Альфа для видящей Тьму. Сделка на жизнь - Нинель Верон
Его слова обрушились на меня, словно удар. Они должны были принести облегчение, но прозвучали как издевательство.
«Невозможно остановить».
Значит, все наши ошибки привели к этому... Мы открыли им дорогу.
Чувство вины сдавило горло, стало трудно дышать.
Комната. Одна на двоих. Но разве мы могли отдохнуть, просто лечь и уснуть, зная, что за стенами копятся силы тьмы, готовясь прорваться в мир по нашей вине?
Внезапно рядом с нами появилась самая старшая ведьма. На вид ей было не больше тридцати пяти лет, но, заглянув в ее глаза, я ахнула… В их глубине клубилась настолько древняя магия, что я отшатнулась в изумлении. Взгляд, холодный, черный, как потусторонний мрак, пронзил меня насквозь.
Сердце затрепыхалось, как пойманная птица в клетке. Страх мгновенно сковал тело, не позволяя пошевелиться.
— Следуйте за мной! — недовольно фыркнула ведьма, ее голос звучал резко, как удар хлыста. — Ведьма… Видящая… стала истинной парой Альфы… Неслыханно! Верховная Мать будет недовольна…
— Я все слышу, — сразу осадила ее, несмотря на старшинство, — и как-нибудь сама решу свою судьбу!
Едва мы сделали несколько шагов, коридор снова вытолкнул нас к нужному месту.
— Глупая Видящая… Ты еще не осознала, что твоя судьба уже решена. И даже гнев Верховной Матери не сможет ее изменить. Вот ваша комната… — Ведьма взмахнула рукой, открывая двери, и обернулась. — Советую закрепить вашу связь, Альфа! Иначе вы не справитесь…
Ее предсказание повисло в воздухе, замерцало и осело на мою кожу.
Вся ярость, весь ужас, унижение, испытанное за последние часы, переплавились в одно неоспоримое чувство — безумную, всепоглощающую усталость. Она пробирала до самых костей.
Даже голод отступил… Осталось лишь желание поспать. Не раздумывая кивнула, потому что в этот момент больше всего на свете хотела уйти от этих хищников и ведьм, что шептали проклятия.
Пусть даже одна из них стала нашим проводником.
Я хотела остаться наедине с моим Маршалом.
Пришло время выяснить с ним отношения…
Глава 35
Мы остались наедине с Маршалом в комнате, которую нам выделили для отдыха.
Шаги ведьмы быстро стихли за дверями.
Между мной и Маршалом повисло напряжение. Я чувствовала, как оно становится почти осязаемым, усиливаясь с каждым мгновением.
— Сколько дней прошло, как они меня похитили? — вдруг спросила я, пытаясь собрать мысли в кучу. Голова кружилась, а в памяти всплывали обрывки воспоминаний. — Неделя, две?
— Что? Нет, двое суток! — ответил Максим, глядя на меня с удивлением, словно я сказала невероятную глупость. — Временная линия нашего мира синхронна с Хранилищем. Мы вернулись через него, поэтому попали в ту же временную линию. Единственное, переход между Хранилищем и цитаделью несколько затянулся… И то, из-за вмешательства ведьм. Они прорвались в наш портал и перетянули выход в цитадель, поэтому мы потеряли несколько часов. За это время вурдалаки прорвались в Хранилище. Украли атрибуты власти…
Меня словно ледяной водой окатило. Я замерла, не веря своим ушам.
— Что?! — выдохнула я, чувствуя, как внутри все закипает от гнева и возмущения. — Это время показалось мне вечностью! Вечностью мучений, боли и отчаяния!
А потом меня резко накрыло безразличие.
Какое ему дело до этого?
Сколько меня мучили, где я была…
Все это было неважно. Он был виной случившемуся. Он и только он.
Мы оказались в крошечной келье. Стены здесь были выкрашены в приглушенный зеленый цвет, создавая ложное ощущение умиротворения. Посередине комнаты стояли две узкие кровати с жесткими матрасами, покрытыми тонкими одеялами. В углу находился небольшой санузел с маленькой душевой кабинкой, огражденный лишь высокой серой ширмой.
Изучая обстановку, я вдруг осознала…
Я видела.
Видела глазами, в облике человека.
— Я вижу. Смотрю глазами и все вижу, — прошептала потрясенно. — Значит, та книга не обманула…
Прижав руку к груди, почувствовала, как пульсирует магический артефакт.
— Что за амулет? — спросил Маршал, внезапно оказавшись прямо передо мной.
— Мне подарила его странная книга в Хранилище, — пробормотала я, вытаскивая из-под плаща золотую цепочку, на которой висел ярко светящийся амулет. — Сказала, что он даст мне возможность видеть в облике человека…
— А если его снять? — как-то странно уточнил Максим.
— Зрение пропадет… — Я поняла, что сболтнула лишнего. — Ладно, нужно пойти ополоснуться и хоть немного поспать.
Пока я мылась за темной стеклянной перегородкой, было слышно, как капли воды разбиваются о кафель. Я отчаянно желала избавиться от грязи, что налипла на меня после долгих дней. Вода была едва теплой, но я терла себя мочалкой с такой силой, что кожа стала саднить. На бедрах остались красные царапины, напоминающие о моей спешке.
На одном крючке у душевой кабинки висело полотенце, на другом — мягкий махровый халат. На полу ждали теплые тапочки. На раковине лежала аккуратная стопка свежего нижнего белья, рядом с ней — стопка одежды. Я увидела защитный костюм, также на полу стояли черные ботинки моего размера. Надела только нижнее белье, сверху накинула махровый халат и туго завязала пояс, а одежду и ботинки взяла с собой.
Выйдя из душевой, я повесила одежду на стул рядом с кроватью. Полотенцем вытерла влажные волосы, затем расчесала их, наслаждаясь ощущением чистоты. Закутавшись в халат, присела на кровать. Все это время я ощущала на себе взгляд Максима, сидящего напротив. Он неотрывно смотрел на меня, его глаза были абсолютно непроницаемыми.
— Что тебе надо? — спросила я, стараясь скрыть раздражение в голосе.
Он не ответил. В комнате повисла напряженная тишина, нарушаемая лишь звуком падающих капель.
На небольшом столике между кроватями стоял поднос с едой и графин с водой. Я налила воду в стакан, дрожащими руками поднесла его к губам и залпом опустошила. Вода обожгла пересохшее горло, но не утолила всей жажды. Я все еще хотела пить.
Максим сидел на кровати, молча сверля меня взглядом, словно пытаясь проникнуть в самые глубины моей души. Его присутствие давило, но я не могла понять, чего он хочет. Глаза Маршала, обычно холодные и безразличные, теперь казались темными омутами, в которых я могла утонуть.
Но голод был сильнее. Я накинулась на поднос с такой яростью, будто это была последняя еда в моей жизни. Ломтики хлеба, кусочки сыра, фрукты — все исчезло за считанные минуты, а я так и не насытилась. Каждый кусочек напоминал о том, как долго я не ела. Я хотела утолить не только голод, но и боль, что разрывала меня изнутри.
Когда поднос
