем-то из «Русалок»!
* * *
К родителям мы с Зубославом поехали на такси. Я нервничала, но муж был совершенно спокоен.
— Не страшнее моего деда, — сказал он. — А Громохвоста Душегубовича вся Навь боится.
Не то, чтобы меня это успокаивало. С недавних пор я тоже боялась Громохвоста Душегубовича, но говорить об этом Зубославу не стала.
— А неплохо устроились твои родичи, — заявил муж, разглядывая дом, возле которого высадил нас таксист. — Кем, ты говоришь, они работают?
— Геологами, — мрачно напомнила я.
Дом был хорош. Один из новых ЖК, закрытый двор, красивый дом, собственная парковка, большой детский городок во дворе. Я набрала номер на калитке, нас немедленно пропустили. Подъезд был просторный, светлый, с мраморными полами и фикусами в кадках, я такое только в сериалах на канале «Россия» видела. Поднявшись на зеркальном лифте на четвертый этаж, я невольно задумалась, сколько стоит здесь квартира. А еще о том, что единственный ребенок моих родителей жил совершенно сам по себе, никакой помощи. Все, что у меня было — комната в общежитии, которую я купила с тех денег, что выдала мне мама после продажи бабушкиной двушки.
Сама квартира тоже была просторной, с высокими потолками, чистой, светлой и словно нежилой. Мама встретила меня у порога. Высокая, красивая, сухощавая, в классическом брючном костюме. Как всегда — сама элегантность. В этом она очень похожа на бабушку.
Отец ждал на кухне. Тоже — цивильно одетый, в брюках и рубашке.
Я остро пожалела, что мы с Зубом были в джинсах, хоть и новеньких, и дорогих. Нужно было, наверное, вечернее платье надеть и каблуки, тогда бы мать не смотрела на меня с таким недовольным видом.
— Алена, что за ребячество? Почему розовые волосы? Тебе сколько лет?
— Двадцать два, — кротко ответила я.
— Пора повзрослеть.
«Тебя забыла спросить», — подумала я, но промолчала. И вообще, кто бы говорил! Видела я твои фотографии в юности: вся в черном и в цепях. Мода в девяностых была безжалостна.
— Представь нам своего мужа, — довольно спокойно попросил отец. Судя по его одобрительному взгляду, красавчик Зубослав фэйс-контроль прошел.
— Вячеслав Полозов, здравствуйте, — Славка сам представился, не дожидаясь меня. — Мы принесли тортик и вино.
В паспорте так было написано, ну не Зубославом же его предоставлять, право слово!
— Пьете? — поднял брови отец.
— Исключительно по праздникам, — лихо соврал мой муж, с которым на свадьбе мы напились в зюзю. — Но вообще не особо. И только хорошее вино.
А вот это чистая правда. Славка дешевку пить не будет. Только качественный алкоголь. Ну так царевич же!
— И кто вы такой, Вячеслав? — строго спросила мама.
— Студент МГУ. Но пока в академическом по семейным обстоятельствам.
И снова не соврал ни капли. Магический Гнилоболотский Университет именно так и сокращался.
Ему удалось произвести впечатление. Лица родителей стали куда более приветливыми.
— А как вы познакомились?
— В лесу, на туристическом слете, — отрапортовал Зуб. — Весной. Я сразу в Алену влюбился и вот…
— Не слишком ли быстро?
— А смысл тянуть? Я в себе уверен.
— Алена беременна? — прямо спросила мать.
— Что? Нет! Просто у Славика очень консервативная семья.
— Что это значит?
— Я не из России, — снова сказал чистую правду Зуб. — Мои родители — довольно влиятельные люди, у отца должность и все такое. Мы
