Академия контролируемой магии - Ольга Арунд
Ее громовой голос разнесся, казалось, на все общежитие, и половина моих соседок вжали головы в плечи. Фух, успела! Какое счастье, что все корпуса академии соединялись переходами, позволяющими месяцами не бывать на улице. Зима в Унаше, столице Оришана, случалась очень суровой.
– Конечно, куратор Гронберг! – Отдышавшись за несколько спокойных шагов, я приблизилась к ней. – Я как раз спешу к себе, чтобы вас не задерживать.
Спина сразу зачесалась от неприязненных взглядов соседок. Подумали, что выслуживаюсь? Да и ладно. Будет гораздо хуже, когда они узнают, что именно произошло в столовой с их любимым Рикардом. Потому что высокий, темноволосый, голубоглазый и слишком хорошо сложенный боевик хоть и предостерегал одним своим видом, но мечтать не запрещал. Чем эти дурехи и занимались, грезя то о нем, то об опальных близнецах Делабергах, которые, на секундочку, вовсе племянники императора.
– Договоришься ты когда-нибудь, Грасс, – прищурилась куратор, в отличие от остальных прекрасно определяя степень моего ехидства.
Курса так с третьего наше негласное противостояние «Я тебя поймаю! – Попробуйте докажите!» перешло на гораздо более качественный уровень.
Очаровательной улыбке она тоже не поверила, но я уже скрылась за собственной дверью, примерно рассчитав, что ближайший час ей будет не до меня. Как раз хватит времени, чтобы доделать магическое право – жутко нудный предмет, который я стараюсь учить в первую очередь. Жаль, что не всегда получается.
Тяжелый вздох, открытая тетрадь и обреченная тоска. Но страдания сдать предмет все равно не помогут, поэтому я взяла в руки карандаш, заставляя себя окунуться в чистой воды бумагомарательство.
По ощущениям прошло гораздо больше часа, когда я с облегченным вздохом вытянулась на стуле. Специальность «Документоведение» никогда не являлась пределом моих мечтаний, но смерть родителей не оставила и шанса на то, чтобы выбрать что-то по душе. Хотя всегда оставался вариант выйти замуж.
Оставался бы, если бы не представлялся мне еще худшим, чем настоящий, когда я целиком и полностью находилась во власти опекуна. И не только я. Поместье, где мы жили с родителями. Доступ ко всем родительским сбережениям. И ценнейшая библиотека, за каждой книгой из которой мои родители гонялись с упорством боевиков, преследующих стихийников.
Наверное, гонялись.
Потому что все, что мне известно о Стефании и Нерии Грасс, помещалось в паре брошенных Присли презрительных фраз, единственном портрете и в мамином кулоне.
Поэтому мой вариант мне нравился больше. Воспользовавшись безразличием Присли, я сама выбрала и Академию контролируемой магии, и самую скучную специальность в ней. А потом с тщательно скрытым наслаждением наблюдала, как перекосило опекуна, когда он осознал размер подстроенной пакости. Спасибо императору за особые привилегии! Потому что не знаю, зачем в канцелярию шли остальные, но лично я душу бы продала за одно только право распоряжаться своим наследством, невзирая на опекунство и несовершеннолетний возраст.
Несовершеннолетний! Боги, ну кто решил, что до двадцати пяти у магов нет ни ума, ни способности им распоряжаться?
И может, оставшиеся мне два года так бы не пугали, если бы не уверенность, что за это время Присли не только найдет мне мужа, под стать своей продажной натуре, но и высосет все мое наследство. Высосал бы, но теперь у меня есть слово князя Эвилонберга и гарантированная возможность получить место при императорском дворе.
А это значит столько, что страшно даже представить.
– Вот я и до тебя добралась, Грасс. – Куратор никогда не стучалась. – Призна́емся сразу или по старинке?
– Куратор Гронберг, – с улыбкой встав, я привычно зашла ей за спину, – вы же знаете, я таким не балуюсь.
– Значит, по старинке, – заключила она с наигранным вздохом и активировала один из накопителей.
Мгновенно создав заклинание, схему которого я видела словно вживую, куратор сбросила его с пальцев в центр комнаты и стала ждать. Не успокоится она, пока не исследует каждый миллиметр моего жилья!
Все еще верит, что у меня под кроватью целый склад запрещенки? Между прочим, те два выговора, которые подпортили мое дело, я получила исключительно из-за длинного языка. И кому, как не ей, об этом знать, учитывая, что оба раза я сцепилась именно с куратором Гронберг!
А заклинание тем временем продолжало разворачиваться, покрывая стену, пол и каждый предмет мебели искрящимся золотым узором. Красиво. И опасно, для меня так точно, ведь об уникальности этой своей способности я узнала еще до академии. Тогда, когда смогла вскрыть кабинет Присли, просто потянув за разноцветную ниточку в оплетающем двери его кабинета узоре.
Не став мешать, я вышла в коридор и забралась на подоконник, легкомысленно болтая ногами.
Подумать только, взять и встретить вот так, между делом, самого советника императора и к тому же его дядю – это просто… невероятно это до такой степени, что мозг все еще не верит. И сдержаться бы, но как, если впервые за много лет внутри фейерверк, который то и дело пытается вырваться наружу?
Вот только…
Краем глаза заметив движение, я резко перевела взгляд на собственную руку. Радость погасла, словно ее и не было, а глаза до рези всматривались в тонкую кожу на запястье. Мгновение, другое – ничего. Казалось, что ничего, потому что в тот самый момент, когда привычные уже ледяные когти страха стали отпускать, по коже проскочила искра.
Огненная.
Темная.
Убийственная.
Сцепив зубы, я без резких движений накрыла запястье другой рукой. И прикрыла глаза, выдохнув и начав дышать по счету.
Все хорошо, никто ничего не заметил. Все прекрасно, меня не упекут ни в Гвинбор, ни в Академию неконтролируемой магии. Все в порядке, меня не отчислят и не отдадут императорским Ищейкам.
Открывала глаза с обреченностью, но нет, в очередной раз помогло. Моя в перспективе казнь снова отсрочилась на неопределенный срок. И пожалуй, это самое большое мое везение – непонятно откуда взявшийся во мне стихийный огонь пока слушался, поддаваясь на уговоры, но…
Но все двенадцать лет, которые прошли с последней нашей войны с плотоядными горными тварями, боевые маги занимались только одним – они уничтожали слетевших с катушек стихийных магов. Тех, которые не справлялись с собственной бесконтрольной силой. Тех, которые истребляли вокруг себя все живое. Тех, из-за кого не прекращался вечный недобор в рядах императорских боевиков.
Тех, одной из которых скоро могу стать я.
Почувствовав чей-то настойчивый взгляд, я повернула голову – две третьекурсницы, встретившись со мной глазами, демонстративно задрали носы и скрылись в комнате. Надо впечатлиться? Если они узнали про столовую и так выражают свое недовольство
