Травница - Елена Милая
— Спасибо, моя травница. Тебя ждет великое будущее!
Не знаю, какое там будущее меня ждало, но зачеты обещали быть нелегкими. Надеюсь, наш побег не обернется великим поражением?
— Знаешь, подруга, наведаюсь-ка я в библиотеку, ладно?
У Мари вытянулось лицо.
— Ты правда уже сегодня хочешь учиться? Поражаюсь твоим рвением, Сели.
— Раньше начнешь, как говорится, — пожала плечами я. — Только приму душ.
— Ладно-ладно, — отмахнулась подруга. — Надеюсь, ужин не пропустишь.
В школе совсем ничего не изменилось за время моего отсутствия. Все те же темные коридоры и замученные лица школьников. Предстоящие экзамены даже стайки беззаботных девиц с подоконников разогнали, чему я безмерно радовалась, так как встреть я сейчас ту же Люсинду, не сдержалась бы и дала в лоб. Силантиус, насколько мне известно, все-таки вытянул правду с Родрига, и в скором времени школу ждали большие перемены. Искренне верю в этого невозмутимого красивого мужчину и надеюсь, что перемены будут только к лучшему.
Библиотека была забита. Я тоскливо постояла возле дверей, ободряюще кивнула бледным ученикам и неожиданно для себя самой повернула совершенно в другую сторону. Забыла сделать одну вещь.
Феникс пару секунд постоял возле обшарпанной двери женской комнаты, как будто раздумывая, входить или и дальше стоять истуканом в коридоре. Проходящие мимо девушки либо кокетливо улыбались и подмигивали, либо неодобрительно качали головой. Действительно, по правилам школы мужчинам было запрещено просто так болтаться по женскому крылу, но на деле никто не проверял, разве что комендант мог не вовремя заглянуть. Поколебавшись еще немного, парень все-таки сделал один вежливый стук и распахнул дверь, заставив Мари и Родрига резко отпрянуть друг от друга.
— Друг! — возмущенно выдохнул стихийник, пряча за спиной девушку. — Где твои манеры?
— Там же, где и твоя скромность, — усмехнулся Феникс. — Коменданта на вас не хватает.
— А сам-то, — беззлобно отмахнулся Родриг. — Чего здесь забыл?
— Подругу вашу! — не стал скрывать огневик, внимательно глядя на порозовевшую от смущения Мари. — Если скажешь, где ее искать, оставлю вас и дальше творить непотребства. И даже никому не расскажу.
— Шантажист недоделанный! — Мари вспыхнула еще сильнее.
— Сами такие. Так что?
— Не знаю, — буркнула будущая целительница, — она собиралась пойти в библиотеку, но даже тетрадь с сумкой с собой не захватила. Сомневаюсь, что найдешь ее там.
— Спасибо, — задумчиво кивнул Феникс. — Мне кажется, я знаю, где искать Селену. Можете продолжать…
— Вот гад, — проворчала девушка, когда хлопнула дверь, — такой момент испортил.
— Зато продемонстрировал, что надо закрывать двери, — довольно хмыкнул Родриг, прижимая Мари одной рукой к своей груди, а другой ловко дергая шпингалет. — И вообще, сам Феникс Зарница разрешил нам целоваться, грех не воспользоваться.
— То есть ты не целовал меня все это время только потому, что Феникс не разрешал? — громко возмутилась Мари, но Родриг быстро заставил ее замолчать. Очень приятным способом.
В Святой Роще тоже ничего не изменилось. Все те же красивые жители, все тот каменный алтарь. Я с наслаждением вдохнула в себя чистый воздух, осторожно погладила холодный камень и повязала на ближайшие ветки светлую ленту. Мой скромный дар.
— Я пришла сказать спасибо, — прошептала я, подняв голову к кронам деревьев, а потом низко-низко, касаясь волосами земли, поклонилась.
Легкий ветерок ласково взъерошил мне волосы, и листья всех жителей Святой Рощи одобрительно зашелестели.
— Обращайся…
— Искренне надеюсь, что меня никто больше не будет убивать, но я учту, — улыбнулась я, усаживаясь на алтарь. Вдруг вспомнила, что они просили посадить мелиссу в их саду, а также и тот интересный момент, что огонь выжег почти все, но не тронул могилы. Сейчас вдруг стало грустно, ведь я могла бы и не забыть о таком.
Позади раздались осторожные шаги, и ветерок, будто подсказывая, донес до меня запах хвойного леса.
— Я забыл отдать тебе кое-что, — тихо, почти шепотом сказал Феникс, легко усаживаясь рядом.
Мое сердце предательски екнуло. После того неожиданного признания боевик больше со мной не разговаривал. Я подумала, что нужно теперь первой проявить инициативу, но он демонстративно меня избегал. Тогда я сдалась, и мы оба молчали, лишь изредка обмениваясь хмурыми взглядами. Вот и все общение. Сейчас, когда он так рядом и молчит, хотелось попросту прижаться к широкой груди и замереть.
— Феникс…
— Селена…
Мы начали одновременно и неловко замолчали, глядя глаза в глаза. Наконец, он молча поднял ладони вверх, уступая.
— Что ты хотел мне отдать? — спросила я совершенно не то, что собиралась вначале.
— Вот.
В мою ладонь аккуратно вложили почти не завядший пучок мелиссы. Тот самый, который я лично сорвала с могилы отца.
— Ты… — я едва не заплакала от нахлынувших чувств, готовая расцеловать его немедленно.
— Да? — вопросительно поднял бровь Феникс. — Или это уже тебе не нужно?
— Еще как нужно, дурачок. Феникс?
— Что?
— Можно я тебя поцелую?
И тогда он улыбнулся. По-мальчишески так, радостно. Янтарные глаза довольно сверкнули, и парень без лишних слов заграбастал меня в охапку, увлекая прямо на каменный алтарь. Хотелось напомнить, что так вообще-то здесь не принято, что Святая Роща смотрит на нас, но… целоваться с Фениксом — это так, будто сразу и одновременно получаешь все, что любишь. Прогулки под летним дождем, запах папиного чая, сад в доме Фирса, жареные сосиски на костре, в конце концов. Все и сразу, до головокружения. Всегда такой капризный, ироничный, недовольный и даже жестокий, он умело скрывал свою нежность, а сейчас с лихвой возвращал. Немного позднее, когда губы припухли от ласки, лежа на его груди, я спросила.
— А что теперь будем делать дальше? Думаешь, Фирс удивится?
— Он обрадуется, — фыркнул Феникс, нежно запуская пальцы в мои волосы. — Дальше… То ли еще будет, Селена. То ли еще будет…
Так и не поняла, что скрывалось в его «То ли еще будет», но чудилось что-то прекрасное. Зачеты, экзамены? Да рядом с огненным Фениксом не страшен даже темный лес.
Продолжая целоваться, мы совершенно не знали, что за нами уже давно и с возрастающим интересом наблюдают откуда-то сверху.
— Вот негодники, — почти сердито покачал головой бородатый великан, но в бороде умело пряталась добродушная улыбка.
— Да, — согласилась гордая красавица с розовыми волосами, — на моей памяти они первые, кто занимается непотребством на алтаре. Это ж надо додуматься.
— Но он такой красавчик, — мечтательно пропела кудрявая девчонка, — я бы тоже не удержалась!
— Молодежь, — только и сказал высокий статный клен. — Как думаете, все у них сложится?
— Мы верим в них…
— Конечно…
— Она же дарующая жизнь…
Зашелестело все вокруг.
— Я думаю, с ее жаждой к приключениям она еще не раз попадет в переделки, —
