Самородок против алмазного короля Академии Сфер - Алекс Найт
Репутация Эмбер разрушена, брак со мной спас бы её от позора. Да, мы не любим друг друга, не испытываем даже влечения, но я готов был пойти на это ради неё. Впрочем, она делала вид, что только рада разрыву помолвки и скандалу. Вела себя как настоящая принцесса, держала лицо и улыбалась полному жизненному краху. Теперь ей приходилось играть в подготовку к браку с мужчиной, который её фактически изнасиловал.
— Ты знаешь, почему мы отказались от брака с Эмбер. В рубиновом доме неспокойно. Но речь о другом. Ты, выходит, обиделся и решил отомстить? Считаешь, это взрослый поступок? — отец пронзил меня осуждающим взглядом.
И что-то внутри сжалось, видимо, привычка подчиняться главе рода и королю.
— Да, считаю, что я достаточно отделился от семьи, чтобы принимать самостоятельные решения.
— Если снова заговоришь о браке с самородком…
— А что ты мне сделаешь, отец, если заговорю? — Я не бросал вызов, говорил устало, смирившись с предстоящими изменениями в моей устоявшейся жизни. — Как накажешь? Лишишь финансов? Представляешь, в академии они не нужны, форма есть, едой обеспечивают, остальное пресытилось. Отлучишь от рода? Так я давно пленник Элизиума и не твой подданный. Что ты можешь мне сделать?
И первое, и второе пугало во времена моего истинного студенчества. Я был младшим принцем, жившим своим статусом, привыкшим поддерживать семью и готовым преумножать её силу. Но академия заставила стать больше, чем просто принцем алмазного дома. Во мне появились амбиции, желания и… любовь к неподходящей мне по статусу девушке. Я устал от своего положения ещё до появления Эммы, а события вокруг неё расшевелили и заставили воспрянуть то, что мне приходилось подавлять: стремление к свободе, к самореализации, к себе настоящему.
— Ты собираешься уйти из семьи?
— Нет, я собираюсь выбрать себя. Можешь называть меня эгоистом, мне всё равно.
— Не обманывай себя, Скай. Ты готов отказаться от того, кто ты есть, от матери, отца, брата и сестры ради девушки, которую не знаешь. Чувства, к которой навязаны.
— Мои чувства настоящие, а Эмма замечательная девушка. Я намерен ухаживать за ней, как она того заслуживает, и сделать ей предложение. Мне бы не хотелось отказываться от семьи. Уверен, если и вы от меня не откажетесь и попытаетесь узнать Эмму, поймёте, почему я выбрал её.
— Я тебя услышал, сын. И разочарован.
Сеанс связи завершился. Слова отца звенели в мыслях, пока я шёл в гостиную, и затихли, стоило увидеть Эмму. Она прервала разговор с братом, сразу поднялась с дивана и направилась ко мне. Серебряные глаза смотрели с участием, словно она ощущала моё состояние. В окне за её спиной сияло закатное небо, пересечённое гранями самоцветного купола.
— Ты в порядке? — спросила Эмма, сжимая пальцами моё запястье.
— Буду в порядке. Скоро.
Ведь совсем скоро мы обретём свободу.
Глава 42
— Юлиан, рад новой встрече, — поприветствовал я поднявшегося с кресла брата Эммы и протянул ему руку.
— И я рад, принц Стеллар… то есть Скай, — усмехнулся он, сжимая мою ладонь.
Интересно, как долго меня будут называть принцем после моего ухода из алмазного дома?
— Ужин готов, — объявил Леон, входя в гостиную. — Можно садиться за стол.
Мы прошли на кухню, и здесь начался настоящий семейный ужин. Я давно не бывал на таком, чтобы без мельтешения слуг, при присутствии всех членов семьи, с шутками, смехом и тёплыми разговорами.
Отец посвятил всего себя спасению расы и устройству алмазных драконов на новом месте. Сначала поиски решений, потом строительство ковчегов и перемещение в новый мир, следом строительство Адамантии. Мама тоже большей частью находилась рядом с ним, но пыталась присутствовать и в жизнях детей. Брат готовился стать преемником отца, крутился вокруг него, усердно постигал науку. Сестра старалась быть на подхвате. Поэтому нам редко удавалось собраться. А там мне пришлось покинуть ставшие родными стены алмазного замка, и здесь мне пришлось взрослеть самостоятельно, без участия отца и матери. И в какой-то момент академия стала моим домом, а друзья — семьёй.
В семье Эммы на первый взгляд не было таких проблем. Леон и Илона рассказывали о детстве своих детей. Юлиан поддерживал разговор. Эмма сконфуженно улыбалась, но я чувствовал, общение не помогает ей вспомнить, наоборот, усиливает её неприятие. Потому она и пыталась пробиться в воспоминания с помощью тренировок.
Мы завершили с супом и мясом, перешли к торту, и тогда Эмма тоже решила перейти к сложным вопросам.
— Скажите, я подвергалась домогательствам или насилию? — спросила она прямо.
Раздался звон, когда Илона выронила ложку на тарелку с недоеденным куском торта.
— Что? Что ты такое говоришь? И почему так решила? — пролепетала она несчастным голосом.
— Эмма временами видит моменты из прошлого. И в них был намёк на насилие, — пояснил я.
Она говорила, что отомстила своему обидчику. Может, была в бегах, скрывалась за убийство?
— Нет, ничего такого, — покачал головой Леон. — Но… мы не знаем, что с тобой происходило последние два года. Ты оставила записку и ушла из дома, ничего не объяснив. Мы опасались худшего, искали тебя и нашли только сейчас.
— Выходит, за эти два года тебя… — Илона прикрыла рот рукой.
Пальцы её задрожали, из глаз брызнули слёзы.
— Значит, вы не знаете, — Эмма опустила потускневший взгляд к тарелке.
— Пожалуй, на этом закончим вечер. Спасибо за ужин, Илона, — я поднялся из-за стола и приблизился к Эмме. — Идём?
— Да, идём, Скай, — кивнула она, судорожно вцепившись в мою протянутую руку.
— Нам очень жаль, Амалия! — Илона подскочила со своего места. — Это наша вина. Мы не уследили.
— Не уходи, — растерянно попросил Юлиан.
— Пусть идёт. Видите же, ей сложно, — Леон смерил жену и сына строгим взглядом. — Мы будем ждать твоего возвращения, дочка.
— Спасибо, — прошелестела Эмма.
Мы неловко попрощались и покинули квартиру семьи Кроули. Весь путь до кареты Эмма молчала. Мне оставалось лишь держать её за руку и ждать, когда она соберётся с мыслями.
— В академию? — предположил я.
— А как же свидание? — вскинулась она.
— Я думал, ты хочешь побыть одна.
— Наоборот, с тобой спокойно, Скай. Не хочу расставаться.
— И мне с тобой хорошо, — улыбнулся я, обнимая её за плечи, и потянул носом пьянящий аромат грозы у её макушки.
Мы поехали в центр и там долго гуляли, а когда ужин в желудках немного улёгся, засели в кафе, где поели сладкое. И потом снова гуляли, болтали обо всём на свете, держались за руки, улыбались и смеялись, как самая обычная парочка. Но реальность временами стремилась
