Няня для крылатого - Алиса Калинина
Жаль только, что не со мной она будет. Опять мучительно сжалось сердце. Моя девочка…
Она стояла спиной ко мне и так увлеклась наблюдением за влюбленной парочкой, что даже не слышала топота копыт за воротами. И немудрено. Гард с Дарой приковали ее внимание своим «разговором» – нежно порыкивали, пускали пар из ноздрей, издавали какие-то трубные звуки.
И тут я понял, что Элина не просто залипла на них взглядом. Очевидно, она всерьез подумывала о звероведении.
Ну вот и все. Она поедет учиться, а я в изгнание с двумя драконами.
Но сейчас-то я еще здесь! Поэтому поддался соблазну и вспомнил беззаботное детство. Осторожно подкрался сзади и закрыл ей глаза ладонями.
– Ой! – пискнула она и замерла.
Я не убирал руки и боролся с отчаянным желанием прижаться к ней крепче. Но позволил себе лишь удовольствие невесомо коснуться губами ее волос, вдохнуть невероятно манящий запах – какой-то свежий, как лес после дождя.
– Мерр Ардан? – едва прошептала она, словно отчаянно боясь ошибиться.
– Ардан, – подтвердил я. – А как ты догадалась?
– По запаху, – смущенно потупилась она. – И кроме вас, здесь быть больше некому. Только Алиси с семейством могли бы пройти сюда сквозь защииту. Но я бы услышала.
Я залюбовался ею. Неяркий румянец выступил на щеках. От растерянности она облизнула губы, а меня словно прошило своими же молниями. Я сглотнул комок, мешавший мне заговорить и очередной раз понял, что когда-нибудь просто не смогу сдержаться. Вдох и медленный выдох. И еще надо сделать это незаметно, чтоб не смущать ее дальше.
– Закрой глаза …, – заговорщическим шепотом приказал я.
– И открой рот? – Элина хихикнула. – А вы туда жука положите?
– На тебя плохо влияет общение с малышней. У меня подарок. И я хочу, чтоб он был прямо подарок – подарок.
Элина послушно закрыла глаза.
– Открой ладошки.
С замирающим сердцем я положил документ на доверчиво протянутые руки. Элина вздрогнула, словно бумага была раскаленной. Провела пальчиком сверху. Открыв глаза, она изумлено уставилась на документ. Погладила его, поднесла к губам и застыла.
– Это ведь моя свобода? – дрогнувшим голосом проговорила она.
– Да, – подтвердил я.
Девчушка еще шире распахнула глаза и, словно не веря им, вперила взгляд в витиеватые строчки. Слезы навернулись на глаза, и она растерянно заморгала ресницами.
– Но этого не может быть! Как? – она словно выдыхала рваные фразы, не зная, как реагировать. – Откуда?
– Элина, нет на свете невозможного, – усмехнулся я, откровенно смакуя ее восхитительную реакцию.
– Но как? – снова повторила она, раскрыв глаза.
Смущенный, растерянный и совершенно счастливый взгляд был дороже тысячи восторженных взвизгов, которыми Линара встречала очередную безделушку.
– Ардан…, я не знаю… я так благодарна, – губы ее кривились от желания расплакаться, а в глазах уже стояли слезы. Она поднялась на носочки и дотянулась до моей щеки невинным, трогательным поцелуем.
Святые духи! Что со мной творится?! Этот поцелуй, чистый и какой-то детский я не променял бы ни одну на самую жаркую ночь с кем-то другим. Понимая, что не должен этого делать, что не имею права, я не удержался и обнял свою девочку. Сердце гулко стукнуло, выбросив порцию горячей крови, обжигающей и будоражащей.
– Эль, прости и не попадайся мне так близко, – прорычал я и снова впился в ее губы, не заботясь, что нас может увидеть стража и дворовая прислуга. Я подчинился своему греховному желанию, потому что не чувствовал сопротивления.
Еще один, один раз. Запомнить.
И Элина поддается. Она все понимает и тоже принимает этот запретный поцелуй. От этого восхитительного единения голова чуть не шла кругом. Сладкий миг счастья. Углубив поцелуй, словно желая выпить ее до дна, вобрать в себя, я наслаждался и словно запечатывал на память эти восхитительные мгновения.
– Эль, – выровняв дыхание, я отстранился. – Я понимаю, что не должен. Но ты рушишь правила, и я этому рад. С тобой я становлюсь другим. Ты как глоток воздуха.
Девушка уткнулась лицом в мою грудь.
– Ардан, не нужно ничего объяснять. Я знаю, что вы себе не позволите большего, и я вам благодарна за все. И за эти поцелуи. Я их запомню.
В голове у меня словно вспыхнула молния, разнося в щепки рассудок. Я понял, что не могу отказаться от этой девушки. Это выше моих сил. Неистово прижал ее к себе, лаская губами волосы, спускаясь на обнаженную шею. Элина коротко всхлипнула и немного отстранившись, посмотрела мне в глаза. В них читалось согласие.
Словно обезумевший, я подхватил ее на руки и понес в спальню.
– Ты можешь сказать «нет» и я все пойму. – Эта фраза – последнее, что оставалось во мне от рыцаря и порядочного человека. Умом я понимал, что не имею права привязывать девочку к себе. Ведь первый мужчина навсегда западает в душу, с ним всегда будет сравнивать других. Да, я честно пытался сказать себе, что она слишком молода и ничего не видела, что стоит ей попасть в благополучное окружение, и она может пожалеть, что связалась со мной. Но физическое и духовное влечение смяло эти рассуждения, как использованную салфетку.
Я поступил, как одержимый страстью лесной сатир – воспользовался неискушенностью девочки. Уронив ее на себя и озвучив свои нескромные желания, я замер, обжигая ее своей страстью. Не зря говорят, что у влюбленных в момент близости аура одна. Одна энергетическая оболочка, которая заставляет забыть о границах своего тела, потерять связь с окружающим миром, наслаждаясь единением.
Мгновения, за которые Элина переваривала мой порыв, казались мучительными часами на раскаленной сковороде. С жадностью голодающего я ловил взглядом испуганный трепет ее ресниц, вспыхнувший румянец. С трудом давил порыв впиться в изумленно приоткрытые губы. «Ну же, Элина!» – рвалось из меня, но я ждал.
– Мне не нужны другие. И я не боюсь того, что у вас проблемы, – твердо ответила она и тут же смущенно опустила ресницы.
Мгновенно я подмял ее под себя, нависая сверху и плавясь от блаженства. Вот оно! Мое запретное, казавшееся несбыточным счастье. Отпустив тормоза, я впился в ее губы. Мгновенно тело откликнулось мучительно – сладким спазмом в области паха. Только не торопиться! Не причинить
