Рецепт счастья - Лана Добродар

покалеченная конечность оказалась абсолютно целой, так к тому же я сама явно стала какая-то не такая, какой была. Нет я была, конечно, когда-то такой, но это было лет двадцать назад. Ноги стали стройными, ушёл ненавистный целлюлит, кожа стала упругой и подтянутой, только мои нижние девяносто, по-прежнему оставались, чуть больше этих пресловутых девяносто. Потрогала живот, через больничную сорочку, что по-прежнему оставалась на мне — небольшой, мягкий животик определённо имелся, но этот не тот спасательный круг, что был со мной последние несколько лет. Подняла руки выше, на верхние девяносто — упругая, сочная троечка, вместо обвисших бабкиных сисек. Шея, лицо тоже явно претерпели изменения. Руки — красивые молодые, изящные руки. Волосы — мой натуральный песочный цвет, без единой седой волосинки, мягкие, шелковистые, здоровые. Это что же получается, я вся омолодилась?

Зачесав пятернёй свою шевелюру назад, ещё раз судорожно огляделась, я определённо нахожусь совершенно в незнакомой мне комнате, с совершенно незнакомым мне мужиком, который всё это время смирно сидел в кровати и наблюдал за всеми моими метаниями, не предпринимая, никаких попыток, что-то со мной сделать.

— Ты кто? — задала я один из насущных вопросов, пытаясь задавить в зародыше зарождающуюся внутри меня панику и не дожидаясь ответа, закидала его ещё кучей вопросов. — Я где? Как я сюда попала? Что чёрт возьми вообще происходит?! Как так?! — обвела себя изменившуюся руками.

— Лира, прошу вас успокойтесь. — бархатным баритоном произнёс мужчина несколько слов, которые дали мне понять, что это совершенно точно не наш родной русский язык, но я почему-то с лёгкостью его понимаю. — Сейчас мы вместе во всём разберёмся.

И тут мне как обухом по голове прилетело: вчерашний глюк — «Ты готова отправиться туда?..» «Я расскажу тебе про твой новый дом…» сегодняшний сон — эльфы, ирлинги, оборотни, драконы… Драконы, мать твою! — Ещё раз посмотрела на мужчину со змеиными глазами, вспомнив, как совсем недавно, на его щеках проявлялась чешуя. — Да ну нет. Да ну не может же такого быть. Дичь какая-то. Я точно кукухой поехала. — Нервно хихикнув, начала заваливаться и только на краю сознания успела заметить резкое, смазанное движение и то, как меня успели подхватить сильные мужские руки, у самого пола.

Глава 3

Лиза Никитина (её омолодившаяся версия)

Пришла в себя резко, словно кто-то вытолкнул меня из забытья. Но глаза ткрывала медленно в надежде, что всё что со мной случилось, это всего лишь плод моего разыгравшегося воображения и сейчас я увижу светлые стены своей палаты, а над моим бренным тельцем будут корпеть наши родненькие российские врачи. Надежда она же живучая, умирает последней, даже тогда, когда её и нет этой самой надежды. Но моя Надюха оказалась не очень-то жизнеспособной, склеила ласты сразу, как только я разомкнула очи и поняла, что нахожусь всё в той же незнакомой комнате, лежу всё на той же кровати, на которой я совсем недавно самозабвенно обжималась с совершенно незнакомым мужиком. А вот, собственно, и он, туточки, никудашеньки не делся, сидит рядышком скромненько на стуле, ну теперь он хотя бы одет.

— М-м-м-м-ы-ы-ы-ы.…! — закатив глаза выдала, что-то не членораздельное и смачно выругалась, заглушая брань собственными ладонями, которыми закрыла лицо, ибо цензурных слов от осознания всей степени попадалова у меня не осталось. — Это всё-таки случилось. По-настоящему. Твою же мать! Как так-то?! Это всё был не глюк...! …! — не стесняясь выражений выплёскивала свои эмоции и негодование. — И ведь сама,.. сама на всё согласилась! Даа, Лиза такое могло произойти, только с тобой.

Когда мой словесный понос иссяк, сделав несколько глубоких вздохов, я всё-таки убрала ладони от лица, открыла глаза и встретилась взглядом со случайным свидетелем моей истерики, который всё это время терпеливо сидел и ждал, когда я наконец-то закончу. Даже немного стыдно стало, свалилась на него, как снег на голову, облапала, грохнулась в обморок, теперь ещё и истерику закатила. Мужчина же сидел абсолютно спокоен, словно его это совершенно не трогает и вообще ни чего экстраординарного не произошло.

Сейчас у меня была превосходная возможность рассмотреть его повнимательнее и моё первоначальное впечатление о нём ни сколечко меня не обмануло, первый увиденный мною представитель этого мира был чертовски хорош собой. Но это не была кричащая, бросающаяся в глаза красота, его привлекательность была такой же спокойной и сдержанной, как и он сам. При виде его не захватывало дух, и сердечко не начинало трепыхаться пойманной птичкой, не было этих пресловутых бабочек в животе. Наблюдая за ним, я испытывала лишь тихое восхищение и желание бесконечно наслаждаться созерцанием гармонии безупречной внешности этого мужчины. Его атлетическая фигура ощущалась уверенно и гармонично даже сквозь одежду — очевидно, что он не пренебрегает физическими нагрузками. Тем не менее, это не был образ огромного и неуклюжего бодибилдера с чрезмерно выраженными мышцами. Всё выглядело ровно настолько, насколько необходимо для аккуратности и привлекательности. Взгляд задерживался на чётких очертаниях мягких губ, слегка сжатых сейчас в задумчивости, утончённом профиле носа с едва заметной горбинкой, выразительных скулах, придающих лицу благородный овал. Длинные волосы пепельно-русого оттенка мягко струились вдоль спины, создавая приятный беспорядок. Тёмные брови с изящным изломом говорили о сосредоточенности, а главным объектом моего внимания стали именно глаза...

Теперь они приобрели глубокий оттенок серо-голубого, будто мрачные облака надвигающейся бури, с обычным человеческим зрачком. Но я совершенно точно помню его змеиные глаза, света расплавленного золота.

Пока я бесцеремонно разглядывала мужчину, он не оставался в долгу, его спокойный внимательный взгляд, мягко скользил, по моему лицу, волосам, плечам, легко скользнул на мерно вздымающуюся высокую грудь и ниже, ниже, до кончиков пальцев ног. Он словно ласкал меня своим взглядом, вызывая лёгкую дрожь внутри, но сам при этом оставался предельно спокойным, не один мускул не дрогнул на его красивом лице и этот факт неприятно так кольнул разочарованием — неужели я его совершенно не волную и не привлекаю как женщина?

На мгновение наши взгляды пересеклись и его губы дрогнули в лёгкой полуулыбке, словно насмешка "на что ты рассчитывала наивная?" Я поспешила отвести взгляд, что бы он не успел разглядеть моего смятения и начала разглядывать обстановку вокруг.

А смотреть то особо и не на что. Всё было скромно, просто, я бы даже сказала аскетично. Вся комната была в серо-коричневых тонах, из мебели здесь была одна простая не широкая кровать, прикроватная тумба, шифоньер, стол и стул, на единственном окне висели простые шторы цвета кофе с молоком и лёгкий шифоновый тюль. Вот