Условия развода - Лара Вагнер
— А как я должна была на тебя смотреть? Влюблёнными глазами? Особенно после того, как ты грубо изнасиловал меня в первую брачную ночь?
— Может, ты хотела, чтобы тебя изнасиловали нежно? Тебе бы это понравилось⁈
Остаётся надеяться, что служитель Судебного замка отошёл от двери, а не торчит прямо за порогом, прижав к двери ухо. Не надо давать поводов для развития скандала. Я лучше промолчу, но…
— Какой же ты идиот! Низкий, тупой, ограниченный! Тебе и впрямь следовало жениться на прачке. Вы с ней были бы идеальной парой!
Его правая рука дёргается и кажется, я понимаю почему. Вот-вот он приблизится ко мне, замахнется и отвесит звонкую пощечину. Я вскакиваю по стула и… бежать мне некуда.
Впрочем, ничего не происходит, Каросфер опускает уже занесенную руку и относительно спокойно произносит:
— Что ж, совсем скоро ты избавишься от моего присутствия. Получишь развод. Ты ведь много лет о нем мечтала, не так ли? А я женюсь на любимой женщине. Да, это вторая любовь в моей жизни. Судьба подарила мне второй шанс и…
— Действительно, роскошный шанс. На сей раз ты забрался повыше. Не прачка, а дочка разбогатевшего ремесленника. Ты растешь на глазах, дорогой Каро. Не прошло и тридцати лет.
— Ты можешь иронизировать сколько угодно. От этого ничего не изменится. Лучше побеспокойся о себе. К счастью, древние законы о защите супружеской чести как-то позабыли отменить. О них, вроде бы, никто не слышал, но на самом деле они существуют. Уже много столетий. И если очень нужно, всегда можно стряхнуть с них пыль и использовать. Чтобы наказать развратных жен.
— Развратных? Да кто бы говорил! Даже если ты в ближайшее время женишься на своей любовнице, ребенок родится раньше срока. Так что всем все станет понятно. И тогда…
— Можешь не переживать. О его рождении будет официально объявлено позже. Младенцы все примерно одинаковые, пара-тройка месяцев роли не играет. После скандала с тобой Семья закроет на остальное глаза. Никто не станет затевать новый скандал. А у тебя уже не будет возможности навредить.
— Я смотрю, у тебя грандиозные планы. Конечно, сам бы не додумался. Кто тебе помогает, интересно?
— Это не твое дело. Не надо было устраивать подлог и строить глазки Второму принцу. Думаешь, мне не передали, как ты вела себя, когда подписывала брачный договор? Вот и получай теперь, что заслужила. Подумай над этим на досуге. Советую раскаяться и не закатывать сцен во время суда. А мне некогда, я и так много времени потратил на эту отвратительную беседу. Счастливо оставаться.
Он разворачивается и идёт к двери. У самого порога на мгновение останавливается и бросает через плечо:
— Кстати, наша дочь уже в курсе произошедшего. Она тебя полностью осуждает.
— Да кто бы сомневался!
* * *
Вечером меня переводят в другую комнату. На этот раз с крошечным окном, больше напоминающим щель. Ну, и на том спасибо. В него хотя бы можно увидеть темно-синее небо, на котором уже проглядывают звёзды.
У стены — узкая кровать, рядом квадратный стол и стул. Служитель приносит ужин — миску с кашей, круглую булочку и стакан молока. Ещё он заносит кожаный, битком набитый тючок.
— Из 'Гнезда Черного журавля" прислали ваши вещи. Те, что успела собрать горничная.
Когда он уходит, разумеется, не забыв запереть дверь, я развязываю тючок. Внутри — белье, чулки, темное шерстяное платье, накидка, мягкие комнатные туфли, дорожная шкатулка, ещё какие-то мелочи… Свёрток с миндальным печеньем… В кармане платья — записка на тонкой бумаге:
«Госпожа Арнэлия, мы все в замке любим вас и ждем».
Глава 32
Мне ведь полагается адвокат. Мэтр Домье сдержал слово. Адвокат явился примерно четверть часа назад. Такое впечатление, что это его самое первое дело. Скорее всего, именно так и есть. Юный магистр Берк смущается, заикается и краснеет каждые пять минут. Хотя, по идее, должен быть спокойным, компетентным, самоуверенным, должен вселять надежду в свою клиентку, то есть меня. Однако на деле оказывается наоборот, это я его убеждаю, что наши шансы на благополучный исход не так уж и малы. Где только его откопали? Видимо, нашли самый «подходящий» вариант, чтобы формально соблюсти правила. Но выбора у меня нет и нет знакомых адвокатов, к которым я могла бы обратиться. Все произошло слишком быстро, чтобы я успела сориентироваться. По крайней мере, Берк кажется искренне сочувствующим.
— Госпожа Арнэлия, я сделаю все, что от меня зависит.
— Признайтесь честно: это ваше первое дело?
Он опять заливается краской, так что краснеет не только лицо, но и шея, это особенно заметно по контрасту с белоснежным воротником.
— Не совсем. Я уже работал помощником адвоката на двух судебных заседаниях. И на каникулах секретарем у мэтра Крауффа… После выпуска из академии мне вручили бронзовую медаль за успехи в учебе и…
— Все понятно. Ну, раз вам вручили медаль, значит, хотя бы теорией вы владеете.
— О да! И я с утра внимательно изучил все древние законы, касающиеся разводов. Мы с вами вместе разработаем удачную стратегию… — Он раскрывает толстый том, который принес с собой и лихорадочно листает страницы. — Я буду очень стараться! Это огромная честь для меня, защищать ваши интересы…
Может, и вправду, начинающий адвокат способен на большее, чем какой-то другой? Он буквально горит предстоящим делом. Тем более, у нас ещё есть пара дней… Мой случай для него — ступенька в карьере, возможность проявить себя и стать заметным уже в самом начале пути. У Берка имеется кровная заинтересованность, это мне очень даже на руку. К тому же, он и сам по себе кажется вполне серьезным и старательным. А опыт — дело наживное.
— Как думаете, стоит рассказать на суде, что муж сам мне изменил и хочет жениться на своей беременной любовнице?
Он опять краснеет.
— Госпожа Арнэлия, по моему мнению, никто не поверит. Надо быть сумасшедшим, чтобы изменять вам! А ведь Третий принц до сих пор считается вполне вменяемым и дееспособным.
Интересно, это искренний комплимент с его стороны, юношеская наивность или же хитрая уловка? Я ведь не знаю, почему выбрали именно его. Не исключено, что меня просто намереваются сбить с толку и связать с адвокатом, который будет работать на противоположную сторону.
— Хорошо, давайте обдумаем этот вопрос вместе…
За обсуждениями мы не заметили, что дверь в мое временное пристанище открыли. В комнате появляются двое. Судя по одежде, чиновники Судебного замка. Один из них произносит:
— Госпожа Арнэлия и магистр… простите, забыл ваше имя… Судебное
