Эльфофобия - Таша Алферьева
— Ты же целитель.
— Первое правило целителей — не лечить тех, к кому у тебя предвзятое отношение.
— Когда успела придумать?
— Только что.
Не дожидаясь, пока подруга начнёт осмотр, я положила ладонь дивному на лоб. Вокруг моего запястья в стальном захвате тут же сомкнулись чужие пальцы. Рэм открыл глаза.
— Майя…
Ну вот опять.
Мужчина снова провалился в забытьё. Пальцы бессильно разжались.
— Он горит.
— Вижу, — кивнула Ния. — Посиди здесь. Только больше не прикасайся. Мало ли на что он способен в таком состоянии. Принесу всё необходимое. Обработаем как следует раны. Подозреваю, что разбойники смазывают кинжалы ядом. Создатель! Сумка с лекарствами осталась в повозке! Надеюсь, наши женихи не задержатся. А то придётся из-за траура отложить свадьбы на год, а то и больше. Не помню, сколько там полагается по эльфийскому этикету…
— Иди уже!
Как только целительница вышла, Рэммион заворочался, не открывая глаз. Словно почувствовал, что мы остались наедине. Он лежал на самом краю довольно широкой койки. Ещё немного и сверзится на пол. Пододвинув к кровати табурет, я села рядом. Угораздило же вляпаться в подобные неприятности.
— Майя, не делай этого. Глупая… Что ты творишь? Я люблю тебя.
В тусклом свете лампады я видела, как дивный хмурится, как появляются вертикальные морщинки между чёрными бровями на покрытом испариной лбу, обостряются скулы, сжимаются губы…
— Она умерла. Майя умерла. Зато есть младший брат, который любит тебя, несмотря ни на что. Есть мама. Живи хотя бы ради них.
Он услышал, хотя по-прежнему лежал с закрытыми глазами. Лицо постепенно разгладилось, дыхание выровнялось.
Скорее бы вернулась Ния! И Касси могла бы сюда подняться, помочь. Поесть всегда успеет. Не могу больше находиться здесь одна. Не хочу к нему прикасаться, но если он ещё немного сдвинется, то непременно упадёт на пол.
Так и произошло. Рэм снова заворочался и начал сползать с кровати. Я едва успела подхватить. Какой тяжёлый! Мужчина продолжал наваливаться на меня. Никак не получалось оттолкнуть его подальше от края. Его расслабленное и безвольное тело походило на неполный мешок с зерном, содержимое которого перекатывается туда-сюда, постоянно теряя равновесие. В результате мы оба очутились на полу. Я сидела, а эльф лежал, придавив мне ноги. Не хотела прикасаться, а теперь нахожусь с ним чуть ли не в обнимку.
Какой он горячий! Зачем сунулся в лес? Почему поехал в одиночку? Теперь из-за него придётся задержаться. А потом и вовсе забрать с собой. От последней промелькнувшей в голове мысли я застонала. Рэм шевельнулся. Я попыталась осторожно столкнуть дивного с ног.
— Эли…
Его глаза оставались закрыты, однако он чётко произнёс моё имя. Я замерла, ожидая, что будет дальше. Он пришёл в себя или снова бредит? Вспомнила, как однажды Дэниэль избавил меня от жара. Опираясь одной рукой об пол, другую положила Рэму на лоб. Жар — это не боль, хотя боль он сейчас тоже испытывает, иначе откуда у меня появились тянуще-режущие ощущения в боку и плече. Мой дар действует против моей воли, не выбирает кому помогать и в подобных ситуациях работает быстро и безотказно. Самое ужасное, я не могла его остановить, даже убрав ладонь, ведь Рэм продолжал меня касаться. Надо срочно выползать из-под его тела, пока я в состоянии двигаться. Но сил почти не осталось. Правая рука налилась свинцом. Нестерпимо жгло в области плеча и груди, горячими пульсирующими болями отдавало в боку.
— Рэм! — в отчаянии позвала я. Дивный открыл глаза. Тут внизу было совсем мало света. Я не знала, осмыслен его взгляд или нет. Насколько он пришёл в себя? Чувствуя, как от боли наворачиваются слёзы, как немеют пальцы, я прошептала: — Ты меня убиваешь.
В следующее мгновение одновременно произошло несколько вещей: Рэммион нашёл в себе силы сесть и успел подхватить падающую на пол меня, а в комнату вошла Ния в сопровождении Касси и Гордэна.
— Что происходит? — целительница первая нашла нас глазами.
— Какая темень, — пожаловалась Кассандра.
— Отпусти её! — Ния бросилась отбивать меня у дивного. Гор тоже поспешил на помощь.
— Что с ней? — и не подумал отдавать меня друзьям Рэм, продолжая сжимать в объятиях.
Касси смущённо охнула, рассмотрев в полумраке обнажённого по пояс мужчину.
— Ты ничего не понимаешь! — целительница схватила меня за плечи и потянула к себе. — Она забирает твою боль. Поэтому ты пришёл в сознание, несмотря на сильный жар и серьёзные ранения.
Эльф быстро сообразил, в чём дело, и отпустил, даже оттолкнул меня от себя. Друзья помогли подняться. Продолжая вздрагивать, я отошла прочь. Рэм остался сидеть на полу.
— Гордэн, помоги положить его на кровать, — командовала Ния. — Мне надо обработать раны. Касси, сторожи внизу. Как только появятся Дэниэль, Айвер и Эдриан, неси сюда мою сумку с лекарствами. Эли, сядь, пока не упала.
— Я боюсь идти вниз одна, — возразила Кассандра, передёрнув плечами. — Там столько мужчин и все пьяные.
— Хорошо. Сейчас Гор мне поможет, и пойдёте вместе.
— Я не оставлю вас с ним наедине, — забеспокоился друг.
— Ладно оставайтесь все. Гор, неси сюда тазик с водой… Ты чего такой бледный? Эй! Не смей падать в обморок! Этого ещё не хватало!
Вид глубокой рваной раны на плече дивного заставил парня пошатнуться.
— Ну чего ты! Держи тазик крепче. Сейчас вода мимо польётся!
— Не могу…
— Отдай мне, — я вернулась к кровати.
— Ты-то куда лезешь? — буркнула Ния. — Кассандра, может, ты?
Позади послышался глухой удар от падения тела.
— Касси! — воскликнул Гордэн и метнулся к любимой, едва не сбив меня с ног.
— Зря я их позвала, — вздохнула целительница. — Только мешают. Воды ей в лицо плесни.
Вместе с Нией мы тщательно обработали раны дивного. Я чувствовала, как иногда к горлу подкатывает тошнота, однако терпела до конца, да и боль, продолжавшая терзать тело, хорошо отвлекала от прочих ощущений.
— Я сделала всё, что могла, — отчиталась перед раненым подруга. — Позже дам противоядие. Надеюсь, поможет. Теперь дело за тобой. Говорят, вы, эльфы, живучие.
— Живучие — кошки, — усмехнулся Рэм. — Мы — живые.
— Намекаешь на то, что всё-таки можешь умереть? Только попробуй! — пригрозила целительница. — Это начало моей практики. И оно должно быть хорошим. Идёмте вниз. Нас
