Ожившая невеста некроманта - Элиза Маар
На новом месте, где будет проходить сегодняшняя практика, собрались почти все. Не было только магистра, а ведь он приходил всегда один из первых и как ястреб встречал прибывающих.
— Привет, — я плюхнулась на землю рядом с Лиамом, который грыз яблоко.
— Привет. Ты в порядке?
— Нет. Чувствую себя как поднятое умертвие. А как у тебя дела?
— Бывало и лучше.
— Что-то случилось?
— Да не сказал бы. Просто моя сводная сестра та еще заноза в заднице. Мозг весь вынесла.
— У тебя есть сестра? — Он никогда о ней не говорил, хотя мы уже как-то разговорили о семьях.
— Сводная, — выделил он. — Мы хоть и видимся раз в неделю, но всю кровь уже выпила.
Пришлось закончить разговор, потому что пришел магистр, чьи шаги и чью магию я услышала до того, как увидела его самого.
— Малакай? — прошептала я. — Какого гуля?
Я встала с земли. На секунду подумала, что брежу, но нет. Вместо нашего магистра-гада, которого мы терпеть не могли, потому что он нас терроризировал, пришел мой жених.
— Почему он тут? — спросил у меня Лиам.
— Если бы я знала.
Я прошла вперед, в группу притихших адептов, и остановилась, когда Малакай встал на небольшой возвышенности, чтобы видеть всех. Его взгляд прошелся по толпе и даже ни на секунду не остановился на мне.
— Доброй ночи, адепты, — заговорил он. — Магистр Фаос, к сожалению, тяжело заболел. Занятия в вашей группе неопределенное время буду вести я и Альма Аделиз. С ней вы увидитесь на следующим занятии.
— Но разве это справедливо⁈ — возмутился один из парней, чье имя я так и не запомнила.
Каюсь, меня не волновали одногруппники, которые либо смотрели на меня со страхом, либо с отвращением.
— Что вы имеете в виду, мистер Матс? — поинтересовался Малакай, опираясь руками на трость.
Не к месту, конечно, но я отметила, какой же он все-таки красивый. Статный, серьезный, такой сексу… Так, стоп.
— Потому что адептка Морган ваша…! — возмущенно начал он, но Малакай его перебил:
— Неважно, кто для меня адептка Морган. Никакого особого отношения к ней не будет.
Я невольно фыркнула, скрестив руки на груди. Да он никогда особо ко мне не относился. Я была для него всего лишь «невестой по договору».
— Ну, конечно, — усомнилась Кассия, одна из трех девочек в моей группе.
— Вам есть что сказать, мисс Кросс?
Он что, всех по именам знает? Вот это память! А ведь даже не вел у нас занятия.
— Да, есть! — она вздернула острый подбородок. — Мало того, что вы открыто заявляете о своих отношениях, так еще и преподавать у нее будете⁉ Это вдвойне несправедливо!
— Ректор Кремберли лично направила меня в вашу группу, это во-первых. Во-вторых, с претензиями в администрацию, но, замечу, вы ничего этим не добьетесь. И, в-третьих, хватит тратить свое и чужое время.
Если до этого дня большая часть моей группы меня терпеть не могла, то теперь, кажется, вся, кроме Лиама, вышла на тропу войны. Убейте меня.
В общежитие я возвращалась уставшая и расстроенная. Малакай чуть ли не вытряс из нас — и особенно из меня — всю душу. Если мои одногруппники думали, что меня ждет какое-то особое отношение, они ошибались, потому что как и на наших индивидуальных занятиях, так и здесь, Малакай не щадил меня.
— Экзекутор гулев, — прошептала я, заползя в комнату.
Чокко, шедший за мной, сразу поспешил к своим запасам, которые прятал в моем шкафу. Я почти дошла до кровати, когда все тело вдруг сковало, словно заморозили магией, и сотни иголок впились в кожу. Я застыла, обездвиженная, и дыхание перехватило от жара, вспыхнувшего в груди.
Не успела я ничего понять и даже напугаться, как голова взорвалась такой болью, будто по ней ударили топором. Перед глазами потемнело, и когда я пришла в себя, едва осознавая, что происходит, обнаружила, что вроде, как лежу на полу. Кто-то — Чокко — чирикал вокруг меня, толкая и тягая за волосы.
Последовала еще одна вспышка жуткой боли, и я закричала, выгибаясь на полу так сильно, что кажется, услышала хруст. А потом просто обмякла, и перед глазами стали вспыхивать одно воспоминание за другим. Все связанные с Малакаем.
Глава 27
Любовь сильнее смерти
***Мэвис***
Я вспомнила все.
Как возненавидела Малакая Блэквуда, когда еще девчонкой узнала, что после совершеннолетия выйду за него замуж. Он был такой холодный, отчужденный, меня едва ли замечал.
Я всегда была импульсивной, горячей на голову и неосторожной, и в тот день случайно натравила на него папиного духа-хранителя. В тот же день выяснилось, что наш эфир идеально подходит друг другу.
И за это я тоже его возненавидела. Ведь из-за того, что жадный женоненавистник хотел лишить нас с сестрой магии, мы и угодили в такую ловушку. Тогда моя магия обещала достаться проклятому жениху.
В которого я все-таки без памяти влюбилась. Медленно, шаг за шагом. И поняла я это в тот день, когда Малакай завязал разговор о том, что я буду жить так, как хочу, и что мою магию он не тронет. Ни унции.
Ему просто была нужна связь со спиристом, с которым у него бы совпали магические потоки. Отец и Люциус мне это уже объясняли не раз, но я не верила и таила на всех обиду. После разговора с Малакаем успокоилась, приняла ситуацию и начала бороться со своими чувствами к нему, потому что он-то меня не любил.
Я была для него надоедливой младшей сестрой — он сам мне об этом не раз напоминал.
Поэтому я скрывала, пыталась с корнями выдрать свои чувства к нему, пыталась снова возненавидеть. И у меня это почти получилось, но со мной связалась его бывшая любовница Кэтрин, заявившая о том, что я им обоим испортила жизнь. Что он любит ее и хочет быть с ней, а я мешаю.
На самом деле это было не так.
Она действовала за спиной у Малакая, пытаясь разлучить нас, и когда тот узнал, добился в суде, чтобы она и близко не смогла ко мне подойти.
Однако…
Держась за голову, которая просто раскалывалась от боли, я уцепилась и за воспоминание о
