Тропой необъявленной войны - Иван Иванович Савин

– Если там дом совсем маленький – поставим для парней шатры, – рассуждает Дор, нежно обнимая за плечи невесту, – И обедать можно на улице. А позже построим тренировочные полосы… я приведу друзей. Где он находится?

– Вот, – подал я указ, и оглянулся на жену, – ты же пойдешь посмотреть?

– Не пойдет, – хмуро отрезал Дорик, – никто не пойдет. Древни там еще не были.

Значит нужно спрашивать портальщиков или магов, – сразу сообразил я, есть ли в замке амулет переноса и кто ходил туда в последний раз. А это проще и быстрее всего выяснить в Торсанне. Тем более, мне давно нужно задать наставнице несколько вопросов.

– Поход временно откладывается, – мягко сообщаю семье, – мы сходим к Кларе и все выясним. А вы вернитесь в школу, и пока помалкивайте.

Последние слова предназначены Лин и Миху, хотя я не сомневаюсь в их скромности и деликатности. Однако умение держать язык за зубами для королевского ока имеет жизненно важное значение. И ему нужно учиться долго и усердно.

Глава двадцатая

Уже через четверть часа мы с Дором вышли из пути в уголке широкой веранды старинного особняка, куда несколько лет назад перебрались Леон с Клариссой.

Рядом раскинул ветви пышный куст духов, прикрывая нас своей тенью, дальше стоял длинный стол с остатками обеденной трапезы. Вокруг него тихо, как мышки сидят смутно знакомые мне по отбору парнишки.

– Почему вы не написали список? – голос Клары звучит кротко, даже доброжелательно, но я слишком хорошо ее знаю, чтобы поверить этой доброте.

Магиня просто в бешенстве, и любая капля может стать причиной вспышки гнева. Нет, никого она не убъет… их слишком хорошо учат. И амулеты у нее серьезные. Но неснимаемые наказания вкатит месяца на два, не меньше. Поэтому учеников нужно срочно спасать.

– Клара, – кричу радостно, словно не видел ее лет сто, – у нас к тебе важное дело. Секретное.

И яростно подмигиваю Дору, уводи!

Напарник не подвел, мигом сцапал нас с магиней зелеными мягкими лапами елей и отпустил только наверху, в маленьком кабинете Клары.

– Вы с ума сошли? – обнаружив знакомую обстановку, змеей зашипела она, – Не видели, что я с учениками разговариваю?

– Нет, – честным взглядом уставился на нее Дорик, – такого мы не видели. Вот как ты закипаешь – сразу заметили. Я тебя никогда такой не видел и испугался, просто до дрожи.

– Я тоже, – устало опускаясь на стул, признаюсь тихо, – потому что разок уже видел.

– Змейство… – сразу притихла она, вспомнив тот случай.

Это произошло очень давно, я еще не был знаком с Зией и мотался по стране в поисках жуликов, обчищающих карманы доверчивых провинциалов. Они представлялись то труппой артистов, то командой зубных лекарей или ювелиров. Они меняли личины и одежду, но я их вычислил двое мужчин и две женщины. И, постепенно сужая круг, поймал с поличным, а затем, наивно веря в преданность короне провинциальных стражей порядка, сдал им свою добычу. И спокойно отправился на постоялый двор, намереваясь утром сесть в дилижанс. В те годы мы очень бережно тратили капсулы переноса.

Ночная охрана за кошелек с золотом выпустила жуликов, и они пошли мне мстить. Пробрались в номер, чем-то брызнули в лицо и потащили к колодцу, топить. Дураки… ледяная вода привела меня в сознание и я сумел вытащить и сломать тревожный вестник. Клара пришла через минуту, найдя меня по маячку и сразу все поняла. У нее не хватало сил вытащить меня самой, но она могла заставить сделать это мошенников. Они прыгнули в колодец добровольно и, захлебываясь сами, упорно выталкивали наверх меня. Жулики упорно рвались к колодцу и потом, когда примчавшиеся по тревоге маги вытащили всех и, завернув меня в одеяла, посадили у камина, отпаивать горячим пуншем. И даже после суда, где их пришлось привязывать, не оставили попыток кинуться в темную глубину.

– Чего они натворили? – осторожно спросил я, желая сменить тему разговора.

– Неважно, – отмахнулась она, опускаясь в соседнее кресло, и вдруг с досадой вздохнула, – зря я тебя послушала. Не по мне эти ученики… медлительные, упрямые… и отказаться теперь никак нельзя… хоть беги…

Клара вдруг закрыла ладонями лицо и тихо заплакала, разрывая мне душу болью раскаянья и вины.

Перед нами неожиданно вспух зленый туман, выдал Леона и растаял.

– Добрый день… – неуверенно пробормотал магистр, огляделся и ринулся к жене, – Клара? Что случилось?

– Ничего, – огрызнулась она, резко закрываясь, как улитка, – все хорошо. Сейчас выпью чаю и пойду…

– Куда? – кротко спросил Дорик, сосредоточенно рассматривая появившийся перед ним куст лозняка.

Тонкие плети, как живые, поспешно ползли в разные стороны, изгибаясь и скручиваясь.

– Что это такое? – подозрительно нахмурилась Клара, – Дорик! Ты чего так веселишься?

Я не видел на его серьёзном лице и тени улыбки, но если магиня заявляет об этом так уверенно, значит в душе он и в самом деле смеется.

– Помнишь, – не отвлекаясь от своего занятия, спросил ее Дор, – когда я был маленьким, ты приносила мне всякие диковинки? И я обещал тебе тоже подарить однажды что-то такое, чего нет у других?

– Дорик… – Клара растерялась так сильно, что забыла следить за выражением лица и оно стало трогательно беспомощным, – но я же…

– Ты, – согласно кивнул напарник, делая замысловатый жест, явно означавший конец работы, – сильно устала за последние месяцы. Всем известно, в таких ситуациях менталы устают в десятки раз больше остальных магов. Ведь вам приходится выдерживать не только свою обиду и злость но и всех собратьев. И теперь ты крайне нуждаешься в спокойном отдыхе. Леон! Не спеши спорить!

– Молчу… – пробормотал ошеломлённый ментал, – но ответь… как ты узнал?

– О твоем намерении сказать, что работа – это лучший способ забыть тяжелые эмоции? Это было написано у тебя на лице, все менталы, кого я знаю, так считают. И наверное для мужчин это правильно. Клара, смотри…

Она и так смотрела, и я тоже. Даже Леон изучал странное сооружение, все сильнее скептически поджимая губы.

– Что это?

– Кресло, – невозмутимо сообщил Дор, – Клара, попробуй сесть.

Магиня неуверенно замерла, явно не зная, как это делается и тотчас зеленые лапы подхватили ее и ловко усадили в свитое из солнечно-желтых прутьев шарообразное кресло. Более всего оно напоминало огромное гнездо, со входом с одной стороны. Но когда Клара в нем устроилась, оказалось что еще больше кресло похоже на паланкин, только непривычной, круглой формы.

– Оно качается, – тихо пояснил Дор, легко подтолкнув странную мебель.

Кресло и впрямь оказалось качалкой, и