Разрушенная для дракона - Кристина Юрьевна Юраш
— Твоя… — прошептала я. И это слово было наслаждением.
Я думала, что потеряю что-то важное. Но нет. Я не разучилась плакать, сочувствовать. И сейчас, когда мы стояли в обнимку, мне было жаль старого короля. До слез.
— Так, одну минуту, — послышался голос принца. Он отстранил меня, а сам вытащил наполовину книгу, открывая тайный проход. — Я все время забываю…
Я вспомнила мертвое тело в углу. Но сейчас я не боялась мертвой и заглянула с любопытством.
— Кто она? — спросила я, видя, как он дохнул на ее тело огнем.
— Горничная Шубальт. Может, ты слышала о такой? — усмехнулся голос. Он что-то взял со стола, пока в углу тело сгорало дотла.
— Вот, — произнес принц.
Это был какой-то список, на котором сохранились капли засохшей крови.
— Агнес Финнич, — прочитала я. — Четырнадцать лет. Пять золотых. Блондинка. Квартал Портных. Помощница в трактире. Молли Виллер. Десять золотых. Шатенка, но прехорошенькая. На углу рыбацкого квартала. Дом с голубой крышей. Мать — вдова. Компаньонка для одной леди.
— Это что такое? — спросила я, видя имена девочек.
— Это живой товар. Эта мадам, — послышался голос за моей спиной. — Выкупала девочек из бедных семей, торговалась и договаривалась, пока ее хозяйка продавала их на балах аристократам для утех. Все девочки из этого списка уже мертвы.
Я смотрела на тело, которое превратилось в пепел.
— Надеюсь, мадам ты тоже убил, — произнесла я, глядя на свои дрожащие пальцы.
— Обижаешь, — послышался голос за моей спиной.
— Можно нескромный вопрос, — сглотнула я. — Как тебя зовут?
— Что? — я почувствовала, как его руки сжали меня еще крепче. — Ты не знаешь, как зовут принца?
— Я немного далека от политики, — прошептала я, понимая всю неловкость момента.
— Каэль. Это сокращенное имя от драконьего. Драконье имя ты с первого раза не выговоришь, — послышался смех. — Каэльнейдрейгаар.
Вот оно что! Я-то помню, что там имя ого-го… И как бы знала, что это имя принца, но как бы не читала его. Оно было для меня как символ. Ага, мол, это принц!
— Так, еще разочек и по буквам! — прошептала я, пытаясь прикинуть, хватит ли у меня речевого аппарата, чтобы это все изобразить.
— Зачем? — послышался голос Каэля.
— А вдруг ты захочешь, чтобы я шептала его в постели? — вздохнула я.
— Это было бы очень жестоко по отношению к тебе. Я не настолько жесток, поверь…
Я получила развод. Сирил Уитмор его подписал. И через месяц после коронации Каэля я стала его женой.
Сирил Уитмор был заключен под стражу. Ровно на тот срок, сколько длился наш с ним брак. И каждый день за малейшую провинность надзиратель бьет его по руке моей туфелькой. А потом заставляет засунуть распухшую руку в перчатку.
И я не стану вмешиваться. Меня просто греет эта мысль.
Все королевство, затаив дыхание, ждет появления на свет наследника. Я предполагаю, что это тот бал, когда я шепнула мужу во время танца, что я мокрая… Ну или та ночь, когда я вредничала и меня кормили десертом с пальцев. Как бы тут два варианта… Но я могу и ошибаться.
Теперь я учусь призывать дар и контролировать его. Потому что знаю. От него зависит не только моя жизнь. Но и жизнь… боже мой… сейчас-сейчас… У меня где-то записано… Впрочем, бумажку я где-то посеяла.
Редкий дар, как видите, не всегда идет рука об руку с идеальной памятью.
