Академия контролируемой магии - Ольга Арунд
Воздушник! Миста оказалась стихийным воздушным магом и, подтверждая, виски взорвало болью, идущей от необученного менталиста. А за ее столом продолжали, хрипя, одна за другой падать девушки, которые больше не могли дышать.
Шаргх! Мне нужно снять это дурацкое заклинание!
«Так сожги его», – отозвалось нечто в моей голове.
Сжечь? Но как…
И тут всю академию накрыло звоном, от которого закладывало уши. Сигнальные заклинания наконец обнаружили стихийный выброс, и сейчас здесь всем станет жарко.
Запаниковали студенты, застучали упавшие стулья, ввергая столовую в бедлам. Хотя его хватало и без этого – Миста зависла наверху, под сводчатым потолком, а ближайшие к ней студентки продолжили терять сознание от удушья.
И безмозглые боевики ринулись в самую гущу событий.
Сжечь, значит?..
На собственный страх и риск, не обращая внимания на крики, топот и панику, я потянулась к пламени, а оно только этого и ждало. Плетение Рика, осевшее на мне яркими зелеными линиями, горело, освободив сначала руки, а потом и всю меня.
Легко? Как же!
Я чувствовала, как огненная стихия тащит меня в самую середину, туда, где Миста неосознанно убивала студентов академии. Пламя уговаривало помочь, подхватить силу вдруг проснувшейся однокурсницы. Напоминало, что огню с такой поддержкой ветра будет не страшен сам Эвилонберг, чего бы он ни хотел.
И запретная фамилия раззадорила, ослабила волю, но…
Ногтями одной руки я впилась в запястье другой. Боль отрезвила, вернула в себя и помогла запереть стихийный дар внутри. Хотя бы попробовать запереть так, чтобы хватило терпения пережить этот ужас.
И именно в этот миг в столовую ворвались преподаватели.
Оллэйстар сразу подхватил совместное плетение Делабергов, не давая ему рассыпаться под гнетом магии Мисты. И заклинание засверкало, заискрилось силой, которую влил в него ректор. Отсекающий Мисту от остальных студентов купол тут же стал материальным.
Араэл и Элион даже не дернулись, когда рядом с ними встал ректор. И, если бы не близнецы, жертв оказалось бы гораздо больше. Именно они первыми поняли, что делать, а следом за ними Рик накрыл всю столовую чем-то сложным, красивым и явно защитным.
Всю. Необъятную. Столовую.
И уже рядом с ним встала профессор Блекхендберг – пожилая, но все еще высокая и подтянутая куратор и декан боевого факультета. Она же вплела свое заклинание в заклинание Рика, и я окончательно потерялась.
Что они делают? Зачем профессор Блекхендберг добавила отражающее плетение к защите, которой Шалинберг накрыл стены? Или… купол Делабергов может не выдержать?
– Нужно уходить.
Додумать мне не дали, кто-то из боевиков подхватил под локоть, подталкивая в сторону дверей. И хорошо, что давка закончилась – я оставалась едва ли не единственной бесполезной студенткой в зале, но уйти вот так просто… Похоже, врала я Оллэйстару, заявляя, что риск – это не мое.
– Куда? – рыкнул было боевик, стоило мне выдернуть локоть, но в это же мгновение нас обоих оглушил звук, похожий на усиленный в сотни раз хлопок лопнувшего пузыря.
К этому моменту в столовой оставались студенты боевого факультета пятых и шестых курсов, Оллэйстар, Блекхендберг, я и проректор, который только-только вошел в двери.
Ударной волной приложило всех и сразу.
Меня откинуло к стене, к счастью, недалеко, а боевика ударило о нее гораздо сильнее. Оелуона подхватило и впечатало в створку двери. Бо́льшая же часть пяти- и шестикурсников осталась лежать на полу без признаков жизни.
Спину жгло, на грудь давило, словно на ней стояла вся академия, и я упала на колени, сдирая кожу ладоней о каменный пол. Дышать становилось все сложнее, но смотреть еще получалось.
Миста стояла уже на полу, улыбаясь дико и в то же время властно. Словно осознала вдруг свою силу и не прочь удивить ею нас. В ее руках, повинуясь движениям ладоней, все расширялась грязно-серая сфера. Вот она захватила полубезумную уже Мисту, вот накрыла бессознательных Делабергов, лежащих там, где до этого они сдерживали стихийницу.
Вот сфера накрыла Оллэйстара… попыталась накрыть, но ректора на мгновение окутало такой тьмой, что я ослепла от непроглядной черноты. А когда открыла глаза, они уже стояли треугольником – Оллэйстар, Рик и профессор Блекхендберг. И давили на Мисту чем-то похожим на повернутый углом вниз треугольник.
Не знаю, что это, но силы там хватило бы на десяток рехнувшихся стихийников… однако Миста лишь смеялась им в ответ. И все расширяла свое нечто.
Помочь? Но чем? Вряд ли мою бывшую сокурсницу свалит сейчас несварение желудка. Вряд ли оно вообще пробьется туда, где правила магия такого порядка.
Но вот Оллэйстар оглядывается, и между бровей у него тревожная складка. То есть что-то идет не так и Миста нас всех здесь передушит? Нет уж! Троица подумала так же. Профессор Блекхендберг сказала что-то, и заклинание изменилось, принимая форму овала.
И Рик пошел вперед, к Мисте, заведя одну руку назад и доставая стааш.
Совсем мозги отбило?!
Забыв про собственное пламя, которое все еще рвалось наружу, лишь слегка приглушенное ударной волной, я чувствовала неправильность происходящего. И дело даже не в боевике, что-то мешало заклинанию Оллэйстара, сдерживало их с профессором Блекхендберг магию и защищало Мисту. И это что-то ощущалось чужой волей, лишней линией, которой в заклинании ректора быть не должно.
Но нет, остановиться и хоть секунду подумать – для боевиков невыполнимая задача! Ведь если ворота не открывают, надо идти на таран, вместо того чтобы взять и обойти! Очень в духе Шалинберга.
Но что все-таки делать?..
Еще мутная, мысль появилась и попыталась пропасть, но… если все сжечь?
Не все, конечно, но ту самую лишнюю нить? Так же, как я выжгла заклинание Рика со своей кожи… и едва не раскрыла себя.
Рианы, ну почему все всегда так сложно!
Поднявшись и пошатнувшись, я схватилась за спинку стула, который устоял во всем этом хаосе. Спина болела, глаза слезились и раскалывалась голова. Последнее, возможно, стараниями Мисты, но я сжала дрожащие пальцы в кулак и отцепилась от стула. Шаг, другой, третий. Пользуясь тем, что ни ректору, ни профессору Блекхендберг не до меня, я встала за ними, практически на место Рика, и только тут привлекла внимание.
– Лиерра, – отрывисто рыкнула Блекхендберг, – какого шаргха?!
– Вам… мешают, – снова переоценила я себя.
Потому что здесь дышать стало невозможно. Короткие вдохи не помогали, хотелось вдохнуть полной грудью, но воздуха не было.
– Кто? – Она сразу вцепилась в меня взглядом, раз уж руки оказались заняты.
– Не… знаю.
В глазах потемнело и, покачнувшись, я едва не рухнула, в последнее мгновение ухватившись за рукав Оллэйстара.
– Чтоб вас! –
