Феромон - Кейтлин Морган Стунич
Я просто смотрю на нее. На экран. Неважно.
То чувство ревности в животе? Это пинок, удар, скручивание. Я не могу дышать, и не понимаю, почему не могу дышать, когда мне даже плевать. Я не знаю этого чертова дракона.
— Спасибо за заряд уверенности! — кричу я Зеро, спринтуя в ванную и срывая розовый кошмар с ржавой металлической трубы, где я повесила его сушиться.
Я беру лифчик, но пропускаю все еще влажные трусы (хотя представляю, что ходить без белья в этом костюме будет, эм, натирать). Я натягиваю неприятно мокрый костюм так быстро, как могу, засовывая ноги в белые ботинки, которые идут с ним в комплекте. Перчатки надеваю уже задним числом.
— Ты сказала, что можешь достать мне транспорт? — спрашиваю я, снова появившись и нервно оглядывая деревья снаружи.
Никаких признаков Большого Д.
«Я открою внешнюю дверь. Снаружи ты найдешь мой байк. Он позволяет программировать координаты, исключая любую возможность заблудиться по пути на рынок».
Здесь пауза, и я знаю, что будет дальше.
— Да, да, я возьму тебя с собой. Что мне нужно сделать?
Снаружи раздается шипение, похожее на работу гидравлической системы или чего-то в этом роде. Похожий звук раздается внутри корабля, и я вижу, что панель под экраном отошла. Когда я присаживаюсь, чтобы открыть ее, я замечаю, что тут есть крошечная проблемка.
Большой корень пророс прямо сквозь панель и в одну из стен. Он толщиной с мое бедро и такой же неподвижный, как мешок с цементом. Я кусаю губу. Дерьмо.
— Не знаю, как тебе это сказать, Зеро, но если я должна что-то достать из этой дверцы, то ничего не выйдет.
Я встаю и отодвигаюсь назад, чтобы прочесть ее ответ. Он приходит в виде панической волны текста, которая начинается на другом языке, прежде чем переключиться обратно на английский.
«Уточни».
Слово смотрит на меня с недоверием, словно она думает, что я ей вру.
— Огромный корень дерева пересекает пространство. Я бы не смогла открыть дверцу, даже если бы попыталась.
Рев взрывается из деревьев, заставляя животных нестись по полу и вылетать из кроны.
Дерьмо. Я хочу убраться отсюда до того, как вернется Большой Д. Даже если предположить, что Зеро ошибается — а я чертовски уверена, что ее расчеты полная чушь — я не могу здесь оставаться. И я не могу продолжать поддаваться чарам этих феромонов «трахни-меня-прямо-сейчас», которые он источает.
Я хочу домой.
«Если ты не можешь открыть дверцу, ты не можешь взять транспорт».
— Ты слышала, что я сказала? — рявкаю я, начиная злиться.
Он бросил меня здесь и погнался за самкой своего вида. О чем я думала? Я почти позволила ему… Я чувствовала, что у нас был момент… гах! Я схожу с ума.
— Ты приговоришь меня, потому что не можешь спасти себя?
«Я застряла здесь на три тысячи оборотов этой планеты вокруг ее центрального солнца. Ты первый человек, с которым я смогла пообщаться. Мне ждать здесь, пока мою солнечную батарею полностью не закроет лесной полог? Ты приговариваешь меня к смерти».
— Я сделаю все возможное, чтобы прислать кого-нибудь за тобой, — умоляю я, потому что просто не хочу больше здесь находиться. Я не могу убраться отсюда достаточно быстро.
Он погнался за самкой, самкой, которая определенно смотрела на меня как на мясо, а не как на пару. Тупая вывеска.
— Как я смогу тебе помочь, если умру? Как я смогу тебе помочь, если он не позволит мне уйти?
Я жду, скрестив руки и ненавидя дурацкий скафандр и то, как моя покрытая кружевом грудь мило выглядывает из наполовину расстегнутой молнии. Не особо горю желанием делать себя более привлекательной для любых тварей, которые могут быть на рынке, особенно учитывая, что мне нечего продавать, как мы планировали.
«Мне все равно. Если я не еду, ты не едешь».
Со своим собственным рычанием я разворачиваюсь и бегу в комнату с хламом. Не занимает много времени найти кусок металла, который я могла бы использовать как нож. Я засовываю его под белый пояс, прикрепленный к костюму, а затем поднимаю большую коробку, покрытую нерабочими схемами. Может, мертвый компьютерный жесткий диск? Неважно. Сейчас это по сути кирпич, а кирпич — это именно то, что мне нужно.
Я подхожу прямо к Зеро с тяжелым предметом в руке.
— Слушай сюда, Зеро-Один-Зеро-Один-Как-Там-Тебя-Блядь. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы найти кого-то, кто сможет тебе помочь, когда буду на рынке, но если ты не дашь мне доступ к этому транспорту, я разобью твой экран, и тогда ты вообще ни с кем не сможешь поговорить. Никогда.
Боже, я звучу как стерва. И веду себя так же, но отчаянные времена требуют отчаянных мер.
Если дело дойдет до спасения себя за счет злого ИИ-чат-бота, то именно это я и сделаю.
Курсор яростно мигает, словно в раздумьях, прежде чем несколько иностранных ругательств — я просто предполагаю — появляются на инопланетном языке. Это красивый витиеватый шрифт, который хорошо сочетается с ярко-розовой темой старых подушек, громоздкой гарнитуры и скафандра. Очень в стиле «Джетсонов».
«Ты пизда».
Вот что говорит мне Зеро посреди всего этого.
— Оу, а я думала, мы становимся друзьями? Ты первая начала мне угрожать, не забывай.
«Я дам тебе транспорт, но я не питаю надежд, что ты выживешь на рынке без меня».
— Я смелее, чем выгляжу.
Я бросаю мертвый компьютер на пол, где он разлетается на бесчисленное количество осколков. Снаружи раздается шипение, шум гидравлики. Я выглядываю за край корабля и вижу, что внешняя дверь открылась, открывая… что-то. Я щурю глаза.
— Это что… это мотоцикл?
Что бы это ни было, у него нет колес. Хромированный зверь, ожидающий меня на лесной подстилке, имеет четыре когтистые металлические лапы, ярко-розовое сиденье и экран размером с iPad между двумя горизонтальными рулями.
— Если ты закроешь эту дверь после того, как я спущусь, я дождусь возвращения дракона и скажу ему, что ты планируешь его гибель. Даже если он и его новая подружка решат меня съесть, тебе крышка.
Я не жду ответа Зеро, направляясь к дереву, где провела свою первую ночь. Я тяжело сглатываю, глядя вниз на пятнадцать
