Воспитанная принцем вампиров - Дарси Фэйтон
Особенно потому, что в такие моменты Натаниэль звучал пугающе похоже на него.
— И всё же мне кажется, тебя это волнует не так сильно, как ты пытаешься показать… правда, питомец?
Кира не решилась ответить.
Сердце кричало «нет».
Но тело предательски отзывалось жаром на саму мысль об этом.
А присутствие Натаниэля только делало всё ещё хуже.
— Я так и думал, — мягко сказал он.
«Нет, подожди!» — попыталась крикнуть она, но слова снова утонули в его ладони.
— Гарретт, — позвал Натаниэль спокойным, почти дружелюбным голосом.
И от этого тона внутри неё шевельнулось что-то тёмное и запретное.
Часть Киры хотела продолжить эту игру.
Но ей всё равно было страшно.
Нет, нет, нет. Пожалуйста, нет.
— Да, сэр? — отозвался вампир.
— Удели мне минуту. Мне нужно преподать урок моему питомцу.
— Слушаюсь, сэр.
Тяжёлые ботинки захрустели по гравию, приближаясь к воротам, и вскоре Кира увидела за железными прутьями коренастого темноволосого офицера с квадратной челюстью.
Натаниэль резко потянул её за волосы, заставляя поднять голову.
— Питомец, это Гарретт. Поздоровайся.
Внутри неё мгновенно вспыхнула ярость.
Да пошёл ты нахуй, Натаниэль, садистский ублюдок!
Боль пронзила кожу головы, когда Натаниэль сильнее дёрнул её за волосы.
— Питомец, — предупреждающе произнёс он.
Дерьмо…
— Ззздрст, — выдавила она.
Между двумя вампирами будто прошёл безмолвный сигнал, потому что в следующую секунду Гарретт начал расстёгивать ремень.
Нет.
Живот тяжело скрутило от дурного предчувствия.
Какого хрена?
Этого не может происходить.
Охранник подошёл ближе, и Кира с ужасом увидела его уже твёрдый член прямо перед своим лицом.
Её желудок скрутило от отвращения, когда до неё дошло, что он собирается сунуть его ей в рот прямо через прутья ворот.
Нахер это.
Сзади снова вспыхнула боль — Натаниэль толкнулся глубже, специально устраиваясь так, чтобы ей стало ещё больнее.
— Ты ведь хочешь доставить мне удовольствие, питомец? — почти ласково протянул он ей на ухо, поглаживая её по талии, пока пальцы медленно двигались у неё во рту.
И тут ярость вдруг схлынула.
Её накрыла тяжёлая, безысходная обречённость.
Кира сглотнула остатки гордости.
— Даш, — выдавила она.
— Тогда покажи мне, какой хорошей девочкой ты умеешь быть, и отсоси Гарретту.
Она зажмурилась.
Он правда это сказал.
Правда приказал ей сделать это.
Но дело было не в том, чего хотел кто-то из них.
Это было наказание.
И от осознания этого её тело только сильнее налилось жаром.
Я такая же больная, как и он.
Натаниэль замер внутри неё и мягко подтолкнул вперёд, пока её лоб не прижался к холодным прутьям.
Гравий снова захрустел под ботинками Гарретта.
Кира неохотно открыла рот.
— Вот так, питомец, — довольно сказал Натаниэль. — Хорошая девочка. Открой рот шире для офицера.
Она подчинилась.
Челюсть напряглась до боли, а взгляд почти сошёлся в одну точку, пока она смотрела, как толстая головка приближается к её лицу.
А потом член Гарретта оказался у неё во рту.
Чужой.
Непривычный.
С другим вкусом и запахом.
Всё в этом ощущалось неправильным.
И именно поэтому её киска болезненно пульсировала от возбуждения, пока она подчинялась приказу Натаниэля.
Рвотный рефлекс сработал ещё до того, как Гарретт вошёл достаточно глубоко.
