Надежда маяка - Анна Леденцовская
— И? — В глазах феи мелькнула заинтересованность, а на губах появилась лукавая улыбка. Мальва была хоть и взрослой, но очень любопытной феей, а еще любила все новое. Плюс ко всему наряжаться обожают все женщины без исключения, а изделия из хайрехсильского шелка стоили больших денег, да и продавались в достаточно ограниченном количестве. Все же знаменитая ткань и пряжа сами по себе уже были артефактами.
— Просто я тут пообещал… — Тролль не знал, как сформулировать просьбу, но потом плюнул на дипломатию и решил сказать как есть. Вдруг опытная во всяких таких вещах цветочная фея что-то да посоветует.
— В общем, я шаманил и ходил в сон к той женщине, которую перенес случайно на фронтирский маяк. Там не все хорошо, но я к деду ходил, он обещал помочь. А к вам у меня такая просьба. У Надежды в том мире бабушка осталась, и ей бы как-то передать, что с внучкой все в порядке. Я пообещал, в общем, хотел с Марией Спиридоновной обсудить. Скоро вечер, вдруг Надя спросит про бабушку, а я и не сделал ничего! — Взволнованный тролль с надеждой уставился на стройную шатенку с крылышками.
Мальва в том мире была с напарницами, именно они тогда вытаскивали бабушку Машу обратно, получив за это от демонов доработанный эликсир красоты и молодости. Прежде феям во втором, большом, облике не было доступно выглядеть так хорошо. Смотрелись они как пожилые дамы, на свой, собственно, возраст. Ведь молодые феи до достижения столетнего возраста размером с человека становиться не могут и размером с крупную бабочку.
— Ну-у-у… — Мальва покрутила на пальце каштановые кудри и задумалась. — Проще всего передать письмо, но написанное самой девушкой. Только как она все объяснит, чтобы ей поверили? Боюсь, это только сильнее встревожит старушку, а у человеческих пожилых дам слабое сердце.
Кружащие вокруг Эм и Ниле расстроенно вздыхали, им сильно хотелось помочь своему приятелю и неизвестной, но, наверное, очень хорошей женщине, раз Винни так за нее переживает.
А Мальва тем временем просияла и стала рыться в многочисленных карманах форменной одежды артефакторского факультета.
— Вот! — Заядлая экспериментаторша, еще почище декана О’Валинтера, она вытащила из кармана что-то похожее на земные наручные часы с кожаным ремешком. Вместо циферблата на «часах» была прозрачная выпуклая крышечка, под которой искрилась и переливалась перламутровыми огоньками фейская пыльца.
— Вы, скорее всего, не в курсе, а может, в курсе, — начала рассказывать она, покачивая перед завороженным взглядом тролля недавно придуманным ей и еще не опробованным артефактом. Собственно, ради него она и искала сегодня Марию Спиридоновну. — Для перемещения между мирами феям — про остальных не знаю, но цветочным точно — требуется объединяться и смешивать пыльцу. И пыльцы должно быть не меньше чем от трех разных фей, а в случаях крупных перемещений чего-то кланового мы объединяли пыльцу в артефактном цветке королевы. Тебя, например, Ниле, — кивнула она маленькой фейке, опять усевшейся на плечо Винни, — из фронтирского леса, куда ты угодила, вытаскивали именно таким образом, да и в академию в зачарованной клетке тоже пришлось перемещать, расходуя силу артефакта.
Она замолчала, чуть нахмурившись. Видимо, воспоминания у нее о тех временах были не самые приятные.
— И вы сделали артефакт как у королевы Цветочной поляны? — восхищенно округлив глаза, догадался Эм. — Это же просто здорово! До вас такое никому не удавалось!
Что скрывать, Мальве было несомненно приятно восхищение ее магическими талантами, но артефакты — такая вещь, которую надо неоднократно испытывать и дорабатывать, а как раз с этим-то у феи и были трудности. К тому же ей была нужна пыльца минимум трех крылатых волшебниц.
— Ну, мой, конечно, не такой и рассчитан по-другому, я думаю. — Женщина отвечала слегка рассеянно, прикидывая в уме, стоит ли идти на риск во имя магической науки и не отлучит ли ее потом Мария Спиридоновна от семьи, без которой Мальва погибнет. Еще более вероятно было, что разгневанная ректор д’Азфир просто оторвет фее голову или выгонит из академии.
В принципе, все варианты женщине не нравились, но желание испытать свое изобретение и наличие добровольца и сразу трех фей, если считать ее саму, сейчас как-то притупляли чувство самосохранения. Как сказала бы бабушка Маша, Мальва решила положиться на добрый русский «авось».
— Для того чтобы его активировать для переноса, нужна пыльца трех фей, что, собственно говоря, в данный момент выполнимо. — Она вопросительно посмотрела на Эма и Ниле, ничуть не сомневаясь, что они легко согласятся поделиться.
Дождавшись утвердительного кивка мелких феечек, она перевела глаза на замершего перед ней тролля.
— Только есть проблема. С этим артефактом может переместиться только одно существо. То есть, если ты решишь попробовать выполнить обещание, данное той женщине, сопровождать тебя и помочь, если что, я не смогу.
Винни переминался с ноги на ногу, словно уже готов был бежать то ли в другой мир к бабушке Нади, то от феи с непроверенным артефактом. Брови мужчины хмурились, губы шевелились, словно он что-то беззвучно говорил, а пальцы на руках загибались, как будто в голове некроманта ко всему прочему еще велся подсчет неизвестно чего.
Зато потом и фейки, и привыкшая ко многому за долгие годы жизни Мальва только рты пооткрывали, потому что парень деловито развернулся, уселся обратно на крыльцо дома бабушки Маши и начал вытаскивать из пространственного кармана целую кучу вещей, поясняя окружающим свои действия.
— Значит, вот это вам за артефакт. — Винни достал небольшую шкатулку с блеснувшим на крышке торговым знаком их семьи. — Только надеюсь, он и обратно меня перенесет, сегодня еще шаманить надо с дедом, в башню пойдем.
Фея-артефактор нервно сглотнула, узнав упаковку и вспомнив цену содержимого подобной шкатулочки. Она не ожидала, что все окажется настолько просто, причем ей за это еще и заплатят. Хоть тролль в начале беседы и обмолвился о торговых связях, но одно дело — платить за гарантированное исполнение задачи опытными феями, а другое — испробовать экспериментальное изобретение, не прошедшее ни одного практического теста, сконструированное на голых расчетах.
А парень меж тем продолжал рассуждать:
— С пустыми руками в гости к уважаемой пожилой даме нехорошо. Магии там, в том мире, почти нет. Магофон окрестностей бедный, хорошо, некроэманаций много, мне там проще.
Тот самый двор, куда его унесло во время ритуала и где из духа
