Замуж за врага. Лишняя в его доме - Екатерина Гераскина
Я посмотрела на себя в зеркало. Отдых и эликсиры лекаря действительно сказались на мне. Немного ушла бледность, впалые щёки стали менее острыми. Хотя скулы и правда были высокими — будто ими можно порезаться. Глаза — слегка раскосые — стали ещё более янтарными. Веснушки побледнели.
А потом, сразу после завтрака, Герда сказала, что меня ожидает Кайден в кабинете.
Я постучала и вошла в кабинет Кайдена. Он стоял у большого стола, просматривая стопку бумаг, с привычно хмурым, собранным лицом. Услышав шаги, обернулся на звук.
— Леди Айсхарн, вы вовремя, — коротко сказал он, жестом указывая мне подойти ближе. Его тон был ровным, спокойным.
Только я открыла рот, чтобы что-то спросить, как он слегка качнул головой — мол, потом.
— Учитель уже прибыл, — сказал Кайден. — И ждёт.
Я непонимающе моргнула. Он молча указал за мою спину.
Я повернулась… И с удивлением уставилась на еще одну открытую дверь, подошла ближе и заглянула туда.
В небольшой комнате отдыха, в которую можно попасть только через кабинет Кайдена, на низком кожаном диване сидел старик.
Седые взъерошенные волосы торчали во все стороны, будто он только что проснулся. Борода — густая, спутанная, с несколькими серебряными кольцами на прядях. Лицо было все испещрено морщинами, особенно лоб. Тот поджимал губы, крутил носком сапога и что-то писал в потрёпанном блокноте. Свободная белоснежная рубаха, вышитая серебряными нитями, была не заправлена в брюки. Он был худощавым, но жилистым. От него пахло чернилами и лекарственными травами.
Старик, завидев меня, вскинул густые седые брови и возмущённо ткнул пальцем в сторону Кайдена, который слегка подтолкнул меня в поясницу и мне пришлось зайти и встать напротив учителя.
На мои плечи легли руки мужа. Я закаменела. Кайден чуть сильнее сжал пальцы, и я поняла, что он просит меня расслабиться. Только вот первая реакция учителя меня испугала.
— Это что ещё такое?! — выдал старик первое, едва на меня взглянув.
— Это ваш ученик, учитель, — ровно произнёс Кайден.
— Ты мне писал, что мой ученик будет неграмотный ребёнок, не владеющий азами жизни в магическом мире и не знающий ровным счётом ничего! — возмутился старик, грозно покачивая седой головой. — А это что вообще за… леди?!
— Я вам такого не писал, — ответил Кайден, но я почувствовала тепло в его голосе. — Это вы уже придумали сами, учитель. Я писал, что прошу вас заняться обучением близкого мне человека. И что только вы можете мне в этом помочь. — Учитель, — спокойно продолжил он, — я не говорил «малограмотный». Я сказал — «мало обученный». Разница есть.
— Да не было там никакой разницы! — фыркнул старик, отшвырнув свой блокнот на стол. Тот пролетел по деревянной столешнице и едва не упал. — Обучил на свою голову! Ты бы ещё больше витиеватых узоров написал в своей просьбе! Почему конкретно не указал, — продолжил он, возмущённо тыча пальцем в Кайдена, — что учитель тебе нужен для твоей жены? А то я там читал, как заклинание расшифровывал! Слово через слово — понять невозможно!
— Учитель, — повторил он, — всё поймёте сами.
Старик резко щёлкнул пальцами.
— Уже понял. — Он смерил меня взглядом сверху вниз. — Худа, бледна, перепугана. В клане Лунных совсем девиц не берегут и не обучают?
— Учитель! — возмущённо выдохнул Кайден, но как-то устало, словно это с его учителем обычное дело.
— А я без словесных кружев, — отмахнулся старик. — Ты меня знаешь: говорю, как есть. Зад тебе пусть облизывают другие твои подданные, мальчишка. А я говорю, как думаю. Не потому ли ты именно меня и позвал?
— Потому, учитель. Но прошу… она моя жена. Не забывайте этого.
— Так. Ладно. — Старик снова щёлкнул пальцами, а потом постучал ими по подлокотнику, — Давай иди решай свои невероятно важные дела. А мы тут сами побеседуем и решим, что нам делать. И прикажи там, чтобы твои нерасторопные и ленивые слуги уже принесли, наконец, мои книги.
— Я приказал отнести их в библиотеку.
— ЧТО?! — взвился старик так, что я дернулась. Но руки Кайдена на моих плечах удержали меня на месте. Старик затряс пальцем. — В какую ещё библиотеку? Никому не дозволено трогать мои написанные книги! Они должны храниться только в твоем кабинете, и ты будешь охранять их как свою личную сокровищницу. Иначе я умываю руки!
— Учитель…
— Я всё сказал!
— Хорошо. Я оставлю вас. Пойду распоряжусь по поводу книг.
— И чая, — добавил старик.
— И чая, — смиренно повторил муж.
— И булочек с корицей пусть Марта испечёт.
— И булочек.
— Но только чтобы Марта их испекла! — не уступал ворчливый старик.
— Учитель, какая разница кто будет печь вам булочки?
— У Марты они самые вкусные, — я почти физически почувствовала, как Кайден сдерживается, чтобы не возразить, но и не злится на строгого учителя. — Или Марта у тебя не работает? — старик подозрительно прищурился.
— Я уточню про Марту.
— Ты должен знать, что творится у тебя в особняке! Если ты о поварихах не в курсе, кто тебя кормит, то что уж говорить про вороватого казначея и старого толстозадый безопасника, м?
Кайден простонал в голос.
— Откуда вам известно о казначее и безопаснике? Тем более что лорд Ториан младше вас и вовсе не старый.
— Потому что уверен: раз ты не в курсе о моей Марте, то и этих лизоблюдов прозевал.
— Каллиста, — Кайден скосил на меня взгляд, — прошу, будь терпелива к моему старому учителю. Он бывает… немного зануден и ворчлив. Требователен, груб и прямолинеен.
— ЧТО?! — взревел старик.
И Кайден впервые за всё время громко рассмеялся и вышел, прикрыв за собой дверь. От этого смеха по моей коже побежали мурашки.
А мои глаза… стали как золотые монеты.
Старик возмущённо замычал и потряс кулаком на закрытую дверь.
Потом резко повернулся ко мне. Я поспешно отступила на шаг