Тот выругался и начал отстраняться.
— Стоять, — резко бросил Натаниэль, а потом уже мягче добавил: — Она справится.
— Сэр, вы уверены—
— Да. Она должна научиться.
Кира едва успела вдохнуть, прежде чем Гарретт снова толкнулся ей в рот.
Горло судорожно сжалось.
На этот раз он не остановился.
Член медленно проталкивался всё глубже.
Глаза Киры моментально наполнились слезами, а всё тело стало липким и холодным.
— Дыши, питомец, — тихо прошептал Натаниэль, медленно поглаживая её по спине. — Ты справишься.
До конца оставалось совсем немного, когда Гарретт снова замер.
— Сэр, мне стоит…
— Продолжай, — отрезал Натаниэль уже гораздо жёстче. — Не останавливайся, пока не кончишь.
Господи.
Это не может быть реальностью.
Неужели она правда стоит здесь, согнувшись у ворот академии посреди столицы, с членом Натаниэля в заднице и членом незнакомого вампира в горле?
Она даже не могла осознать весь ужас этого унижения.
Люди наверняка всё видели.
И никого это не волновало.
С чего бы?
Она всего лишь оборотень.
А при правлении Хенрика вампиры могли делать с волками всё, что захотят.
Кира только надеялась, что никто из студентов академии её не увидит.
Территория была огромной, и сами корпуса находились далеко за воротами, но в такое утро на улице наверняка полно учеников.
Может быть, даже хорошо, что Гарретт заслонял её от посторонних взглядов.
Эта мысль оказалась последней связной мыслью в её голове.
Потому что в следующий миг Гарретт вошёл до конца, и Кира закашлялась, пытаясь не подавиться.
Дерьмо.
Дерьмо, дерьмо.
Если бы она могла нормально дышать, то уже бы расплакалась.
— Соси, — спокойно приказал Натаниэль.
И она подчинилась.
Потому что выбора у неё не было.
Так же, как не было выбора, кроме как стоять, держась за ворота, пока Гарретт трахал её рот.
К её облегчению, Натаниэль хотя бы оставался неподвижным внутри неё, продолжая медленно гладить её по спине.
— Всё могло быть куда хуже, питомец, — тихо сказал он ей на ухо. — Радуйся, что между тобой и Гарреттом стоят эти ворота. Иначе тебе пришлось бы принять ещё глубже.
Стоны Гарретта становились всё громче.
В какой-то момент ворота громко звякнули, когда он схватился за прутья над её головой.
— Сэр, — тяжело выдохнул он. — Я близко.
— Уже? — задумчиво протянул Натаниэль.
— Да. Можно мне…
— Можно, — спокойно разрешил Натаниэль.
И от этого слова у Киры внутри всё похолодело.
Он только что разрешил Гарретту кончить ей в рот.
Нет.
Нет, этого не может быть.
— Но только в этот раз, — сказал Натаниэль, наклоняясь к её уху и добавляя вполголоса: — Не так ли, шлюха?
Нет. Нет, нет, нет.
Этого не происходит.
Он не позволит.
Он слишком собственник для такого.
Он сам говорил, что только ему можно кончать в неё.
Неужели всё-таки…
Гарретт вдруг глухо застонал, его лицо перекосило, будто от боли, а член запульсировал у неё во рту, становясь ещё твёрже.
Нет.
Нет, он не…
В следующую секунду её рот заполнила сперма.
Густая.
Горячая.
Совсем чужая на вкус.
Резкая, вязкая струя ударила по языку и горлу, и Кире тут же пришлось бороться с рвотным позывом.
— Выплюнь, питомец, — приказал Натаниэль, впервые за всё время толкнувшись внутри неё и потянув её назад за бёдра. — Я не потерплю, чтобы ты глотала чужую сперму.
Вот серьёзно? Вот здесь у тебя граница?
Когда Гарретт наконец отступил, его член выскользнул из её рта,
